Предназначенная для крылатого лорда-3

Глава 6

ГЛАВА 6

В свою комнату я отправилась только вечером. Весь день провела с Юлианом, пытаясь хоть как-то поддержать. Уснуть мальчик смог только после того, как напоила его отваром из успокаивающих трав. Да и то не сразу. Все то время, пока Юлиан пытался уснуть, я сидела рядом и держала его за руку. Видно было, что это ему хоть немного, но помогает. Наконец, дыхание мальчика выровнялось, и он погрузился в сон.

Поморщившись от накатившей головной боли, я поднялась и побрела к себе. Надо бы принять какую-то микстуру! О том, что с момента исцеления меня начали мучить боли в голове, я никому не говорила. Не хотелось никого тревожить. Да и скорее всего, это связано с тем, что много нервничаю. Калеб ведь осматривал меня и ничего опасного в моем состоянии не нашел. Будь головная боль симптомом чего-то серьезного, целитель бы заметил. Да и приступы как накатывали, так и проходили. Иной раз я и не вспоминала об этом по несколько часов. Думаю, когда все волнения улягутся, а муж очнется, само пройдет.

Войдя в свои покои, увидела прикорнувшую в кресле у кровати Клару. Девушка, повинуясь моему распоряжению, все это время оставалась у постели Дарнела. Утомилась, бедняжка, и сейчас дремала, свесив голову набок. Признательно улыбнувшись, подошла к ней и тронула за плечо. Клара тут же встрепенулась и ошалело огляделась по сторонам. При виде меня виновато закусила губу.

– Простите, моя леди, я, кажется, заснула…

– Ничего страшного. Ты можешь идти, Клара. Теперь я сама позабочусь о лорде.

– А как Юлиан? – с жалостью в голосе спросила девушка.

– Не очень, – вздохнула я. – Но буду надеяться, что со временем ему станет легче.

Клара кивнула и двинулась к двери, напоследок не удержавшись от ворчания:

– И все-таки какая она эгоистка была, эта Адэна! Даже не подумала о том, каково придется ее сыну!

– Не нужно так говорить, – резко оборвала ее. – Не стоит никого осуждать, не разобравшись толком, что толкнуло на те или иные поступки.

– Простите, леди Кэтрин, – смутилась Клара.

– Ничего. Но ты, главное, в присутствии мальчика чего-то подобного не ляпни, – строго сказала.

Служанка сконфуженно кивнула и поспешила ретироваться. Я закрыла за ней дверь на ключ и пошла в ванную. Хотелось хоть немного расслабиться и смыть с себя усталость. Причем моральная была куда сильнее, чем физическая.

Долго лежала в горячей воде, наполненной ароматной пеной, пока та совсем не остыла. Но полностью избавиться от мрачных мыслей не удалось. Вздохнув, надела ночную сорочку и двинулась в спальню. Посмотрела на по-прежнему спящего мужа и ощутила кольнувшую в сердце боль.

Как же мне не хватает его силы и поддержки! Да, никому из замковых обитателей я старалась не показывать, как мне тяжело. Но самой себе врать глупо. Я держусь лишь на чистом упрямстве. А мысль о том, что Дарнел может и не очнуться, и вовсе проворачивала в сердце острый нож.

Посмотрела в сторону сиротливо стоящего у окна фортепиано. В эти дни я не играла на нем, боясь, что могу нарушить сон Дарнела. Но сейчас вдруг отчаянно захотелось разбудить мужа любым возможным способом. Достучаться до его души, где бы она ни парила в этот момент. Глупо, конечно, считать, что он вообще услышит музыку, раз до сих пор ни на что не реагировал. Но я ухватилась и за эту соломинку. Да и выплеснуть все, что накопилось в душе, хотелось просто нестерпимо.

Едва пальцы запорхали над клавишами инструмента, окружающий мир исчез. Я закрыла глаза и представила, как снова лечу с мужем в небесах. Только на этот раз все чувствую и наслаждаюсь каждой секундой. Пыталась выплеснуть все те эмоции, что он будил в моем сердце. Мою любовь и тоску по нему. То, как сильно мне его не хватает.

Музыка лилась из-под пальцев неудержимым потоком. Я купалась в ней, как в теплых морских волнах. Она укутывала в своих нежных объятиях, пробуждала щемящий трепет в душе, заставляла надеяться на чудо. И мне становилось немного легче. Напряжение, что скопилось внутри за эти дни, отступало, сменяясь убежденностью, что все обязательно будет хорошо. Мой любимый жив, и это главное! А моя вера в то, что он ко мне непременно вернется, поможет достучаться до него.

Затихли последние аккорды, и я открыла глаза. На губах блуждала мечтательная, умиротворенная улыбка. Глубоко вздохнув, я повернулась к кровати, и с губ сорвался изумленный возглас. Глаза мужа были открыты, и в эту самую секунду он смотрел на меня.

– Очень красивая музыка, – хриплым, непослушным после долгого молчания голосом проговорил Дарнел. – Никогда такой не слышал.

– Ты и не мог, – сглотнув подступивший к горлу ком, выдавила. – Я придумала ее сама. Для тебя.

Дарнел улыбнулся так тепло и мягко, что мои глаза защипало от накатывающих слез.

– Мне приятно.

– Как ты себя чувствуешь? – смущаясь из-за своей чрезмерной чувствительности, не подобающей истинной кайне, я смахнула слезы и поднялась.

– На удивление хорошо, – прислушавшись к внутренним ощущениям, проговорил муж, усаживаясь на кровати. – Источник восстановился. Есть некоторая слабость, но это не критично. Если учесть, что я вообще не надеялся выжить, то и вовсе замечательно! – весело закончил.

– Не говори так! – у меня похолодело в груди при одной мысли о таком исходе. – И ты не должен был рисковать своей жизнью и проводить тот ритуал!

– У меня иное мнение, – возразил Дарнел, и в его глазах зажглись яркие искорки. – Давай не будем об этом вспоминать. Все теперь хорошо, и это главное. Лучше скажи, – он лукаво прищурился, – то, что ты тогда сказала, правда? Или просто решила сделать мужу приятное напоследок?

– Ты о чем? – тут же сама поняла и залилась краской. Потупившись, проговорила: – Правда. Я люблю тебя. Не думай, что это к чему-то тебя обязывает. И если из-за моих слов ты посчитал себя обязанным решиться на такой безрассудный поступок, то…

Я даже не успела понять, как он оказался рядом. Видимо, и правда, силы восстановились достаточно, чтобы обрести нормальную физическую форму. Но в следующий миг я уже очутилась в крепких объятиях, а мои дальнейшие слова заглушили страстным и чувственным поцелуем.

Попыталась высвободиться, желая все же закончить разговор и дать ему понять, что он ничем не обязан мне. Это только мои чувства и мои проблемы. Но будто ощущая мой настрой, Дарнел терзал мои губы до тех пор, пока не начала отвечать и не расслабилась. А потом все протесты вылетели из головы, сметенные чувственными ощущениями.

Я жадно подавалась навстречу своему мужчине, а по телу прокатывались волны сладостной неги и зарождающегося возбуждения. Когда Дарнел меня, наконец, отпустил, едва держалась на подгибающихся ногах. Но муж не позволил упасть, крепко обнимая и прижимая к себе.

– А теперь послушай меня, чтобы не осталось никакого недопонимания, – произнес он, слегка покусывая мочку моего уха и опаляя горячим дыханием, от которого по моему телу проносились вереницы мурашек. – Я сделал то, что сделал, не из чувства долга или вины.

– Тогда почему? – почти беззвучно прошептала, уткнувшись лицом в его плечо.

– Просто потому что тоже люблю тебя. Извини, я не умею говорить красиво и вычурно. Но в моей искренности ты можешь не сомневаться. Иной раз я веду себя как ревнивый идиот или бесчувственный чурбан. Причиняю тебе боль. Но от этого мне самому скверно настолько, что потом не знаю, куда себя девать. Для меня настолько сильные чувства непривычны. Но я попытаюсь исправиться.

– Не нужно исправляться, – я смущенно потупилась, но тут же внимательно и серьезно глянула на него. – Я полюбила тебя таким, какой ты есть. И передо мной необязательно притворяться и изображать что-то. Просто пообещай мне, что если что-то тебя будет беспокоить, если станет трудно, скажешь об этом. И мы постараемся справиться с этим вместе.

– Мне в новинку настолько открываться кому-то, – с кривой усмешкой заметил он. – Но я готов попробовать.

– Спасибо, – произнесла облегченно.

Понимала, что со стороны Дарнела такое доверие дорогого стоит. Он ведь привык держать все в себе и сам решать свои проблемы. Себе же поклялась, что никогда не предам его доверия и постараюсь тоже стать для него опорой и поддержкой. Пусть и только моральной. Ведь порой это не менее важно.

– Может, ты голодный? – спохватилась, вспоминая о том, что он пролежал в беспамятстве целых четыре дня. И рацион в это время у него был весьма скудный. – Давай я распоряжусь…

На губах мужа появилась предвкушающая улыбка, которая заставила меня осечься.

– Ты права. Я и правда голодный… Очень голодный… Вот только то, что мне нужно, уже и так здесь. Надеюсь, моя любимая женушка поможет своему страждущему мужу утолить его аппетит?

– Бесстыжий! – выдохнула, когда он с плотоядным видом куснул меня за грудь. – Я ведь про другое…

– Другое подождет, – безапелляционно заявил Дарнел, подхватывая меня на руки и унося к кровати.

Впрочем, сопротивляться я и не думала, чувствуя, как на губах расползается счастливая улыбка. Понимала, что многочисленные проблемы никуда не делись. Мне еще предстоит рассказать мужу плохие новости и будет неприятный разговор о Миларде. Но сейчас позволила себе хоть на время забыть обо всем. Наслаждаться нашим выстраданным счастьем, которое так долго висело на волоске.

– Что ты делаешь? – смущенно спросила, когда муж, приподняв мою ногу, начал посасывать и ласкать языком каждый пальчик.

– М-м-м, я же сказал, что проголодался, – на миг оторвавшись от своего занятия, лукаво глянул он на меня. – А ты такая вкусная… Не отвлекай мужа от ужина, как и подобает хорошей жене. Дай насладиться поданным блюдом.

Чувствуя, как по щекам расползается румянец, я умолкла. Хоть и продолжала испытывать неловкость. К таким ласкам все же не привыкла. Казалось, муж сегодня вознамерился попробовать на вкус меня всю, не пропуская ни одного участка тела. Ощущения при этом были немного непривычные, но будоражащие. И мало-помалу это начало настолько возбуждать, что о неловкости я думала все меньше.

Даже не подозревала, что на моем теле столько чувствительных мест. Особенно на спине, которой Дарнел тоже уделил немало внимания. Странно, но в нашу прошлую ночь эта часть моего тела не была настолько чувствительной. Теперь же я едва не достигла кульминации, стоило мужу пробежаться несколько раз языком в районе лопаток. Мелькнула мысль, что у инваргов в том месте расположены наросты, из которых расправляются крылья. Но я ведь не инварг…

Эта мысль улетучилась тут же, едва шаловливый язык мужа пробежал снова по тем местам. Он будто почувствовал мой отклик и удвоил усилия. С губ сорвался протяжный стон, я заерзала на постели. Лоно уже буквально сочилось соками и изнывало от нетерпения. Но Дарнел продолжал оттягивать главный момент, желая вдоволь насытиться тем, что он назвал «угощением».

Оставив в покое мои бедные лопатки, он вереницей поцелуев пробежался вдоль линии позвонков вниз и уделил внимание ягодицам. Я опять застонала. Там тоже имелось немало чувствительных точек. А потом муж заставил встать на четвереньки, и я и вовсе закричала от наплыва эмоций. Теперь в меню Дарнела добавилась самая нетерпеливая часть моего тела, уже и так изнывающая от прилива ощущений. Он дразняще ласкал мое женское естество, задействуя не только язык и губы, но и пальцы.

Позабыв обо всем, я насаживалась на его пальцы все глубже, непрерывно стонала и молила о большем. Как же сильно хотелось почувствовать Дарнела в себе! Так глубоко, как только возможно. И когда он все же сжалился надо мной и медленно и нарочито плавно вошел внутрь, выгнулась всем телом, издав какой-то горловой крик. Но этот мучитель тут же вышел.

Не успела я разочарованно развернуться к нему, как его ладони накрыли мою грудь и почти до боли сжали соски. И тут же его член вновь оказался во мне. На этот раз быстро и резко. Сразу на всю длину. Язык пробежал по моим лопаткам и пальцы извиняюще погладили чуть саднящие соски. А толчки внутри моего тела стали плавными и неспешными. От контраста ощущений, где недавняя боль сменилась тягучим удовольствием, я и вовсе потерялась в шквале накативших эмоций.

Еще несколько раз Дарнел мучил меня сменой ощущений, что лишь усиливало остроту, а потом, видимо, и сам не выдержал. Его движения стали быстрее и резче. Руки сжимали мои ягодицы, подтягивая меня к себе еще ближе. Я и сама подавалась навстречу, чувствуя, что разрядка все ближе. Закусывала нижнюю губу до крови, иначе бы кричала непрерывно от всего того, что рвалось наружу. Как же хорошо! Настолько, что я просто захлебывалась в этих ощущениях!

Наконец, мы достигли разрядки почти одновременно. Я упала на живот и замерла, унимая бешеное сердцебиение и восстанавливая дыхание. Муж устроился рядом и притянул к себе, расслабленно поглаживая по спине. Снова в районе лопаток возникло приятное покалывание. Отстраненно подумала, что это все-таки странно. С чего вдруг кожа там стала такой чувствительной?

– Первая перемена блюд мне понравилась, – услышала над ухом горячий шепот. – Немного передохнем, и приступим ко второй.

Я в ошеломлении уставилась на него. Но муж, похоже, не шутил. В его синих глазах по-прежнему горело то голодное выражение, что и в начале. Неужели я так сильно его возбуждаю? Смутившись, хотела отвернуться, но он не позволил. Притянув меня к себе еще ближе, впился в мои губы.

– Если бы ты знала, насколько желанна! – хрипло выдохнул Дарнел. – И как долго я мечтал, что однажды ты станешь принадлежать мне безраздельно. Полностью и без остатка. Что сама будешь этого хотеть не меньше.

А я ощутила, как от его слов усталость сменяется совершенно иным. И как мне самой хочется доказать мужу, что желаю этого не меньше. Хочу дарить ему такое же блаженство, какое он только что дарил мне. Отбросив остатки неловкости и смущения, приподнялась и залезла на него сверху. Муж удивленно вскинул брови и усмехнулся.

– Похоже, кое-кто в отдыхе не нуждается! Дай мне пару минут, и я буду в полной боевой готовности.

– Как хорошая жена, я просто обязана помочь мужу достичь этого побыстрее, – мурлыкнула, с довольным видом наблюдая, как вытянулось его лицо.

Такого он от меня явно не ожидал.

– А еще мне очень хочется попробовать, насколько вкусный мне достался муж, – дразняще улыбнулась и коснулась языком его рельефных мускулов на груди.

Дарнел посмотрел на меня так, что последние сомнения в том, что делаю, улетучились. Ему явно понравилась моя игра. И он был бы не прочь продолжения.

Лаская языком и руками его грудь и живот, я чувствовала, как все учащеннее вздымается грудная клетка. А когда словно бы невзначай коснулась пальцами того органа, что еще недавно набирался сил после недавней напряженной работы, удовлетворенно усмехнулась. Муж снова хочет меня!

Вот только ему придется еще немного потерпеть. Я решилась на новый эксперимент, при мысли о котором к щекам опять прилила краска. Что же творю-то? Разве приличная кайна должна так себя вести? Но я отбросила эти мысли сразу, стоило увидить, как потемнели от возбуждения глаза мужа. Он неотрывно смотрел, как я медленно провожу пальцами по его набухшей плоти.

Разве не долг жены сделать так, чтобы муж был доволен? – с усмешкой нашла себе оправдание и сделала то, на что никогда бы не решилась раньше. Коснулась языком розовой головки, пробуя на вкус. Неуверенно подержала во рту, продолжая ласкать ствол руками. Я ведь совершенно не знаю, как и что делать. Услышав протяжный стон Дарнела, поняла, что на верном пути. А дальше уже действовала интуитивно, наблюдая за лицом мужа, искаженным от накатывающих ощущений.

Мне не было ни противно, ни неприятно. Скорее, напротив. От того, что сейчас он полностью и безраздельно в моей власти, накатывали восторг и возбуждение. Хотелось, чтобы ему было так хорошо со мной, как еще ни с одной женщиной. Пусть и понимала, что последнее – глупо. Наверняка я кажусь ему недостаточно опытной, и у него были куда более страстные партнерши. Но старалась искупить это энтузиазмом и искренним желанием.

Впрочем, судя по реакции Дарнела, вряд ли он в эту самую минуту пытался меня с кем-то сравнивать! Я настолько возбудилась от того, что делаю, что не выдержала. Выпустив изо рта член, устроилась поудобнее на бедрах Дарнела и осторожно направила его в себя.

Запрокинув голову, протяжно застонала от приятного чувства наполненности. Муж притянул к себе и начал ласкать, побуждая действовать дальше. И я неуверенно приподнялась, а потом опять опустилась. Довольно быстро приноровилась, ощущая, как восторг заполняет все сильнее. Упивалась тем, что сейчас этот сильный и могучий мужчина полностью покорен моей воле. Позволяет делать со своим роскошным телом все, что захочу.

Еще несколько сильных толчков, и я обмякла на его груди, содрогаясь от накатывающих волн оргазма. Почувствовала, как Дарнел кончил следом, оставляя внутри меня свое семя. Подумала о том, что очень хочу, чтобы эта ночь принесла плоды. И что восприняла бы ребенка от этого мужчины как самый большой дар Создателя.

На губах появилась мечтательная улыбка, и я посмотрела на Дарнела, чтобы понять, что сейчас чувствует он. Увидела в ответном взгляде столько нежности и любви, что сердце защемило, а глаза опять защипало от слез. Что-то я стала чересчур чувствительная в последнее время. Или это потому, что та маска сдержанности, которую носила со времени смерти мамы, рядом с Дарнелом сразу дала трещину. Перед ним мне не нужно скрывать свои чувства. Даже наоборот, когда это делаю, все только усложняется. Так, может, и не стоит? По крайней мере, когда мы только вдвоем.

– Я люблю тебя, – тихо шепнула и потянулась к его губам.

– И я тебя люблю, – услышала в ответ в перерывах между поцелуями, в которые каждый из нас стремился вложить все то, что чувствовал в этот момент.

Никогда за всю свою жизнь я не ощущала себя такой счастливой! И хотелось продлить это счастье как можно дольше.