Принцесса в Бодунах

Глава 22

Василина

Лежа спиной на прохладной траве и закрыв глаза сгибом локтя, я пытаюсь вспомнить момент, с которого началось сближение Рафаэля и Мии. С того, когда мы вместе с ней облизывали его фото или, когда она заявила, что отдаст одну свою сиську за возможность помять его упругий зад?

Я, наивная и доверчивая дура, воспринимала все как шутку, а она действительно с самого начала имела на него виды?..

А Рафа?.. Что ему изначально мешало выбрать ее, а не меня? Для чего были все эти «Василина, твои грация и обаяние не знают границ», «Васенька, ты луч света в темном царстве моей души»?!

Фу!.. Лицемерный говнюк!

Да, чтобы у него отсохло все, что можно! И у Мии тоже! И сиськи, и задница и ее лживый язык!

— Вась!.. — раздается рядом обеспокоенный голос его Превосходительства, — Васька, ты только не умирай, ладно?.. Дождись Антона, он скоро приедет.

Я убираю руку, открываю глаза и вижу склонившегося надо мной пацана. Упираясь руками в полусогнутые колени, он внимательно смотрит в мое лицо.

— От разбитых коленок не умирают, Коля.

— А от разбитых сердец?

Садится рядом и взмахом руки откидывает назад отросшую челку.

— От разбитых сердец тоже, — вздыхаю тяжело.

В моей груди глубокая рана, и душа истекает кровью. Мои преданные светлые чувства превратились в тысячи серых осколков. Но иногда стоит разбить сердце, чтобы освободить место новой любви.

Хм... Отличная идея для статуса в соцсетях. Красиво, тонко, мудро.

Все-таки я очень — очень умная.

— Долго вы были вместе? — спрашивает Колька тихо.

— Да... Две недели, — всхлипываю я, все еще не веря, что Рафа мог так поступить со мной.

— А с подружкой?

— Два года.

— Змея, — цедит он, отпинывая носком кеда камушек.

— Подколодная, — подтверждаю я.

— Да, Васька, невезучая ты в любви. Сначала твой парень, потом Толик...

— Блин, Коля! — пихаю его кулаком в бок, — Не нужен мне ваш Толик! Он мне вообще не нравится!.

— Правильно — правильно, — кивает пацан, — Ты, главное, при Людке это почаще говори.

В этот момент на поляну выезжает машина и простреливает густую темноту ярким светом фар.

— Тоха!.. — восклицает Колька, подскакивая на месте, — Тоха едет!

Толчок в груди и окатившая с головы до ног жаркая волна на время притупляет невыносимую сердечную боль.

Включив фонарик на телефоне, Коля начинает прыгать на месте. Баженов, мигнув фарами, дает понять, что видит нас.

Я сажусь, отряхиваю одежду и поправляю растрепавшиеся волосы.

— Тоха, мы здесь! — кричит пацан, сложив руки рупором.

— О, Боже!.. — ахаю я, когда, чуть скинув скорость, Антон перезжает реку прямо на внедорожнике.

— У него знаешь, какая крутая тачка! Зверь!.. — тараторит Колька, — По любому бездорожью ползет!..

— Круто...

Еще минута, и джип Баженова останавливается у подножия сопки. Слышится глухой стук двери и голос Антона:

— Вы, блядь, какого хрена там забыли?

— За интернетом ходили! — отвечает Колька, — Васе очень надо было.

— Коля!.. — шиплю, дергая его за штанину.

— Что?..

— Ничего! Помоги мне!.. — прошу, протягивая руку.

Обхватив мое запястье, он помогает мне подняться на ноги. Та, что покалечена, болит почти так же сильно, как моя разорванная в клочья душа. Балансирую, стараясь на нее не опираться.

Антон добирается до нас всего через несколько минут. Чуть запыхавшийся, немного взъерошенный, злой и красивы-ы-ый!

От радости видеть его в горле почему-то начинает свербить. Закусываю губы.

— Она мозоль натерла и коленку расшибла, — докладывает Колька тут же, — Я говорил, что это плохая идея.

— Ничего ты не говорил! — выдыхаю возмущенно.

— Ее парень бросил, — рассказывает дальше, — Изменил с лучшей подругой.

— Ясно, — говорит Антон, наклонившись и поддев мою ногу под коленом, — Показывай.

Я, стреляя в его Превосходительство гневными взглядами, скидываю тапку и демонстрирую Баженову свою рану.

Он касается ступни пальцами, я вздрагиваю, как от удара током.

— С коленом что? — спрашивает, пытаясь потрогать его.

— Разбила, — отвечает за меня Коля, — Там кровь на джинсах.

Тихо выругавшись, он выпрямляется и, обвив мою талию, подхватывает меня на руки. Пискнув от приятной, чего греха таить, неожиданности, обнимаю его шею.

— Крепче держись, — предупреждает Антон, начиная спускаться.

— Ага...

Мои разбитые тело и душа мгновенно согреваются. Прижавшись к нему, вдыхаю аромат его кожи и любуюсь мужественными линиями его лица.

— Прости, — шепчу так, чтобы плетущейся за нами следом Колька не смог услышать.

— Угу...

Злится. Возможно, он собирался провести время со своей девушкой в соседнем селе, помочь ей с ее коровами, а тут я со своими бедами и несчастьями.

— Я не специально, — продолжаю к нему подлизываться.

— Это тот?.. На белом Мерседесе?.. — спрашивает вдруг, глядя в мои глаза.

— Не хочу о нем говорить, — вздыхаю тихонько, — Пусть катится к черту.

Уголки его губ дергаются, а, может, мне только так кажется в темноте.

Довольно быстро мы оказываемся внизу. Меня усаживают на переднее сидение, Колька запрыгивает на заднее.

— О каждом шаге из дома ты должна предупреждать, — строго выговаривает Баженов, устраиваясь за рулем и сдавая назад.

— Я же не думала, что так выйдет!..

Посмотрев в зеркало заднего вида, он припечатывает Кольку тяжелым взглядом. Тот понуро молчит.

— Она могла скатиться кубарем и свернуть себе шею.

— Коля не виноват, это я попросила отвести меня на сопку.

— Останови за речкой, Тох, — просит пацан виноватым голосом, — Я там велик бросил.

Антон переезжает реку, и Колька, бросив нам тихое «пока», выходит. Мы с Баженовым остаемся наедине.

— Все так плохо? — спрашивает он, выезжая с поляны на дорогу.

— Меня предали самым подлым образом, — всхлипываю, не сдержавшись.

— Я про колено.

Машинально касаюсь его рукой. Больно.

— Не знаю.

Он перехватывает мой взгляд и заламывает бровь, что я расцениваю как предложение продолжить плакать в его жилетку.

— Антон, можно вопрос? — говоря с надрывом, тут же пользуюсь разрешением.

— Валяй.

— Я красивая?

Если он засмеется сейчас, я, клянусь, умру на месте! Но он не смеется — вполне серьезно осматривает мои лицо, грудь и ноги в заляпанных джинсах.

— Нет, я понимаю, что до твоей девушки мне наверняка далеко, но...

— Красивая, — перебивает негромко.

Мне снова становится жарко и нечем дышать. Под раскуроченной коленкой разливается слабость.

— Врешь, чтобы успокоить меня? — подначиваю, желая его комплиментов еще и еще.

— Красивая, — повторяет Антон, — Очень.

Сглатываю, вспыхнув так, что начинают гореть кончики ушей.

— Правда?

— Да.

— Почему же тогда Рафа...

— Долбоеб твой Рафа.

Ох, мамочки! Как мне нравится!.. Все — все нравится!.. Немного пугает то, что я чувствую, но нравится так, что голова кружится!

— Докажи, — требую еле слышно.

— Целоваться со мной хочешь? — спрашивает Баженов так же шепотом.

— Хочу.

Сбросив газ, его внедорожник съезжает с дороги на обочину и останавливается.