28

Девчонка замирает.

Воздушные стены вокруг ветки трескаются. Магия высвобождается и взвивается. Огонь вспыхивает ярче на краткий миг - и тут же жалобно схлопывается.

- Что ты сказал?

А я…

Сижу, тоже застыв, как идиот, с пересохшим горлом и внезапно гулко стучащим сердцем.

Да. Правда. Что я говорю?!

Отрезвление подкатывает - но даже сейчас не захлёстывает полностью.

Наши тела всё ещё в плену друг друга. Рук я не разжал. И решаю не разжимать и дальше, чтобы она на нервах не соскользнула с утёса.

Крылья, которые живут сейчас своей жизнью, дёргаются, желая её прикрыть.

Укромный уголок за её ухом по-прежнему весь в моём распоряжении.

- Ты моя жена, - cтараюсь, чтобы звучало жёстче. - И твои “девичьи дни” давно закончились.

Я просто посмотрю, как она отреагирует!

Это не всерьёз.

Только попробуй сказать, что теперь у тебя настоящие!

- Я…

Огонь с ветки словно перепрыгнул в её тело. Нежное ухо горит под моими губами. Девчонка вся вспыхнула - и это как-то по-особому захватывает. Хочется вдруг снова поверить, что она смущена, в тайне изнывает от желания, и всё это - только для меня.

Но ей не сильно нравились мои прикосновения раньше…

- Мы договорились расторгнуть брак, - тихо шипит она наконец.

- Это будет не завтра. И вряд ли даже через месяц. А я взрослый и здоровый мужчина. - Ответы получаются злыми и обезличенными.

- К сожалению, я не так здорова, и вы обещали меня не добивать!

“Вы” - это ещё сильное смущение или уже неприязнь?

Руки соскальзывают на непослушную талию.

Уговаривать женщину спать со мной мне ещё не приходилось.

Соблазнять - да. И то немного. В тот период, когда Лира убедила отца сплавить меня в столицу, я словно назло ему заводил романы со вдовами и “свободными” девицами. Пара лет, за которые весь дом считает меня кобелём… опять же, с лёгкой руки то ли Лиры, то ли Прайдена.

Но и тогда мне не нужно было особо стараться.

Уговаривать собственную жену - совсем нелепо!

- Речь про ребёнка больше не идёт. - И всё же, слова льются. Будто я загоняю её в угол. - Попьёшь настойки. Здесь все их пьют, здесь их готовят.

Она вдруг швыряет ветку в пропасть.

Изворачивается в моих руках - и опять кажется, что всё специально, потому что от движения мурашки бегут по телу и крылья снова вздрагивают.

Поза соблазнительная.

Рыжая голова откидывается на моё плечо. Нежные губы - совсем рядом с моими.

Раскрыты.

Грудь вздымается.

И эти нежные губы злобно произносят:

- Идите к леди Старии. А может, и к её матери. Я разрешаю, как жена.

Мысль о Старии… бьёт по яйцам, не меньше.

Отрезвляет наконец!..

Я бессознательно ослабляю хватку. Девчонка пытается встать. Покачивается, какой-то камень вылетает из-под каблука! Я хватаю её снова и резко поднимаю нас обоих.

Разворачиваю её за плечи, отставляя от утёса.

В груди словно ледяной дождь хлещет в кипящее озеро.

Представлять, как я после всего этого буду выглядеть для Старии - мерзко. Хоть самому в пропасть прыгай.

Но ещё более мерзко - от этого холодного “разрешаю”.

Даже не от простушки. От девчонки, которой я точно не разрешу касаться других мужчин.

Терпеть не могу!

А она - яркая и живая. Скулы раскрашены розовым. Губы немного пересохли, и она касается их языком…

Снова не думая, я хватаю её за подбородок и впиваюсь в этот язык и губы.

Зло.

Мстительно.

В груди вспыхивает! На миг накрывает какое-то чувство удовлетворения, от живота до затылка бежит тёплая волна. Во рту сладко. И солёно. И хочется врываться в невинный рот моей жены глубже и глубже.

Я даже не понимаю поначалу, отвечает она или нет.

Нет…

Не отвечает, конечно. Точно не так, как мне хотелось бы.

Останавливаюсь. С силой отрываю себя от неё…

Девчонка моргает. Закрывает рот рукой так, будто её пчела укусила!

Но сказать ничего не успевает.

- У вас всё в порядке?! - Над утёсом без крыльев взмывает Даст. Приземляется рядом, ловко и проворно.

Только его тут не хватало!

Я забыл о твоём существовании. Исчезни!

Но… ещё раз взглянув на него, я вдруг понимаю, что - да… Он всё-таки вовремя.

- Я, наверное, пойду, - Голоса Земляники почти не слышно из-под руки. Глаза горят звёздами.

- Нет. Занимайся с ней дальше, - Делаю сам шаг назад, киваю Дасту. - Я… показал главное. Попробую сам в другом месте.

Пусть уж лучше она тут остаётся. Пусть даже с ним, пусть он развлекает её! Потому что… кажется, что иначе она и правда сбежит сейчас, одна, непонятно куда! От меня. И мне вдруг неожиданно паршиво от этого и от того, как всё случилось в очередной раз.

Подхожу к краю утёса. Раскрывая крылья, прыгаю не глядя.

Ветер обволакивает тело и рвёт волосы…

…Лечу я долго. Иногда закрывая глаза, слушая песни гор и воздуха. Только на каком-то чувстве, вбитом в меня Дастом, стараюсь не подниматься слишком высоко, не тонуть в удовольствии от полёта полностью. Наконец, нахожу тихую площадку, куда точно никто не дойдёт.

В висках всё равно стучит. “Идиот” - можно различить, если прислушаться. Сегодня - да, совершенно точно!

Но зато на всех этих чувствах я вспоминаю, о чём думал недавно. И… решаю добавить под стук сердца силы.

Распаляюсь снова. Только пытаюсь сейчас сделать это аккуратно, контролируемо. Стараюсь - потому что чувство вины цедит, что уж сегодня-то мне лучше бы больше не ошибаться!

И в какой-то момент, ещё не сорвавшись, но добравшись до грани терпимого… я понимаю, что вижу то, что хотел.

“След”!

Перед глазами переливаются цвета, которых в моей магии нет. Будто чужую ленту вплели в косу и забыли вынуть. О да! Пытаюсь поймать своё состояние. Кое-как выныриваю из прочих мыслей, умудряясь не сбить магию.

Аккуратно окружаю своими потоками чуждую суть.

Рассматриваю её и “ловлю”! Припечатываю…

Убеждаюсь, что смогу вытащить всё это на свет снова, если захочу.

Выдыхаю наконец, немного успокаиваясь.

Надо сказать Дасту!


…Прихожу домой я поздно, как всегда в последние дни. Измотанным, но относительно спокойным. Только дома меня ждёт женщина, которая спокойствие разбивает в пух и прах.

Но Соль сидит за обеденным столом. Разложив там бумаги, что-то пишет, как всегда по вечерам.

При виде меня резко прекращает. Встаёт, откладывая вещи.

- Шейдран… - Она смотрит на камин, а не на меня. Губы поджаты, руки сложены за спиной. - Я ждала, потому что должна сказать. Я уеду на несколько дней.

Ноги врастают в пол.

Да какой, на милость, Тьмы?!

Ты совсем с ума сошла?..

Шагаю вперёд. Но прежде чем я успеваю что-то сказать, она неагрессивно, даже как-то расстроенно взмахивает руками:

- Леди Равена сказала, что меня надо инициировать. “Раскрыть” мою магию в каком-то особом месте. И что это… не терпит. Иначе меня не оставят в Коллегии.

Уставшая голова даже не особо может это переварить.

Равена сказала?


Загрузка...