Шейдран
- Конечно вы решили, Дейр! Как могло быть иначе?!
- Прости, Шейд. Прости! Но дядя Прайден, он же прав…
“Всегда прав”, - не хватает пролепетать великовозрастному ребёнку в теле моего брата.
Рычу. Злюсь. За то что “семейный совет” подписал мне приговор и не мог иначе. Нет у нас никакого совета в самом деле! Прайден схватил всех за задницы. И братьев моих, и дядю Найтена, и даже стерву Лиру, о которой и говорить тошно.
Настроение - такое, что хоть в бездну.
Как я позволил загнать себя в ловушку? Да меня голыми руками взяли - как барана в стойле.
Дядя, он вообще…
Мой отец был человеком со слабостями - но хотя бы честным. Всегда. Не было для него ничего выше чести семьи. Прайден же - настоящий паук.
Он был четвёртым сыном по старшинству, а стал главой нашего дома. Что ещё тут говорить?
Нет, к смерти отца он не причастен.
Мой отец погиб при переделе власти в империи. Служил старому, законному императору. Когда часть знати решила возвести на трон его ублюдочного брата с тёмной магией - он был первым, кто назвал это ересью.
И первым полетел выполнять приказы. Мы оба полетели…
В бою тёмный принц сломал моему отцу шею, а мне крыло. А Прайден, схвативший власть, пока я зализывал раны, решил, что нашей стороне, увы, не победить.
И в числе первых понёсся лизать зад узурпатору.
Публично оклеветал погибшего отца. Отрёкся от всего, за что стоял наш дом. Теперь большая часть востока считает нас предателями и лжецами! Влияние и доверие, которое набирали десятилетиями - растоптаны.
Вдобавок дядя “откопал” завещание, в котором отец якобы ставит мне условия для вступления в наследство.
Мы отцом были недовольны друг другом в последние годы, это правда.
Но он…
Не предпочёл бы Прайдена мне.
И вот, казалось бы - я, наследник, должен бороться за свой рушащийся дом. Должен каким-то образом всё исправить! Но вместо этого я прихожу в себя, “изменяя” невесте с чужой девкой.
Хуже всего - что я даже не знаю, как попался.
Теперь Прайден хочет женить меня на мелкой стерве… При мысли о ней всё сводит.
Терпеть не могу дешёвых женщин. Особенно вот таких продажных мелких дворянок. Отец женился на такой вскоре после смерти матери - и я уже невольно видел всё, что только мог!
Лира.
О, в ней не было… ничего. Ни вкуса, ни достоинства. Только дешёвая, выпяченная страстность - но всё же ею она отца и пленила.
Он спустил почти всё состояние на прихоти этой стервы.
На её родню.
На тряпки, рубины и изумруды. На новый дом для неё, на бесконечных слуг. На балы, поездки и дачи. Потом - стал играть в кости с её роднёй. Разумеется, проигрывал! Ведь он-то играл честно…
Конечно, всё случилось не в одночасье. Она тянула из него соки годами - и не дала ничего взамен. Только слабого сына, который даже ходит сам с трудом и которым теперь манипулирует Прайден. Её саму дядя тоже окрутил - а может, они и спелись.
Соринка, которую мне подсунули, слишком похожа на… мачеху.
С ней всё с первой встречи было ясно.
Помню, как она “случайно” налетела на меня в коридоре Коллегии. В жилом крыле, в которое её не должны были пускать. Что она там искала на ночь глядя, догадаться не сложно - чужие спальни.
Обычно я таких просто сразу посылаю.
Несколько верных слов, замечаний должны были убить мою привлекательность в её глазах. Десятки раз до этого работало. Но почему-то не с ней!
Через пару дней она ждала нашу компашку у реки. С подвязанной юбкой и голыми ногами, с мокрым, облепившим грудь лифом.
Я бы сказал, что смотреть там было не на что - уж слишком худая. Но… на самом деле, это не совсем так.
А потом она носила мне книги. Будто старый мэтр решил засыпать меня исследованиями, о которых я даже не просил. И всегда лично в руки. В итоге…
Да мне было плевать, что в итоге! Она не смогла подцепить никого из высших, подцепила сына того мэтра - не то чтобы я думал о ней!
Но вот. Внезапно я прихожу в себя, когда раздвигаю ей ноги.
Новый скандал, теперь со мной в главной роли.
Вспоминаю, что говорила Стария. Как смотрела на меня. Жжёт! Вцепляюсь в край столешницы, тяну стол на себя. С него летят книги, грохочет об пол пресс для бумаг…
Мы должны были пожениться.
Мы были хорошей, Свет, парой!
Перед Старией и её семьёй почему-то стыдно так, будто я действительно затащил девку в постель. И я варюсь в этих ощущениях.
Во мне много недостатков, ладно?
Но я не предатель. Не бью в спину.
Прайдену на это плевать - и плевать, что позор нашего рода теперь раскрасится новыми цветами, словно он хочет уничтожить дом!
Может, и правда? Я не знаю плана - но знаю, что если ослабить, распилить на куски большую землю, её точно легче взять под контроль…
В одиннадцать утра - репетиция брачной церемонии. Все вокруг старательно игнорируют скандал - по крайней мере в нашем замке. С утра уже бегают, готовя торжество.
Я мог бы улететь отсюда, не явиться даже на свадьбу - но это значит ещё больший позор и повод для пересудов.
И потому я иду, стиснув зубы, в небольшой зал, где щебечет стая женщин.
Соринка тут. Стоит в центре - и вокруг неё вьются десятки швей, слуг, распорядителей.
Нравится тебе внимание, да?
Её отвратная родня тоже здесь.
- Во время церемонии нельзя моргать, когда на вас смотрит жених, - строго учит распорядительница.
- Простите?
- Традиции, Соль! - кудахчет конопатая женщина с лицом старой шлюхи. - Не слышала? Ну что ты как деревенская, соберись! Да, он может решить смотреть всё время. Потерпишь!
- Выведите отсюда моих родителей, пожалуйста, - не выдерживает девчонка.
- Соль! Ты чего?..
Шагаю вперёд.
- Уберите их. - Меня эти шуты тоже раздражают. Какая-то дурная пара - думаю, их Прайден прожевал и не заметил.
В зале все замирают, увидев меня.
По моей команде шутов и правда выводят - что-то лепечущих и кланяющихся. Пятнышко подбирается.
- Что? Можешь теперь наслаждаться, - подхожу.
- Моргать, когда на вас смотрит жрец, тоже нельзя, - продолжают третировать её. - Мы предложим вам капли для глаз, леди. Дальше…
- Спину нужно сделать прямее, - бесцеремонно обсуждают швея и мастерицы грима рядом. - Лицо? Закрасим, не будет видно ничего этого. И грудь…
- На груди кожу тоже нужно облагородить. Замажем?
- Я хочу сделать платье с высоким воротом, будет смотреться дорого и скроет сразу все недостатки.
Глаза у Соринки сухие, но блестят. Щёки полыхают.
Ну а что ты хотела? Терпи!