Развод. Без сожалений

Глава 25

— Я сейчас не могу разговаривать, — слушаю, как муж достаточно холодно беседует по телефону. — Нет, я дома… Да, с женой. Я просил не беспокоить меня по личным вопросам.

Не хочу подслушивать. Тем более не желаю становиться свидетельницей его общения с любовницей, а я не сомневаюсь, что это она. Но вся ситуация складывается таким образом, что мне даже становится ее жаль.

Кажется, она зря скрывала беременность. Егору ее ребенок в любом случае не нужен.

Что касается этой беспринципной особы, то либо она очень сильно хочет малыша, либо надеялась ребенком еще сильнее привязать Исаева и… просчиталась.

В данный момент меня настораживает поведение мужа. Всего неделю назад он общался со мной так же, как и с ней сейчас: холодно, жестко, неприветливо. А теперь ситуация вдруг кардинально изменилась, но это не доставляет мне удовольствия.

Разбитую чашу не склеишь. А наш брак разлетелся на мелкие осколки, и как ни пытайся их соединить, будут оставаться швы, и пара осколков потеряется точно. Да и выглядеть будет по-уродски, как ни старайся.

— Это все? — кажется, он злится. — Тогда разговор окончен, — сбрасывает вызов.

Секундное замешательство: сбежать обратно в спальню или остаться на месте? Но я не успеваю решить, как быть, когда Исаев вырастает из-за угла.

— Кира? — брови сдвинуты и выражение лица такое хмурое, будто на мужчину навалилась целая тонна проблем.

По старой привычке хочется его пожалеть, спросить, что случилось. Но я сразу одергиваю себя, напоминая, что теперь это забота другой женщины, с которой он так жестко разговаривал.

— Готова? — окидывает меня пристальным взором, и морщина между его бровями разглаживается.

— Да, — расправляю плечи.

Ксения вчера так и не объявилась, как и не прислала за мной подмогу.

Все же вторжение на частную территорию даже для сотрудников наших доблестных органов может стоить серьезной судебной тяжбы, которую Исаев мог устроить. Остается единственный выход. Бежать из больницы. Но как быть с дочкой? Он не отдаст мне Лизу. Значит, и этот вариант отметается.

И снова я в тупике.

— Ты вернешь мне телефон? — смотрю на него с вызовом.

— Для чего? — сканирует меня глазами, словно решая, стоит ли мне доверять или нет.

— Мне нужно быть на связи с дочерью, знать, когда она освободится. И вообще, я что теперь, пленница?

— До тех пор, пока в твоей голове живы эти безумные идеи насчет развода, — да, — отвечает он совершенно спокойно.

— Ты же понимаешь, что это нездорóво. Ты не можешь запереть меня дома и контролировать каждый шаг.

— Отчего же? — усмехается он. — До тех пор, пока ты носишь моего ребенка, — запросто.

— А потом что?

— А потом ты даже не подумаешь о побеге, — улыбается он злорадно.

— Откуда такая уверенность?

— Как же ты оставишь младенца? Вряд ли ты захочешь жить отдельно от него, — кажется, что, даже представляя себе такой вариант, он получает истинное удовольствие.

— В смысле? — моргаю, стараясь переварить услышанное. — Ты заберешь у меня ребенка? — от одной мысли об этом по венам струится холодок и приподнимаются волосы.

— Только если ты продолжишь упрямиться.

— Это же бред! И что ты с ним будешь делать? Отдашь Марине? Так у нее будет свой младенец на руках. Зачем ей чужой?

— А это уже не твоя забота, — смотрит на меня надменно.

Я все больше и больше понимаю, что мне нужна помощь. И помощь кого-то с хорошими связями. Такого человека, который мог бы своим авторитетом задавить Егора.

Но пока я могу надеяться только на адвоката и суд. Заявление мной подписано, и остается ждать начала разбирательства.

Когда нас разведет суд, у Исаева не останется другого варианта, кроме как принять его решение.

— Надеюсь, этот вопрос решен и ты больше его не поднимешь?

От безысходности мне хочется плакать. Исаев пользуется тем, что у него связи, деньги и, в конце концов, физическое преимущество. Но я беру себя в руки и следую к выходу, думая о том, что буду действовать по ситуации.

— Кстати, — усмехается он, — звонил твой адвокат.

Меня охватывает озноб, и учащается пульс.

Тяжело сглатываю и смотрю на мужа.

— И что ты ответил? — в висках пульсирует. Мне кажется, что это начало конца.

— Что тебе нечем оплатить его услуги, — самодовольно отвечает он. — И сегодня у меня с ним назначена встреча.