— Мамочка, я так переживала, — всхлипывает моя малышка, лежа головой на моем плече.
— Солнце, со мной все в порядке, — улыбаюсь я и глажу дочку по голове.
Стоило обнять своего ребенка, и мой мир обрел покой.
— Я так испугалась… — тихо говорит она.
— Ты же видишь, все хорошо. Просто мама устала и мне нужно немного отдохнуть, — не перестаю гладить ее.
— Это из-за того, что вы с папой ругались, да? Поэтому тебе стало плохо? — приподнимает голову, заглядывая мне в глаза. — Ты расстроилась, что другая тётя родит ему ребенка? — обеспокоенно спрашивает она.
Встречаюсь со встревоженным взором мамы, сидящей чуть в стороне. Её явно вся эта ситуация тоже заставляет здорово нервничать, но она ничего не говорит.
— Солнце, откуда ты узнала про другую тётю? — голос дрожит, хотя я стараюсь сохранять спокойствие.
— Это же она, та самая, которую мы встретили в торговом центре?
Этот комментарий застает меня врасплох. Я не думала, что дочь что-то уловила из разговора с Мариной, и меня это расстраивает. Получается, я сама недоглядела и стала причиной того, что моя дочь в курсе взрослых проблем.
— Когда вы с папой ругались, я все поняла, — говорит Лиза, словно читая мои мысли, и у меня сердце обрывается.
— Доченька… — теряюсь я и не знаю, что сказать. — Мне стало плохо не поэтому.
Несмотря на наши отношения с Исаевым, в мои планы не входит настраивать против него дочь и превращать его в монстра в ее глазах.
— Просто, — набираюсь смелости, — у мамы тоже будет малыш.
— Как? — распахивает она глаза в изумлении.
— Боже правый! — слышу возглас матери.
— У меня будет братик? — хмурится Лиза.
— Да, — киваю. — Или сестренка. Но для этого мама должна беречь себя и следить за здоровьем.
Дочь молчит и обдумывает сложившуюся ситуацию. Я прекрасно понимаю, как ей непросто уложить все новости в голове.
— Из-за этого ты в больнице? — перебирает она воротник моего халата.
— Да, солнце, — улыбаюсь я.
— Значит, теперь мы будем жить с папой? — вижу надежду в ее глазах.
— Нет, малыш. Боюсь, с папой мы жить не сможем…
— А как же ребенок? Разве так бывает, что у малыша нет папы?
Взрослому-то вся эта ситуация дается непросто, а уж ребенку тем более.
— У этого малыша будет папа, так же, как и у тебя. Просто мы не будем жить вместе.
— Не понимаю, как это? — продолжает она хмуриться.
В теории я знала, что примерно скажу дочке про нашу ситуацию, но на практике каждое слово ставится под сомнение, ведь неизвестно, как ребенок отреагирует на подобные новости. Но лучше она будет думать о рождении родного брата или сестры, чем о том, что какая-то посторонняя тётя родит ее папе нового ребенка, которого он будет любить больше нее.
— Помнишь, ты рассказывала про подружку Соню? — решаю объяснить все на примере.
— Да.
— И ты говорила, что ее мама и папа не живут вместе, и у папы есть новая жена, и у этой жены родилась маленькая девочка?
— Да, — вижу, как глаза дочки наливаются слезами.
— Но ее папа по-прежнему возит Соню на кружки, приезжает в гости. Вспомни, ты говорила, что Соне нравится у него в новом доме. Видишь, ее папа не перестал ее любить. Он все еще ее папа.
— Я не хочу, чтобы папа жил с новой женой! — начинает она плакать.
— Солнце, тебе было приятно, что мама и папа ругаются?
— Нет, — всхлипывает она.
— И мне не хочется все время ругаться. Но если мы с папой будем жить вместе, то не сможем общаться иначе. И если мама и папа перестали любить друг друга, то им лучше расстаться, чтобы снова улыбаться и радоваться жизни.
— А как же малыш?
— Он тоже будет счастлив, если мама и папа будут улыбаться, и неважно, что они при этом живут отдельно, — как же все сложно. Мне самой хочется постучать себе по голове, лишь бы не видеть слез ребенка. Но как бы я ни старалась, я не смогу жить с Егором. И нашим детям будет гораздо лучше от нашего развода.
— Я хочу, чтобы ты улыбалась, мамочка, — обнимает она меня крепко за шею. — Мне не нравится, когда ты грустная и плачешь!
— Солнце, — прижимаю я дочь плотнее к себе. — Все будет хорошо. У нас всех все будет хорошо.
Спустя минут десять, когда дочь уходит искать автомат с какао вместе с дедушкой, мама подсаживается ближе и накрывает мои ноги пледом.
— Прохладно, — говорит она. — Значит, дело решенное? — смотрит на меня.
— Да. Ты дозвонилась до Ксюши?
— Дозвонилась. Она сказала, что к вечеру будет готова.
— Хорошо, — облегченно выдыхаю я. — Главное — не столкнуться с Исаевым.
— Кстати, вот, — достает она из сумки старый кнопочный телефон. — Тут номер Ксении, мой и отца.
— Спасибо, мамуль, — обнимаю крепко родительницу за шею.
— Дай Бог, чтобы все закончилось хорошо, — обеспокоенно говорит она.
— Иначе быть не может, — с улыбкой смотрю на нее и впервые за несколько дней чувствую, что все обязательно будет прекрасно.