Развод. Измена на свадьбе

Глава 15

— Убирайся! — глаза застилает ярость, когда я вхожу в гостиную, в которой всю дальнюю стену занимает раздвижная стеклянная дверь, ведущая на террасу.

Муж резко оборачивается. На его лице отражается удивление. Плевать, что ты думаешь “дорогой”! Жить с этой тварью в одном доме я точно не стану! Даже учитывая, что не собираюсь задерживаться здесь дольше пары дней.

— Забирай свои вещи и вали отсюда, — говорю настолько спокойно, что сама удивляюсь. — Или я тебя выставлю.

В груди клокочет ярость. Но внешне я остаюсь… равнодушной. Только челюсти стискиваю и дышу глубже, чем обычно. Прохладный воздух, который просачивается сквозь приоткрытую на террасу дверь, помогает остудить разгоряченное тело и держать себя в руках.

Голова немного кружится, но я все-таки не позволяю себе устроиться на коричневым кожаном диване, напротив которого стоит журнальный столик, а на стене висит телевизор с длинной деревянной тумбой под ней.

Не собираюсь показывать “парочке” свою слабость, которая разливается по телу. Похоже, то, что съеденная утром еда, вышла из меня, не успев усвоиться, а потом вовсе ее отсутствие, все-таки играет свою роль.

— Ты меня плохо слышишь? — останавливаюсь недалеко от подлокотника дивана, борясь с головокружением.

— Руслан? — девушка переводит неверящий взгляд на моего мужа.

— Я тебе еще в ресторане сказал, что ты не будешь жить в моем доме, — отчеканивает Руслан, то и дело поглядывая на меня. — Предложение перекантоваться в моей квартире в городе еще в силе.

Резко, истерично смеюсь. Я же не ослышалась?

— Ты, хотя бы, постеснялся, — качаю головой, безумно хихикая. — По-твоему, нормально при жене называть место, где будешь трахать любовницу?

Вика белеет.

— Ты неправильно поняла… — начинает Руслан, но я приподнимаю руку.

— Не надо, — облизываю пересохшие губы. — Все я поняла. И выводы сделала. Главный, что я полная дура, потому что вышла за тебя, — слезы застилают глаза, но я не даю им пролиться. — Хочешь его? — перевожу взгляд на Вику, которая ошарашенно смотрит на меня. Медленно кивает. — Забирай! — ногтями впиваюсь в ладони. — Забирай с потрохами, но сделай сначала так, чтобы он и его семейка оставили в меня в покое!

Девушка непонимающе хмурится.

— Маша, — рычит Руслан.

— Что? Что ты мне сейчас можешь сказать такого, чего я еще не слышала? Про контракт опять напомнишь? — судорожно вздыхаю, возвращаю себе самообладание. — Можешь засунуть его, знаешь куда? — резко выдыхаю. — В общем, — смотрю на любовницу мужа, которая внешне выглядит как “сама невинность”, но ее гнилая личина все-таки пробивается сквозь заинтересовавшийся взгляд. — Если хочешь Руслана, помоги мне получить развод, а сейчас убирайся.

— Маша, твою мать! — Руслан хватает меня за запястье, но я выдергиваю руку.

— Не прикасайся ко мне, — цежу сквозь стиснутые зубы. — Ты же сам сказал, что в любом случае будешь к ней всегда возвращаться? Почему бы тогда не дать мне развод и не жениться на любовнице.

Черты лица мужа заостряются. Он стискивает челюсти. Дышит тяжело, прерывисто.

— Нечего сказать? — приподнимаю бровь, непонятно зачем провоцируя Руслана.

Возможно, хочу, чтобы муж мучался также, как я. Меня изнутри буквально разрывает от агонии. Каждый удар сердца отдается болью. В груди жжет. Нервные окончания горят. И только потому, что рядом любовница мужа, я еще не осела на пол, не уткнулась лбом в колени и не разревелась. Напряжение этого дня разом наваливается на меня, давит на плечи, не дает толком вздохнуть. Но взгляда от мужа не отвожу. Он тоже смотрит на меня. Пристально. Напряженно. Будто пытается пробраться ко мне в голову. Понять, что же там происходит. А, может, хочет заглянуть глубже? Ведь не просто так говорят, что глаза — зеркало души.

Но вот чего я не позволю, так того, чтобы он снова забрался так глубоко. Мне достаточно ран, которые он уже нанес.

— Кхм… я, наверное, пойду, — голос Вики снимает напряжение, которые искрит между мной и мужем. Мы оба смотрим на девушку, которая как раз берется за ручку чемодана. — Руслан, позвони мне позже.

— Зачем же звонить? Он может просто уехать с тобой, — яд так и льется из меня.

Муж обреченно вздыхает.

Вика же чуть краснеет и с надеждой смотрит на Руслана. Я закатываю глаза. Еще бы в рот ему заглянула.

— Маша, жди здесь! — приказные нотки отчетливо слышатся в его голосе. — Я провожу Вику. Вернусь, и мы говорим.

— Да, ладно? — притворно удивляюсь. — Не поедешь с ней? — приподнимаю бровь.

Возможно, перебарщиваю. Но мне плевать!

Я устала!

Устала от эмоциональных качелей!

Устала от издевательств!

Устала бояться!

Будь что будет.

— Сейчас вернусь, — отчеканивает муж и указывает Вике головой идти к выходу.

Она тут же слушается.

Шуршание колесиков по паркету раздражает и без того воспаленные нервы. Сильнее впиваюсь ногтями в ладони, наблюдая, как “парочка” покидает гостиную.

Первый порыв — тоже уйти. Запереться в спальне и забыть обо всем произошедшем, как о страшном сне. Но силы так не вовремя покидают меня. Их хватает лишь для того, чтобы дойти до дивана и плюхнуться на него.

Позволяю себе расслабиться, но ненадолго.

Хватает одного длинного вдоха и выдоха, чтобы разум очистился от посторонних, вязких мыслей.

Резко выпрямляюсь.

Поднимаю руку, открываю ладонь, смотрю на тест.

— Да, твою мать, — шепчу, глядя на две полоски.

Как такое могло произойти? Я же пью таблетки… Судорожно перебираю воспоминания. Возвращаюсь во время, когда “ушел” дедушка, но почти ничего не помню. У меня тогда разум больше желе напоминал. Я находилась в полнейшей прострации, могла пропустить прием препарата. А потом Руслан меня забрал меня к себе и…

Черт! Черт! Черт!

Что же теперь делать?

— Что там у тебя? — сзади раздается голос мужа.