Развод. Измена на свадьбе

Глава 66

— Он в порядке… в относительном порядке, — уголки губ мужа приподнимаются, но улыбка не касается глаз. — Я позвоню врача, она все объяснит, — Руслан еще мгновение смотрит на меня, после чего просто выходит из палаты.

Я же остаюсь в одиночестве с шумом в ушах.

В порядке…

В порядке…

В порядке…

Облегчение холодной волной заливает меня. Шумно выдыхаю, до этого момента даже не понимая, что задержала дыхание.

Господи, мой малыш… в порядке.

Мне приходится приложить невероятные усилия, чтобы поднять руку и переложить ее на живот.

Спасибо…

Спасибо…

Спасибо…

Господи, спасибо!

Слезы вновь застилают взор. Дышать становится тяжело. Меня бросает то в жар, то в холод. Страх постепенно отступает, оставляя место истинному счастью. Радость наполняет кажду клеточку моего тела, заставляя кончики пальцев покалывать. Эмоции выплескиваются наружу вместе со слезами.

— Малыш, спасибо за то, что ты продержался, — бормочу, поглаживая живот. — Ты мой сильный мальчик. Мальчик же?

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем эмоции начинают немного успокаиваются. Постепенно мне становится легче. Хотя до сих пор не могу поверить в свое счастье.

Как раз в этот момент дверь распахивается и на пороге вновь появляется Руслан. Он выглядит чернее тучи, из-за чего у меня сердце пропускает удар. За мужем следует тучная, светловолосая женщина в белом халате.

Она сразу же цепляется взглядом за меня, осматривает с ног до головы, и только после этого подходит ближе.

Руслан становится напротив женщины с другой стороны кровати, но ко мне больше не прикасается. Просто засовывает руки в карманы черных брюк.

Становится как-то… одиноко.

Стараюсь отбросить неприятные ощущения, сосредотачиваюсь на женщине-докторе, которая говорит, что мне очень повезло. Случилось настоящее чудо! Но если я хочу сохранить ребенка, то придется остаться в больнице… надолго. Скорее всего, до самых родов. Медицинские термины проходят мимо меня. Все, о чем я могу — мой малыш все еще со мной.

«Ты такой молодец, послушался мамочку», — произношу мысленно, кончиками пальцев поглаживая живот.

Говоря, что пришлет медсестру, взять анализы и передавая мужу какой-то конверт, который для него оставили, доктор уходит. Мы же с Русланом остаемся наедине.

Атмосфера в палате тут же накаляется, становится тяжелой. Воздух спирает. Такое чувство, что он вот-вот начнет потрескивать.

Мне приходится собрать остатки сил, чтобы взглянуть на Руслана. Он все так же стоит рядом со мной и выглядит при этом темнее, чем грозовое облако. Муж даже не смотрит на меня, его взгляд направлен в белую стену.

Если бы у меня были силы, то я напрягалась бы. Но все, что мне удается из себя выдавить, это сдавленное:

— Что не так?

Во рту все еще сухо, но, по крайней мере, удается сглотнуть.

Руслан же глубоко выдыхает, еще пару секунд буравит стену, прежде чем посмотреть на меня.

В глазах мужа отражается так много всего: печаль, страх, плохо скрываемая боль, потаенная радость. У меня перехватывает дыхание. Но больше ничего не говорю, просто жду. Хорошо, хоть недолго.

— Почему ты не сказала мне про ребенка? — огорошивает меня муж.

Я ждала, чего угодно, но только не этого вопроса. Конечно, у меня есть ответ. В нем много составляющих: от измены и брачного контракта до фиктивного брака, которого Руслан не хотел. Но сейчас, когда я чуть не потеряла ребенка, ответ может быть только один:

— Я хотела, — облизываю пересохшие губы, — не знала как.

Будь я в нормальном состоянии жар уже бы опалил мою щеки, а так… просто прикусываю губу.

Руслан прожигает меня пристальным взглядом. Такое чувство, что хочет забраться ко мне в голову, прочитать мысли, но у него ничего не получается, поэтому он просто бросает конверт на тумбочку, плюхается на стул, на котором провел неизвестно сколько времени. Муж упирается локтями в матрас, нависает над кроватью, зарывается пальцами в волосы.

— Знала бы ты как я жалею, — говорит приглушенно, а у меня останавливается сердце.

Руслан жалеет о нашем браке? О ребенке? Или вообще о том, что встретил на меня?

Хорошо, что я не успеваю себя полностью накрутить, как муж поясняет:

— Жалею, что натворил дел на нашей свадьбе. Я же действительно думал тогда, что смогу оставить тебя. Улажу дела в фирме, и мы разведемся. Пойдем своими дорогами, — хмыкает. — Каким же я был идиотом. Пока твой дедушка был жив, я же успел узнать, какая ты милая, добрая, заботливая. Уже тогда можно было бы предположить, что влюблюсь в тебя как мальчишка. Прости меня… прости, — муж едва не рвет на себе волосы.

У меня перехватывает дыхание, то ли от признания Руслана, то ли от того, сколько горечи в его голосе.

— Знаешь, я жалею еще об одной вещи, — муж отталкивается от кровати, откидывается на спинку стула, вперивается в меня тяжелым, печальным взглядом. — Я жалею, что мы не встретились раньше. Тогда бы мы смогли получше узнать друг друга. Я бы, как нормальный мужчина, ухаживал за тобой. Мы бы прошли все эти банальности: цветы, рестораны, поцелуи под луной. Постепенно полюбили бы друг друга, а только потом поженились бы. Но у нас все пошло через жопу… — муж усмехается, вот только улыбка не касается его глаз.

Взгляд Руслана прожигает меня насквозь. В нем столько искренности, что я толком не могу вздохнуть. Слезы подкатывает к глазам.

— Мне тоже очень жаль, — продавливаю слова сквозь стиснутое горло.

Руслан шумно выдыхает, поднимается, подходит ко мне ближе. Все это он делает, не прерывая зрительного контакта.

Он останавливается рядом со мной, упирается руками с двух сторон от моей головы, нависает надо мной.

В который раз у меня перехватывает дыхание. Руслан так близко, что меня окутывает его мускусный аромат. Тепло его тела передается мне.

— Маша, ты должна знать, я не жалею ни об одной секунде, проведенной рядом с тобой, — произносит муж проникновенно, при этом наклоняется чуть ниже. — Я уже говорил тебе, что ты меня погубишь. Но тогда я не знал, что ты меня спасешь, — нежность волной наклоняет его глаза. — Спасибо, — Руслан сокращает оставшееся между нами расстояние, целует меня в лоб, прежде чем снова чуть отстраниться. — Я не на секунду ни жалею о том, что ты вошла в мою жизнь, — уголок его губ ползет вверх. — Я люблю тебя и никогда тебя не отпущу, — произносит на выдохе, заставляя все внутри перевернуться. — Наверное, я должен был сказать тебе раньше, но лучше поздно, чем никогда, да?

Слезы брызгают из глаз, тонкими ручейками стекают по вискам на подушку, размывают взор.

— Ну ты чего? — спрашивает Руслан заботливо, а когда я не отвечаю, тяжело вздыхает и садиться рядом.

Мы снова оказываемся в прежнем положении: Руслан прижимает спиной к спинке кровати, а я прислоняюсь к его груди.

Большие, мускулистые руки мужа, обнимают меня, и я снова чувствую себя… цельной.

Вот черт!

Становится жутко страшно. Снова довериться Руслану — значит, рискнуть. И теперь мне нужно понять, стоит ли он того.

— Это из-за ребенка? — спрашиваю аккуратно. — Ты не отпустишь меня из-за ребенка? — о трех словах, сказанных мужем до этого, стараюсь пока не думать.

— Какая же ты дурочка, — Руслан целует меня в макушку. — Не могу сказать, что не рад малышу. Наоборот, очень рад, — накрывает мою руку, лежащую на животе. — Но нет, — муж напрягается подо мной. — Когда ты потеряла сознание у меня в руках, я думал, что потерял тебя, — тяжело сглатывает. — Такого отчаяния я никогда в жизни не испытывал, — крепче прижимает меня к себе. — А потом были долгие часы ожидания, когда я не знал, что с тобой. Я чуть с ума не сошел. Едва не извел себя из-за того, что не мы не успели толком узнать друг друга, не смогли, наконец, почувствовать себя счастливыми… так и не узнала о моих чувствах к тебе, — на мгновение прерывается, набирает в легкие побольше воздуха. — Поэтому, нет. Я не отпущу тебя, исключительно из-за тебя. Я не отпущу тебя, потому что люблю тебя и каждый день буду доказывать тебе это, чтобы ты, наконец, поверила. Надеюсь, ты когда-нибудь сможешь почувствовать ко мне тоже самое.

Приоткрываю рот, хочу сказать, что у меня тоже есть к Руслану чувства, но через секунду стискиваю зубы.

Мне до сих пор страшно. Раны, которые нанесло предательство, до сих пор не зажили. Но разве я не могу попробовать еще раз… всего один раз.

Слова Александра всплывают в ушах:

«Теперь ты знаешь, кого он выберет».

Ох, боже… Руслан же подписал документы, которые были так нужны Станиславу.

— Что будет с фирмой? — тревога пронзает мой голос. — Документы, которые ты подписал, сильно повредят ей? — пытаюсь повернуться, но Руслан мне не дает.

— Я разберусь, — отвечает уверенно. — По поводу твоих акций не волнуйся. Нотариус уже оформил все на тебя. Ты можешь успеть их продать, пока сделка не вступила в силу.

Из-за этого я совсем не переживаю. У меня никогда не было этой компании, и не уверена, что хочу ее. Если Руслан скажет продать акции, так и сделаю.

— Это из-за Станислава были проблемы в фирме, которые ты решал с помощью брака?

Чувствую кивок.

— А где он сейчас? — злость вспыхивает в груди, сердце разгоняется.

— Понятия не имею, позже с ним тоже разберусь, — Руслан вздыхает. — Мне было не до него, — он почти вдавливает меня в себя. — Лучше скажи, дашь ли ты шанс нашей семье? Дашь ли ты шанс мне?

Руслан настолько неожиданно задает этот вопрос, что я теряюсь. Но стоит мне представить, что его не будет в моей жизни, мне становится нестерпимо больно, словно израненная душа начинает кровоточить.

Да, он разбил мое сердце на нашей свадьбе. Но потом каждый раз… каждый день выбирал меня. Разве его поступки ничего не стоят?

— Да, — произношу в итоге. — Но всего один.

Муж шумно выдыхает. За своими переживаниями, я и на заметила, как он задержал дыхание.

— Мне большего и не надо, — Руслан снова целует меня в макушку и расслабляется.

Не знаю, сколько мы сидим так, прижавшись к друг другу, но мне впервые за долгое время действительно хорошо. Впервые со смерти дедушки на душе спокойно. Не понимаю откуда, но появляется уверенность, что теперь у меня есть на кого положиться.

Мы говорим с Русланом одновременно обо всем и ни о чем. Обсуждаем имя нашего будущего ребенка, возвращаемся в прошлое, делимся с друг другом потайными мечтами.

Все настолько идеально, что даже страшно. Но при этом невероятно тепло.

Мы прерываемся, только когда медсестра приходит брать анализы. Руслан встает с кровати, но не отходят от меня даже на секунду. И занимает свое прежнее место, стоит девушке уйти.

Именно в этот момент я вспоминаю про конверт.

— А что там? — указываю головой на тумбочку.

Руслан прослеживает за моим взглядом, напрягается.

— Давай посмотрим, — тянется конвертом, после чего раскрывает его на моей груди.

Внутри оказываются какие-то документы. Руслан даже не листает их, ему хватает одного взгляда, чтобы понять, что это. Из мужа вырывается смешок.

— Что такое? — хмурюсь.

— Это документы, которые я подписал, чтобы забрать тебя, — голосе мужа звучит веселье.

Я же все еще ничего не понимаю. Забираю из его рук бумаги, пролистываю до конца, вижу размашистую подпись. Вот только она перечеркнута. Подхватываю конверт, вытряхиваю его. Мне на грудь падает небольшая записка.

Поднимаю.

Читаю вслух:

«Руслан, это компенсация за причиненный моими людьми вред вашей жене. Никто не должен был втягивать в дела мужчин женщину. Тем более, она не должна была пострадать. С Антоном и Станиславом я разберусь самостоятельно, а вы займитесь своей женой. Надеюсь, с вашим ребенком будет все в порядке. Александр».

Прекращаю читать, после чего мы какое-то время молчим. Первым тишину прерывает Руслан:

— Я же говорю, ты мое спасение, — разжимает хватку на моем животе, касается подбородка, поворачивает мою голову к себе. — Спасибо, что ты появилась в моей жизни и научила меня любить, — коротко улыбается, после чего наклоняется и нежно целует меня в губы.

Теперь и я верю — все у нас будет хорошо. Ведь мы вместе.