Развод. Измена на свадьбе

Глава 43

Вся кровь отливает к ногам. Стопы прирастают к полу.

Задерживаю дыхание. Боюсь, что если сделаю вдох, то его все услышат, и тогда меня ждут, по меньшей мере, неприятности. Но и уйти не могу. Понимаю, что в таком случае пропущу что-то важное.

— Он меня в последнее время совсем не хочет слушать, — удрученный голос Алевтины Дмитриевны режет слух.

— А что мне прикажешь делать? — взрывается Станислав, рычащие нотки проскальзывают в его голосе.

Из-за страха меня начинает подташнивать. Колени подгибаются, и я прислоняюсь спиной к единственной опоре — стене. Сердце заходится в груди, прижимаю к ней ладонь, поглаживаю, пытаясь хоть немного успокоиться. Не помогает. Поэтому кусаю губу, надеясь, справиться с накатывающей паникой.

— Стас, — до меня доносится стук каблуков. — Я поговорю с Русланом, но не могу ничего обещать. Ты же знаешь, что он всегда был на своей волне, а сейчас вообще от рук отбился.

Станислав хмыкает.

— И как я, по-твоему, должен за него дочь отдать? — язвительность сочится из каждого слова мужчины.

— Мы же с тобой договаривались, — елейность исчезает из голоса свекрови, сейчас перед Станиславом, явно, предстает настоящая стерва.

— Конечно, договаривались, — цедит мужчина. — Я свою часть сделки выполнил: отдал Маше контакт, предложил ей помощь, даже ключ от дома твоего сына вручил Вике, посылая свою малышку к твоему, между причем женатому, сыночку. Ты хоть знаешь, что она вернулась вся в слезах? Как я понял, твоя долбанутая невестушка ее избила!

Мои глаза расширяются, дыхание застревает в груди. Я ничего такого не делала! Ну немного за волосы оттаскала. Что такого? Но, видимо, Алевтина Дмитриевна верит каждому слову мужчины, потому что я слышу ее удивленный вздох.

— Как Викуся? — голос свекрови пропитан тревогой.

— Переживет! — отмахивается Станислав. — Ты лучше скажи, когда мне ждать, что ты выполнишь свою часть нашей сделки? Сроки поджимают!

— Руслан с тех пор, как женился на этой… — прерывается, похоже, не может подобрать подходящее слово, описывающее меня. — Он совсем другим стал. Совсем перестал слушать меня совсем. Утром даже просто встал и ушел, когда я уговаривала просто кинуть подачку этой … вертихвостке за ее часть нашей компании и развестись. Представляешь?

— Это мои проблемы?! — рык Станислава разносится по коридору.

Невольно вжимаюсь в стену, делаю шаг в сторону — подальше от этих двоих.

— Я к тому, что нужно действовать аккуратно, — как бы Алевтина Дмитриевна ни хорохорилась, дрожь все равно проскальзывает в ее голосе.

Трель телефона звучит настолько неожиданно, что я подскакиваю на месте. Бросаю взгляд на плечо, где обычно висит сумка и сразу же вспоминаю, что оставила ее в кабинете Руслана. Облегченно выдыхаю.

— Черт, — бормочет Станислав. — Слушаю, — молчит всего мгновение. — Да, верну я деньги. Верну, говорю! — кричит так громко, что у меня закладывает уши. — Когда? В ближ… — прерывается. Секунда. Две. — Да твою же! — раздается сильнейший грохот, словно что-то разбилось.

Отскакиваю в сторону кабинета. Нужно уходить срочно! Делаю шаг и замираю, слыша:

— У тебя сутки! Сутки! — предупреждение звенит в голосе мужчины. — Если ты не уговоришь Руслана подписать контракт, то лишишься своего драгоценного сыночка!

Тяжело сглатываю, когда улавливаю явную угрозу в словах мужчины.

— Что ты такое говоришь? — от меня не скрывается страх в голосе свекрови. — Ты же ничего ему не сделаешь?

— Это мы еще посмотрим, — хмыкает Станислав. — Для начала я расскажу твоему сыночку, что ты строишь против него козни — есть у меня одна интересная запись… — ему не нужно продолжать, Алевтина Дмитриевна явно все понимает, о чем речь — именно поэтому я слышу судорожный вдох. — Ну, а если он и дальше будет сопротивляться подписанию документов, придется прибегнуть к крайним мерам.

Он же только что не…?

Стук сердца отбивает барабанную дробь в ушах. Мысли путаются. Не понимаю, что делать…

Я должна рассказать все Руслану. Должна!

Моментально принимаю решение.

Начинаю боком отступать.

Шаг за шагом.

Медленно.

Осторожно.

Стараясь не издавать лишних звуков.

Отхожу достаточно далеко, но напряжение все еще не покидает тело.

Во все глаза смотрю на поворот коридора. Кажется, сейчас оттуда кто-то выпрыгнет. Заметит меня. Поймает.

Что-то тяжелое ложится на мое плечо. Вздрагиваю. Резко разворачиваюсь.