Развод. Измена на свадьбе

Глава 47

Лошади прекрасны! Не перестаю в этом убеждаться, чувствуя, силу животного передо мной. Бурый конь по имени Маршал двигает спокойно, размеренно. Не пытается бежать или за что-то цепляться. Просто двигается. Кажется, что даже не чувствует мой вес.

Руслан едет рядом по проселочной дороге с песком вместо асфальта. Он выглядит так гармонично, будто всю жизнь занимался конным спортом — спина прямая, взгляд направлен на дорогу, одной рукой держит поводья.

У меня складывается впечатление, что белый конь везет на бой темного рыцаря.

Ведь мы оба переоделись в плотные черные штаны и водолазки, которые где-то достал для нас Артем — все-таки платье и деловой костюм не очень подходят для конной прогулки.

Поездка в тишине, разрываемой лишь шуршанием листьев, подвыванием ветра и чириканьем птиц, помогает мне привести мысли в порядок, решаю рассказать Руслану не только про его мать, но и про просто нашего ребенка.

— Устала? — Руслан бросает на меня взгляд.

— Немного, — признаюсь честно — где-то час поездки на лошади не очень хорошо сказывается на моей пояснице.

Руслан нежно улыбается.

— Почти приехали, — указывает подбородком на конюшню, которую я ранее приняла за барак.

Сильнее перехватываю поводья. Набираюсь сил.

— Руслан, — прохожусь языком по пересохшим губам. Сердце гулко бьется в груди, дыхание перехватывает. — Мы можем поговорить?

Муж напрягается. Становится похожим на статую, которую на себе тащит лошадь.

— Да, — произносит спустя время, косится на меня. — Только давай чуть позже, — снова переводит взгляд на дорогу, — сначала животных освободим.

Поджимаю губы. Запал, который я так долго раздувала в себе, перегорает. Лошадь подо мной, явно чувствует перемену в моем настроении, поэтому фыркает. Мне кажется, что она таким образом высказывает свое негодование, такое же, как съедает меня.

Артем, сменив костюм на джинсы и рубашку, встречает нас у конюшни.

— Ну как? — Руслан спрыгивает с лошади и передает поводья другу.

— Все готово, — Артем гладит коня между глаз. — Идите, я займусь лошадьми.

Муж направляется ко мне, протягивает руки, словно предлагая мне прыгнуть в его объятья. Желудок скручивает в тугой узел, когда я думаю о том, что окажусь так близко к мужу. Но устраивать публичное игнорирование или делать финт ушами под названием “я сама” перед другом Руслана точно не собираюсь. Поэтому, стиснув зубы, позволяю мужу за талию снять меня с лошади.

Стоит мне ступить на землю, как я тут же отстраняюсь от Руслана, но его жар все равно успевает проникнуть не только под одежду, но и под кожу. Дрожь охватывает тело. Во рту пересыхает. Стальные глаза мужа заглядывают мне в душу. Они словно видят мое смятение, почти подбираются к секретам. Опускаю взгляд и слышу тяжелый вздох.

— Пойдем, — Руслан в один широкий шаг преодолевает разделяющее нас расстояние и берет меня за руку.

Я даже пискнуть не успеваю, как мы удаляемся от конюшни. Муж ведет меня к дому, но не заходит внутрь. Огибает его.

Оказавшись на заднем дворе, застываю.

Взгляд тут же скользит к резкой беседке, где стоит круглый столик, накрытый белой скатертью. Издалека замечаю блюдо с фруктами, тарелки с канапешками, сэндвичами и графин с каким-то соком — никакого алкоголя.

Но даже не это удивляет меня больше всего, а то, что беседка стоит на берегу чистейшего озера, обрамленного лесным массивом. Вокруг такая тишь да гладь, что невольно ей проникаешь.

— Что это? К-как? — выпучив глаза, смотрю на Руслана.

Тот просто хмыкает и ведет меня к беседке.

— Артем — известный ресторатор в Москве, я его попросил организовать для нас небольшой пикник, — муж подводит меня к столу, отодвигает стул, на который я тут же сажусь.

— Пикник? — приподнимаю бровь, наблюдая, как Руслан садится напротив.

— Ага, — улыбаясь, тянется к графину с соком. — У Артема две страсти — готовка и животные. Он иногда их объединяет, — муж наполняет мой стакан, а потом свой. — На самом деле, эта ферма — просто хобби для души. Мы все приезжаем сюда, когда суета города, проблемы начинают слишком давить, — в его глазах мелькает непонятная печаль, но тут же исчезает. — Какой тебе сэндвич? С тунцом или курицей?

— С курицей, — отвечаю на автомате, не отводя пристального взгляда от мужа. — Что тебя гложет? — не выдерживаю, задаю вопрос, ведь понимаю что-то не так.

— Давай, чуть позже, — улыбается уголками губ, — сначала поешь, — кладет бутерброд в виде треугольника из белого хлеба поджаренного на гриле мне на тарелку.

Нехорошее предчувствие ворочается в животе. В голове у Руслана, явно, происходит сложный мыслительный процесс. Мне сейчас очень хочется начать читать мысли, чтобы перестать волноваться.

Руслан же добавляет мне на тарелку дольки яблок, кружочки апельсинов, виноград, пару канапе с колбасками и только после этого выбирает сэндвич себе.

— Ишь, Маша, — тяжело вздыхает, поднимая стакан с соком и делая большой глоток.

Черт с ним! Хочет тянуть время — пусть! Я подожду! Беру бутерброд со своей тарелки, откусывая большой кусок, жую, но вкуса не чувствую. Волнение накаляет воздух в беседке. Не могу найти себе места, постоянно ерзая на стуле.

Мысли прыгают с одной на другую, приводя меня к единственному выводу — Руслан хочет развестись! Другого варианта, почему он может тянуть с разговором, просто не вижу.

Хватаю стакан с соком, осушаю его, краем сознания, отмечая, что он апельсиновый.

— Когда ты окончишь университет, то сможешь работать здесь, — заявляет Руслан, жуя. — Если захочешь, конечно

— Что? — опрокидываю стакан, который только что поставила на стол.

— Артем постоянно ищет себе нормально ветеринара, — муж кладет корочку от сэндвича на тарелку, отряхивает руки — Как только находит, то обязательно что-то случается. То, человеку срочно переезжать приспичивает. То, у него нагрузка увеличивается. То, вообще ветеринар цену загнет такую, что небольшая ферма загнется, если ее заплатит. Такое чувство, что Артему была не судьба найти работка, — подмигивает. — Потому что ему суждено было получить другого, — улыбается и с нежностью смотрит на меня.

Не дышу. Просто не могу. Такое чувство, что попала в сон. Яркий, счастливый, который вот-вот прервется, а меня окунет в жесткую реальность.

Но секунды идут, но ничего не происходит. Я все еще смотрю в стальные глаза мужа, которые неожиданно становятся теплыми.

— Спасибо, — слезы рвутся наружу, я еле их сдерживаю

— Эй, ты чего? — тревога искажает лицо Руслана, он тянется через стол, берет меня за руку, поглаживает большим пальцем тыльную сторону ладони.

— Я просто так давно потеряла надежду, что когда-нибудь смогу осуществить свою мечту, — бормочу. — Ты не представляешь, как много это для меня значит, — до сих не могу поверить, что происходящее не сон.

Но даже если бы получилось, я бы все равно не смогла полностью насладиться происходящим, ведь тайны не дают мне покоя.

— Я должна тебе кое-что сказать, — на мгновение прикрываю глаза. — На самом деле, две вещи, — вновь смотрю на мужа, который выглядит озадаченным, нахмурив брови. — Выслушай меня, пожалуйста, хорошо?

Руслан медленно, настороженно кивает. Внутренности стягивается в тугой узел. Господи, как же страшно. А если он просто отмахивается от меня!

“Ты не можешь хранить свои секреты вечно!”, — жестко произносит внутренний голос. — “Тем более, от них зависит не только твоя жизнь.”

Тяжело сглатываю, набираю в легкие побольше воздуха.

— Первое, когда я сегодня приехала к тебе в офис, подслушала разговор Станислава с твоей мамой. Они договаривались о том, что Алевтина Дмитриевна надавит на тебя, чтобы ты подписал какие-то документы с поставщиками, взамен Станислав поможет избавиться от меня, — выпаливаю на одном дыхании. Судорожно вздыхаю, чтобы продолжить и сообщить мужу, что я беременна, но натыкаюсь на его жесткий взгляд.

Прямо на моих глазах его черты лица заостряются, а губы поджимаются.

— Я понимаю, что у вас с мамой не складываются отношения, но это уже перебор! — Руслан отпускает мою руку.