Нахожусь в полном раздрае. Моя спокойная, хоть и непростая, жизнь превратилась в мыльную оперу, которой кажется нет ни конца ни края. Когда Антон стремительно ушел, я толком не могла пошевелиться. Смотрела ему вслед и осознавала, что совершила очередную глупость. Но исправить уже ничего было нельзя. Оставалось только надеяться, что у меня получится выпутаться из паутины, в которую попала по своей же дурости.
Блинчики я все-таки съела, ведь мне нужно заботиться не только о себе, а когда пошла к барной стойке, чтобы расплатиться, милая женщина с улыбкой заявила: “Счет закрыт”. Видимо, Антон об этом успел позаботиться. Что ж… Лишь бы с договором он меня тоже не подвел.
“Не хочу идти домой!”, — эта мысль не дает мне покоя, когда я выхожу из кафе в тепло вечерней Москвы.
Знаю, что мне нужно поговорить с Русланом. Но почему-то, стоит только подумать о нашей встрече, как меня резко начинает мутить. Черт, я же никогда не была трусихой! Нужно собраться с силами и разобраться, наконец, с мужем. Я же в любом случае от него не отделаюсь — Руслан отец моего ребенка. Мы должны найти способ хотя бы общаться с друг другом, без угроз и трепания нервов.
Тяжело вздыхаю, делаю шаг к метро, как взгляд цепляется за торговый центр и горящую синюю вывеску «Формула Кино». Застываю.
Мне хватает одного мгновения, чтобы принять решение и направиться к пешеходному переходу. Пока стою на светофоре, убеждаю себя, что сначала нужно разгрузить мозг, а потом уже встречаться с мужем. Напряжение, которое сковывало все мышцы, резко отпускает. В теле появляется такая легкость, что не могу сдержать улыбку. А когда загорается “зеленый человечек” чуть ли не вприпрыжку лечу через дорогу. Вот только стоит мне ступить на противоположный тротуар, замираю — мимо проплывает женщина с темными волосами в элегантном черном платье до колена. Я замечаю ее лишь краем глаза, но почему-то у меня мурашки бегут по позвоночнику. Поворачиваюсь. Сразу же нахожу спину женщины, задерживаю дыхание. Она, стуча каблуками, переходит дорогу и тоже оборачивается.
Наши взгляды пересекаются, и у меня что-то резко колет в груди.
Женщина кажется до ужаса знакомой: миловидное кругловатое лицо, маленький нос, большие распахнутые глаза. Вот только я уверена, что никогда ее не встречала. Но блин, тогда почему же несмотря на теплый вечер, у меня холодок бежит по коже?
Женщина тоже не отрывает от меня глаз, слегка щурится, чуть приоткрывает рот. Мне даже кажется, что она немного наклоняется в мою сторону, собирается подойти, но…
Сбоку к ней подходит русоволосый мужчина в сером костюме. Обнимает ее за талию. Женщина сначала вздрагивает, резко оборачивается, но не проходит и мгновения, как счастливая, полная любви улыбка растягивается у нее на лице.
Мужчина наклоняется, целует ее в лоб. После чего берет за руку и куда-то ведет. Женщина бросает растерянный взгляд в мою сторону, поджимает губы, отворачивается. А я чувствую будто меня… бросили.
Колющая боль в груди превращается в настоящую резь. Еле-еле вздохнуть получается. Ноги немеют, и мне приходится схватиться за столб светофора, чтобы хоть как-то устоять.
Не понимаю, откуда берется такая реакция, но мне требуется немало времени, чтобы прийти в себя. Женщина с мужчиной давно исчезают из вида, а я стою, как дурочка, держась за столб, и смотрю им вслед.
Зато смотреть кино резко перестает хотеться. Поэтому, когда я чувствую, что могу нормально идти — направляюсь не к торговому центру, а снова перехожу дорогу и иду к метро.
Пока с несколькими пересадками еду в поезде, а на окраине Москвы пересаживаюсь в такси, чтобы добраться до загородного дома, не могу отделаться от ощущения, что я где-то уже видела эту женщину. Она не просто казалась мне знакомой, я чувствовала с ней… связь. Сердце будто нити окутывали, тянули меня к ней, а когда женщина ушла, оборвались, причиняя невообразимую боль. Даже сейчас, приближаясь к дому, я все еще чувствую ее отголоски. Мне приходится заставить себя переключиться на брачный договор, предстоящий разговор с Русланом, будущее, которое нас ждет, чтобы хоть как-то отвлечься от подавляющих мыслей. Вряд ли мы еще когда-то встретимся с этой женщиной, мне лучше сконцентрироваться на своей жизни.
Поэтому выходя из такси во тьму, освещенную лишь несколькими фонарями у дома, я прокручиваю в голове то, что скажу Руслану. Сначала собираюсь его выслушать. Мне нужно понять, как муж представляет нашу «семейную жизнь». Ведь он не перестает повторять, что не собирается давать мне развод. И я до сих пор не понимаю почему. Плюс, мне нужно ему всё-таки рассказать про ребенка. Нельзя это скрывать. Но не уверена, что хочу открыться сегодня. Возможно, стоит всё-таки подождать новостей от Антона.
Вот только стоит мне взглянуть на дом, сразу же понимаю — внутри никого нет. Ведь свет нигде не горит. На меня накатывает настолько сильное разочарование, что оно едва не сбивает с ног. Приходится сделать несколько коротких вдохов и выдохов, прежде чем я собираюсь с силами, чтобы пойти ко входу. В полутьме поднимаюсь на второй этаж. Направляясь к комнате, которая уже стала моей, прохожу мимо той, где обычно спит муж, как до меня доносится женский, немного развязный голос:
— Русланчик, я тебя жду.
Застываю. Дыхание спирает. Сердце начинает биться с такой скоростью, что его стук едва в гул не превращается.
Неспешно поворачиваюсь к деревянной двери — она приоткрыта. Делаю шаг к ней. Толкаю.
Дверь медленно распахивается, открывая мне вид на освещенную уличным фонарем кровать.
На ней в красном кружевном белье и в «сексуальной» позе лежит блондинка. В девушке сразу же узнаю Вику.