Развод. Измена на свадьбе

Глава 33

— Ты почему замерла? — тетя Света ставит заварник на стол. — И побелела? С тобой все в порядке? — искреннее волнение звучит в голосе женщины.

Сглатываю образовавшийся в горле ком.

— Д… кмх, — облизываю пересохшие губы. — Да, все хорошо, — кладу в тарелку несколько долек яблок, клубнику и ломтики банана, которые еще не успели почернеть. — Покушаете со мной? — поднимаю умоляющий взгляд на стоящую рядом женщину.

— Ой, не переживай ты за меня. Я уже завтракала, — отмахивается тетя Света.

Собирается уйти, но я перехватываю ее за запястье.

— Ну, тогда просто посидите, пожалуйста. Не люблю есть одна, — произношу едва слышно.

Воспоминания о наших с дедушкой завтраках встают перед глазами. У нас были свои традиции. Мы всегда утром садились за деревянный стол на маленькой кухне, где между холодильником и столом мог пройти один человек. Пока дедушка готовил любимую яичницу с колбасками, я сидела и следила за ним, с удовольствием слушая его байки, по не счесть какому кругу. А по субботам у нас был день блинчиков, которые пекла я.

По телу разливается жгучая боль потери, и мне приходится глубоко вздохнуть, чтобы хоть немного ее ослабить.

— Пожалуйста, — произношу на выдохе, глядя в слишком светлые голубые глаза женщины.

Она хмурится, недолго прожигает меня взглядом, после чего кивает.

Пока тебя Света занимает место напротив, я накладываю немного сметаны в творог, все перемешиваю. Осадок из-за вдруг нахлынувших воспоминаний не дает нормально соображать, поэтому я пытаюсь сконцентрироваться на монотонных действиях.

— Слышала, вчера тут было интересное представление, — говорит, как бы невзначай, тетя Света, тоже наливая себе чай. — Очень жаль, что я не вовремя поехала внуков навестить. Так бы с удовольствием за ним понаблюдала, — поднимает чашку и заговорщически улыбается, прежде чем сделать глоток.

Жар тут же приливает к щекам, опускаю голову.

— Откуда вы знаете? — набираю ложкой как можно больше творога и запихиваю его в рот, стараясь скрыть смущение, которое печет в груди.

— Руслан утром рассказал, — криво усмехается женщина.

Резко поднимаю взгляд. Широко распахнув глаза, смотрю женщину. Даже жевать перестаю.

— Рассказал? — выдавливаю из себя.

— Да-а-а, — женщина протяжно вздыхает и делает еще один глоток чая. — Знаешь? Так этой Вике и надо. А то вечно припрется без приглашения, начнет указания раздавать, будто хозяйка в доме. Мне самой пару раз хотелось отхлестать ее полотенцем, когда она приходила на кухню и начинала все пробовать, проверяя “на соль”, — тетя Света закатывает глаза. — Так что, ты молодец. Нечего Вике хвостом крутить перед женатым мужиком, — она расплывается в широкой улыбке.

Я же не могу понять, счастлива ли получить одобрение за свой поступок или мне нужно стыдиться. Решаю, что первое мне больше подходит, поэтому окончательно расслабляюсь и съедаю еще пару ложек творога.

— Руслан точно в командировку поехал? — спрашиваю, вскользь, а саму изнутри червячок грызет.

— А где он еще может быть? — тетя Света хмурится, чуть склоняет голову набок. — Неужто ты думаешь, что он к этой прошмандовке поехал? — шипит.

Пожимаю плечами, опускаю взгляд на тарелку. Если совсем перестает хотеться.

— Если узнаю, самолично его за волосы оттаскаю! — угроза звучит в голосе женщины, а у меня челюсть едва на стол не падает.

Тетя Света с громким стуком ставит чашку на стол, немного чая выплескивается на скатерть. Черты лица женщины заостряются, в глазах мелькает опасный огонек. Она так резко вскакивает, что я вздрагиваю.

— Нет, ну что за поганец! — начинает расхаживать перед столом туда-сюда. — Не дай бог поперся к этой проходимке. Я ему такую головомойку устрою, что мало не покажется. Я старалась, прививала ему хорошие манеры, чтобы он не набрался от своего папаши всякой дряни… Не дай бог… Ух, только явится домой, нас точно ждет серьезный разговор! Его дома беременная жена ждет, а он… — тетя Света взмахивает руками и резко сдувается. Плюхается на стул, тяжело вздыхает.

У меня же дыхание застревает в груди. Холод ледяными щупальцами сковывает мышцы, забирается в голову, путает мысли.

— Вы знаете? — удается выдавить из себя, наполненные страхом слова.