На пару секунд подвисаю, пытаясь идентифицировать звонящего по голосу, но ничего на ум не приходит.
— Не узнала.
— Богатым буду, — смеётся мужчина, и я открываю рот от удивления, потому что теперь поняла, кто это. — Тимур. Который без команды, — представляется с усмешкой. Спокойно, без давления.
— И о каком прошлом речь? — не совсем понимаю.
— О недавнем. Вчера — это уже прошлое.
— Понятно, — он вызывает у меня улыбку. — Откуда у тебя мой номер? — настораживаюсь.
— Глупый вопрос, Насть. Я же мент. Это у нас в крови: искать пропавших людей.
— Я не пропадала, я ещё очень даже свежая.
— Шутки за триста, — журит меня. — Одобряю.
— И как нашёл?
— По автомобильному номеру. Запомнил на всякий случай. А потом решил проверить память, ну и вбил в базу.
Да у нас сейчас самый настоящий огородный флирт. А где-то… Нет, не лондонский дождь, а Карпов сидит и давится картошкой. И в другой раз я бы закончила разговор, потому что это неправильно по отношению к мужу. Но сейчас мне даже приятно, что Тимур набрал.
— И часто так развлекаешься?
— В первый раз.
— Ну конечно, — фыркаю.
— Как воспитательная работа прошла?
— Не очень. Разошлись по комнатам, и мне до сына не достучаться. Делаем вид, что живём обычной жизнью.
— Ну тут отец должен разговаривать, ты для мальчика куда меньший авторитет. Прости, если обидел.
— Да я сама понимаю. Но, — сперва хочу сказать что-то о Карпове, а потом осознаю, что это лишнее. — Ничего. А как у тебя дела?
— Три трупа, один маньяк, пять пропавших без вести. В общем, скука.
— Рутина. Серые будни, — решаю подыграть, когда слышу приближающиеся шаги Виктора. — Слушай, мне идти надо.
— Без вопросов. Номер сохрани как «Наташа ресницы». Рад был услышать.
И он отключается.
— Кто звонил? — появляется передо мной мавр.
— Тебе не идёт, — прячу телефон в карман.
— Что?
— Ревность.
— У тебя кто-то есть?
Кроме мужа-обманщика? Ещё сын, которому плевать на любые чувства, кроме своих.
— У меня есть я.
— Да что с тобой происходит последнее время?!
— Проблемы на работе, — решаю скинуть всё на цветы.
— Иди сюда, — у Карпова проснулась нежность и забота. Он прижимает меня к груди, которую сегодня трогала по крайней мере его начальница. — Так ты беременна или нет? Я запутался.
— Нет, — решаю его успокоить.
— Точно?
— Думаешь, я бы не заметила? — пытаюсь оттолкнуть, но он, как назло, держит крепко. И я не понимаю, что ему нужно. Собака на сене, которая пытается усидеть на трёх стульях. — Вить, я устала. Пусти.
— И даже не поцелуешь мужа?
Он реально сейчас намерен передавать мне все вирусы своих любовниц? Ну нет, ну фу же.
— У меня герпес, — нагло вру, и хватка ослабевает. — Пойду спать, а ты позвони Марку.
Оставляю его на огороде, снова сбегая. Следует как можно быстрее воплощать в действие свой план, потому что истязать себя ради "великой цели" — не стоит. Но что-то мне не по себе и не даёт покоя. И лишь спустя десять минут осознаю, что именно. Открываю приложение на телефоне, в котором отмечаю женский календарь, и вижу надпись.
Задержка две недели.
Раньше было так, но не настолько долго.
— Ну нет, не может быть, — качаю головой, отключая приложение, но через минуту снова в нём. — Чёрт. Вот же чёрт.
Завтра куплю тест, хотя совершенно не верю. Не намерена верить, потому что ребёнок это не просто близость. Это подготовка, забрасывание ног на стену, витаминки. Марк у нас не раз-два и готово. Это довольно длительный процесс.
С тяжёлым сердцем пытаюсь отключиться, когда появляется Карпов. И я притворяюсь спящей, потому что не хочу говорить. А он подгребает меня ближе, утыкаясь носом в ложбинку на шее, и спустя пару минут слышу его негромкий сап.