Развод по первому требованию, или Ведьма ищет предлог

Глава 27. Обидеть беззащитного может каждый…

Воспоминания схлынули, оставив лишь липкое чувство вины и злости на саму себя. Так по-глупому попасться! Что же теперь делать? Как выбираться? Тем более что сумочку у меня изъяли, а карманы опустошили.

Попыталась мысленно позвать Бродягу и поняла, что… не получается. Я словно натыкалась на стену! Неужели такое возможно?

Если только… Неужели Бродяги уже нет в живых?!

В груди всколыхнулась паника, и лишь усилием воли я смогла взять себя в руки, чтобы начать размышлять. Не может ведьма не почувствовать гибели своего фамильяра. Просто не может! А сейчас единственное, что меня беспокоило, – это то, что мне не удается до него достучаться. И выпитое мной зелье-блокиратор тут ни при чем – оно не может повлиять на связь ведьмы и фамильяра. А значит что? Значит…

Додумать я не успела, потому что услышала за дверью шум приближающихся шагов, а потом и звук вставляемого в замочную скважину ключа. Увидела, что свет в окошке стал ярче – наверное, включили магический фонарь, и начала открываться дверь.

Я встала и поправила одежду. Пора узнать, чего от меня хотят похитители.

– Ну, здравствуй, Ариэлла. – В камеру вошел ведьмак собственной персоной и ехидно поинтересовался: – Надеюсь, ты тут неплохо устроилась?

Я уже хотела сказать все, что думаю о нем и о его гостеприимстве, когда увидела в руках ведьмака клетку. Она была небольшая, с частыми прутьями, на которых пульсировали синие руны зачарования. А внутри с несчастным видом сидел мой Бродяга. Он смотрел на меня виноватыми глазами и вздыхал. Казалось, даже его рыжая шерстка потускнела.

– Ах ты сволочь!.. – Я сощурилась, прикидывая, как бы поудобнее вцепиться ведьмаку в глотку, но Рудольф направил в клетку небольшой импульс силы, и прутья вспыхнули синим, отчего Бродягу скрутило от боли.

– Только попробуй, Элла. Ему же будет хуже.

О, как в это мгновение я его ненавидела! Сделать больно существу в клетке легко. Только не каждый потом сумеет убежать от возмездия. А я отомщу. Матерью Луной клянусь, что Рудольф еще за это ответит!

– Что тебе нужно? – наконец бросила я.

Для чего-то же он нас с Бродягой выкрал, и лучше было сразу во всем разобраться.

– Книга проклятий твоей прабабки, – не стал ходить вокруг да около он, и я удивленно моргнула, пытаясь переварить услышанное.

– Какая еще книга проклятий? – не поняла я.

Ничего подобного в доме ба не было, и я даже представить не могла, чтобы она пользовалась такой книгой.

– Ту самую, в которой описан рецепт оскверненного металла и создания проклятых клинков. – Ведьмак тем временем пристально всматривался мне в глаза.

– Ты спятил, – посмотрела я на него как на умалишенного. – Какая еще книга проклятий? Моя прабабушка никогда ничем подобным не занималась. У нее были гримуары по зельеварению, травологии, несколько дневников наблюдений… Но проклятия? Оскверненный металл? – Я покачала головой. – Рудольф, ты ошибся. У меня нет такой книги.

Он смотрел на меня долгим, тяжелым взглядом.

– Ты лжешь, – наконец тихо сказал ведьмак. – Ведьмы из Страйпа знают, что ищут. Может, Митена ничем подобным и не пользовалась. Но она точно хранила эту книгу у себя. И ты не можешь о ней не знать.

В голове тут же выстроилась несложная логическая цепочка: Страйп – королевство, где живут черные ведьмы и куда сбегают некроманты-отступники. Именно оттуда к нам идет контрабанда проклятых предметов и прочей подобной шелухи. А еще Итон получил свое ранение именно на границе со Страйпом и именно таким вот проклятым клинком. И судя по тому, что драконы еще не стоят под моей дверью, такие клинки – большая редкость и древность. Уверена, если бы драконов, раненных подобным оружием, было много, Итон не стал бы от них скрывать способ своего выздоровления и как минимум направил бы их на консультацию ко мне. Боюсь только, что проводить ритуал он бы мне не позволил. Но ведь в нашем королевстве есть и другие ведьмы.

– Так ты отдашь мне книгу проклятий? – Ведьмак продолжал сверлить меня взглядом.

– У меня ее нет, Рудольф, – честно ответила я.

А если бы и была, я бы ее не отдала. Страшно представить, что случится, если такая вещь попадет в руки темным ведьмам!

– Знаешь, – скрипнул зубами ведьмак, – я ведь и в самом деле хотел по-хорошему. Ты себе не представляешь, как давно я охочусь за этой книгой, – с досадой покачал он головой. – Вот зачем все усложнять?!

– Рудольф, у меня ее правда нет, – попыталась достучаться я до него.

Ведьмак нехорошо прищурился и зло выплюнул:

– А ведь я даже твоего домового ни разу не тронул. Думал, это заставит его сказать хоть что-то, но не-е-ет! Хорошего отношения вы не понимаете! Этот маленький гаденыш только делал тупое выражение лица и пучил глазки. Прямо как ты сейчас, – говорил Рудольф уже сквозь зубы. – Я даже хотел попробовать залезть в лавку сам. Придумал, как обойти защиту твоей прабабки. Но тут неожиданно вернулась ты и вступила в наследство! Я даже подумал, что это к лучшему. Все-таки дом потомственной ведьмы – не то место, куда хочется соваться. – Ведьмак резко выдохнул и на мгновение прикрыл глаза, стараясь успокоиться, но это явно выходило у него плохо. – Вот что тебе мешало выйти за меня замуж и ввести в свой дом?! А?! – с такой претензией вопросил он, что я даже растерялась.

Действительно, и что же мне мешало выйти замуж за этого негодяя?

Но ведьмак тем временем продолжал высказывать то, что у него накипело. Видимо, эта охота за книгой порядком его достала.

– Я бы нашел эту долбаную книгу, и все жили бы хорошо и счастливо! И даже брак у нас был бы счастливый! Ты ведь красивая, изобретательная и местами даже умная ведьма. Мы бы вернулись в столицу, открыли свое дело и даже утерли нос твоему бывшему! Я готов был пойти ради тебя на многое! Но ты ведь упряма, как стадо баранов. Еще и этот дракон так не вовремя появился.

– У-у-у, – протянула я. – Надо же, как ты нашу совместную жизнь без меня распланировал. Даже месть в нее включил. Только одно забыл спросить.

– И что же? – хмыкнул Рудольф.

– А оно мне вообще надо? Мне и без тебя хорошо и счастливо. И я не обязана соответствовать твоим ожиданиям. А вот что мешает жить хорошо и счастливо тебе? Желательно подальше от меня! Нет у меня этой книги, понимаешь?! Нет!

Рудольф какое-то время внимательно вглядывался мне в глаза, а потом вздохнул и неожиданно резко успокоился.

– Я должен, Элла. Много. Никогда не садись играть в карты с черной ведьмой. Я ведь в это захолустье переехал только для того, чтобы добраться до книги проклятий. И я до нее доберусь, чего бы мне это ни стоило. Шантара дала мне на поиски три года. И совсем скоро это время подойдет к концу.

– Шантара? – недоуменно вздернула брови я.

Мне очень не понравилось, что Рудольф начал выдавать такие подробности. Обычно ими делятся, если считают, что информация точно никуда не уйдет, потому что уйти она может только за грань. Разумеется, вместе с ее носителем.

– Черная ведьма из Страйпа, – не стал скрывать он.

– То есть… – нахмурилась я, выстраивая логическую цепочку, – вся эта история с болезнью и смертями домовых – твоих рук дело?

– Пришлось импровизировать. Своя жизнь мне гораздо дороже любой другой, – развел руками ведьмак.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает ледяная ярость. Этот человек готов идти по головам, убивать, шантажировать, грабить. Уверена, черная ведьма знала, на кого вешала этот долг.

– Ты чудовище, – тихо сказала я.

– Возможно, – равнодушно пожал плечами Рудольф. – Но чудовище, которое сделает все, чтобы выжить. Даже если для этого придется уничтожить одного черного дракона.

Последние слова он произнес с особой интонацией, и у меня внутри все похолодело.

– Что ты сказал? – Мой голос сел до шепота.

Рудольф усмехнулся, явно наслаждаясь произведенным эффектом.

– Знаешь, а наместник очень вовремя решил заняться вопросом контрабанды. Пожалуй, не будь этого – и мои партнеры не захотели бы помогать мне с твоим похищением. А так все одно к одному.

– Что ты имеешь в виду? – невольно шагнула я вперед, но Рудольф приподнял клетку и вопросительно изогнул бровь, как бы спрашивая: уже делать Бродяге больно или все же подождать?

– Видишь ли, его шевеления в этом направлении не понравились очень важным персонам. Не стоило ему лезть туда, где вертятся такие деньги. Да и ведьмы Страйпа для своих ритуалов любят использовать жизни других людей, а если поставки живого товара из-за деятельности нового наместника остановятся, им это очень не понравится. И проще нанести превентивный удар, чем потом думать, как устранять последствия. А значит, сегодня буквально через час наместник вместе со своей молодой женой отправится на романтическую прогулку в Весенний грот, где произойдет случайное обрушение сводов и они оба трагически погибнут.

– Что за бред ты несешь…

– Ну что ты. Это всего лишь официальная версия вашей гибели, – улыбнулся ведьмак одними губами.

– А какова не официальная? – похолодела я.

– Взорвут его там вместе с гротом, после того как он отправится туда тебя спасать. Ну и еще парочку сюрпризов ему приготовили, чтобы наверняка убить дракона. Нужную записку, кстати, он уже, скорее всего, прочитал, – пожал плечами Рудольф.

– А почему тогда я до сих пор здесь, а не там? – уточнила я.

– Потому что ты нужна мне, – снова улыбнулся ведьмак. – Но не беспокойся: неподалеку от тела наместника обязательно обнаружат и женское, в котором нужные люди опознают тебя.

– И зачем ты мне все это рассказываешь?

– Чтобы ты понимала: в живых тебя оставлять эти люди не планировали изначально. Но благодаря мне ты можешь все изменить. Отдай мне книгу, дай клятву о неразглашении, и я тебя отпущу.

– А как же Итон?

– Наместник? Извини, Элла, но спасти его не в моих силах. Не тем людям он решил перейти дорогу. Но если ты согласишься на мои условия, то по официальной версии в грот наместник отправится один. Допустим, для того, чтобы подготовить для жены романтический ужин, а там случится такая беда-несчастье…

Я смотрела на Рудольфа и не могла понять: он и правда думает, что все такие же, как он, и чужие жизни им безразличны? Да я сама готова погибнуть, лишь мой дракон выжил!

Осознание этого неожиданно сильно выбило из колеи.

Итон… Жить, зная, что он погиб, а я могла его спасти? Хотя я не верила, что после всего услышанного Рудольф оставит меня в живых даже под клятвой о неразглашении. Таких врагов за спиной не оставляют. Но я ведь действительно могу надавить на ведьмака, и, возможно, Итону удастся избежать ловушки.

– Я отдам тебе книгу только при условии, что Итон будет жить, – наконец решительно произнесла я.

Где я собиралась ее брать – другое дело. Сейчас главное – спасти мужа. Пусть и фиктивного. И пусть он меня не любит и бросит, когда найдет истинную пару. Пусть… Лишь бы остался жив.

«Я всегда знал, что женщины, когда влюбляются, немного едут мозгами, но чтобы настолько…» – услышала я в голове укоризненный голос Бродяги и посмотрела на него с упреком.

А потом до меня дошло: мы можем общаться! Видимо, клетка блокировала связь не полностью, и если фамильяр находился неподалеку от своей ведьмы, то общение между ними все же было возможно. Хоть какое-то утешение в сложившейся ситуации.

«Как же ты, такой умный, в клетку попал?» – спросила я его тоже мысленно. Жалеть друг друга сейчас не стоило, вот такое ехидство взбодрит нас обоих гораздо лучше.

«Этот мухомор пережеванный кошечку привез из северного королевства – беленькую, пушистую, глазки голубые, носик подковкой. В общем, я не смог устоять. Пошел за ней, а там… – Мой рыжий друг засопел. – Н-да…»

«Что ты мне только что говорил о любви и мозгах?» – вздохнула я и опустила глаза, чтобы ведьмак не понял, что мы с Бродягой общались.

– Да ладно тебе, – тем временем недоверчиво хмыкнул тот. – Кто тебе этот дракон? Я же знаю, что ваш брак фиктивный. Не могу, правда, понять, зачем он вам обоим понадобился, но уж такую информацию раскопать было несложно.

– Какая тебе разница, кто он мне? Я назвала условие, при котором книга окажется у тебя. Остальное тебя не касается! – вздернула я подбородок.

– То есть ты ставишь его жизнь выше своей и своего фамильяра? – недоверчиво спросил Рудольф.

– Мы с Бродягой тоже не откажемся выжить, – невесело хмыкнула я.

Ведьмак сощурился, склонил голову набок, словно обдумывал нечто крайне интересное и важное, а потом медленно произнес:

– Прости, Элла, но книга – это цена за твою жизнь и жизнь твоего фамильяра. Жизнь дракона стоит дороже.

– И чего же ты хочешь? – стараясь говорить как можно более спокойно, спросила я. Хотя у самой внутри все тряслось от напряжения.

– Твою свободу, – усмехнувшись, ответил он. – Меня устроит только твое пожизненное рабство. Иначе я не готов идти против людей, заинтересованных в гибели дракона.

От подобного предложения мне стало дурно. Быть рабыней этого негодяя… Да я же сама тогда в скором времени стану черной ведьмой. Ему будет достаточно просто приказать мне – и я сделаю что угодно, проведу любой, самый кровавый ритуал, прокляну, убью, украду. Рабская клятва не предполагает своеволия. И уж лучше умереть один раз, чем раз за разом убивать свою душу.

А мы, ведьмы, не зря делимся на белых, черных и серых. По нашей ауре очень легко понять, кто перед тобой стоит. Белая ведьма никогда не убивает своей силой и не использует в ритуалах жизни людей. Для черной – подобное норма. А серая лишь краем глаза заглядывает за оборотную сторону луны. И часто использует эти знания в борьбе с черными ведьмами. Черная ведьма – это не приговор. Бывают случаи, когда ведьмы чернеют во время войн или защищая свою жизнь при нападении. Тогда их ставят на учет и периодически проводят им проверки. И если ведьма отказывается от темной стороны своего дара и продолжает вести законопослушный образ жизни, ее никто не трогает. Но отношение к ведьмам в обществе изменилось совсем недавно, и к черным все до сих пор испытывают очень сильное предубеждение. Иногда им просто некуда деваться. Поэтому я никогда не считала Страйп прибежищем чистого зла и, пожалуй, и дальше считать таким не буду. Но это не отменяло того факта, что его законы мне не нравились.

Рабская клятва уже давно находится под запретом во всех землях, кроме Страйпа. Из всех доступных источников до сих пор вымарываются даже упоминания того, что такая клятва возможна. Ее использование карается смертью всего рода! И даже подозрение, что кто-то применил ее к мыслящему существу, бросает тень на такого человека и делает его чуть ли не изгоем. Разумеется, до тех пор, пока обвинение с него не будет снято.

И вот сейчас Рудольф предлагал мне самой обречь себя на рабство.

– Что, даже текст клятвы знаешь? – холодно бросила я, пытаясь справиться с поднявшейся в душе бурей.

– В Страйпе ее не знает разве что глухой.

– Теперь я понимаю, почему драконы так ревностно оберегают от него свои границы, – произнесла я, судорожно пытаясь придумать, что делать.

– Ну, ты можешь еще порассуждать о Страйпе и его законах, но время-то тикает, – нехорошо усмехнулся Рудольф, – а дракон скоро окажется в пещерах, и я ничем не смогу ему помочь. – Я смотрела ведьмаку в глаза и понимала, что в любой другой ситуации умерла бы, но не пошла на такую сделку, но сейчас от моего решения зависела не только моя жизнь. – Что, своя шкурка ближе? Не так ли? – мерзко усмехнулся Рудольф. – Легко рассуждать о жизни и смерти, пока сам не попадешь в непростую ситуацию.

Я опустила голову и обняла себя, стараясь унять дрожь тела и демонстрируя смирение.

– Элла, нет! – выкрикнул Бродяга и ударил по прутьям клетки хвостом.