Развод по первому требованию, или Ведьма ищет предлог

Глава 29. Жизнь продолжается

Время бежало незаметно. Город успокаивался, и все снова входило в привычную колею. За исключением того, конечно, что его наводнили королевские дознаватели.

О чудачествах наместника, который переехал в маленький дом жены, все еще продолжали судачить, но уже без огонька. А вот я сама начинала переживать, что скоро к нам станут приезжать гости. Пока удавалось отодвигать этот момент и отговариваться сильнейшей занятостью Итона, но я понимала, что это ненадолго.

Не то чтобы я не хотела всех увидеть и познакомиться, но совершенно не представляла, как решать вопросы, связанные с приездом такого количества существ. Вернее, выход был, но он мне очень не нравился.

Зато в лавке мне работалось хорошо. Жаль только, все никак не удавалось найти толкового помощника, на которого можно было бы скинуть рутину. Хотелось полностью окунуться в исследования, но лавку просто так не бросишь. Хотя Итон и намекал, что был бы рад, чтобы мы переехали в его замок. Там, мол, и места больше, и лаборатория лучше, и вообще, лично держать лавку жене наместника совсем не обязательно.

Но я ведьма! Я, может, всегда мечтала жить именно так, как живу сейчас! И не нужен мне никакой замок. Хотя чем дальше, тем больше я склонялась к тому, что придется идти на компромисс и соглашаться переезжать туда хотя бы на время. Да-да, это было то самое решение, которое мне не нравилось. Но гостей в моем домике не разместишь и должный комфорт им не обеспечишь. А поселить их в замке и самой продолжать жить здесь… Это даже звучит очень странно.

Я так погрузилась в свои мысли, что не сразу обратила внимание на прозвучавший над дверью в лавку перезвон колокольчиков. А когда посмотрела на вошедшую, чуть не икнула от удивления.

– Ты?! Ты должна снять проклятие с моего сына! – без приветствия и каких-то прелюдий ткнула в меня пальцем госпожа Хофф, стоило мне остановить на ней взгляд.

Я оглядела ее возмущенное лицо, видавшее виды платье и помятую шляпку. Вот уж кого не ожидала когда-нибудь увидеть в своей лавке, так это мать своего бывшего жениха, да еще в таком виде. Я запомнила эту женщину совершенно другой: всегда безукоризненно одетой, высокомерной, с презрительной улыбкой на вечно недовольном лице. Сейчас же в ее взгляде читался лишь надлом и злость.

– Госпожа Хофф, боюсь, что вы пришли не по адресу. Вашего сына я не проклинала.

– Ты лжешь! – продолжала тыкать в меня пальцем она. – После того как ты уехала, в нашей жизни все пошло наперекосяк!

– Не понимаю, о чем вы. Насколько я знаю, все произошло в точности, как вы хотели: я ушла из жизни вашего сына, он женился на аристократке и продолжает вести дела в столице.

– Он не дает мне денег!

– Какой ужас, – равнодушно произнесла я, не впечатлившись ее аргументом.

– Рамиль перестал бывать у меня в гостях, постоянно сидит в лаборатории и работает, работает. Похудел, ссутулился, пропах всей этой вашей гадостью! А жена только деньги на платья для балов требует! Мне сын даже содержание урезал, а средств все равно не хватает!

– Сочувствую, – все так же равнодушно произнесла я.

И самое удивительное, что где-то в глубине души я ей действительно сочувствовала. Столько лет жить в привычном мирке своих собственных иллюзий, а получив желаемое, испытать жуткое разочарование.

– Это все ты виновата! – выкрикнула она.

– А вот тут вы ошибаетесь. В том, что вы сейчас имеете, только ваша заслуга. И, конечно, вашего сына. Он же ведьмак. Пусть и не самый талантливый и сильный. Но поверьте, увидеть на себе проклятия вполне способен. Снять – нет, но увидеть – да. Разве он вам хоть раз жаловался на что-то похожее?

– Его жена бесплодна! Скажешь, в этом тоже нет твоей вины?! – вызверилась она еще сильнее.

– Госпожа Хофф, я никогда не считала вашего сына глупым телком, который пошел за женщиной просто потому, что та его поманила пальцем. Так зачем мне ей мстить? Рамиль сам выбрал свой путь. Вот пусть по нему и идет.

– Ты лжешь! – уже как-то жалко выкрикнула женщина.

В этот момент в лавку зашел Рамиль-чик под руку с молодой женой. Надо же, и в самом деле похудел и как-то согнулся, что ли. А ведь не прошло и года. Вон даже плешь на макушке наметилась. Или она была там и раньше, а я просто не замечала? Посоветовать ему, что ли, зелье для роста волос? Хотя нет, не буду. У него для этого жена имеется.

С еще большим удивлением я поняла, что ни Рамиль-чик, ни его жена, ни мать больше ничего в моей душе не трогают. Вот совсем. Словно то, что случилось между нами, произошло так давно, что и вспоминать уже как-то неуместно.

– Маман, что с вами? – обратилась к истерично тыкавшей в меня пальцем госпоже Хофф аристократка.

Рамиль-чик же уставился на меня так, будто увидел перед собой привидение.

– Элла? – произнес он удивленно и с какой-то затаенной тоской.

– Да, Рамиль. Я тебе не привиделась, – усмехнулась я.

– Как ты тут? – Он обежал быстрым взглядом лавку и на удивление тепло на меня посмотрел. – Вижу, дела у тебя идут неплохо.

– Не жалуюсь, – пожала я плечами.

– Я рад, – улыбнулся он, и я заметила, какими уставшими стали его глаза. А ведь раньше они всегда блестели азартом. – А мы только приехали сюда отдохнуть и погреться на солнце.

– И скоро уезжаем, – с нажимом произнесла жена ведьмака и демонстративно вцепилась в его руку. Представлять друг другу нас было не нужно. Как и проявлять излишнюю вежливость в общении. – Я в этом захудалом городишке рядом с этой особой легкого поведения и дня больше не проведу! Рамильчик, нам пора!

Я лишь пожала плечами. Совет им да любовь. Я даже за девицу легкого поведения ей мстить не буду. За меня это сделает Бродяга, чей рыжий хвост мелькнул неподалеку. Он такие оскорбления хозяйки не спустит.

В этот момент дверь в лавку открылась и на пороге появился Итон. Он легким кивком поприветствовал присутствующих и направился ко мне. Я вышла из-за прилавка, чтобы встретить мужа поцелуем, и тут же услышала:

– Быстро же ты любовника себе нашла! Стыдобища! Вы поглядите, и даже не стесняется! – уперла руки в бока госпожа Хофф.

Брови Итона поползли вверх.

– Дорогой, знакомься, это мой бывший жених Рамиль… эм, теперь уже Рамиль ван Крид, я ведь правильно помню, что ты взял фамилию жены? – на всякий случай уточнила я, но Рамиль-чик не ответил. В это время он сверлил Итона взглядом и сжимал кулаки. Надо же, он имеет наглость меня ревновать? Как мило. – А это его жена, Лилая ван Крид, и мать, госпожа Хофф.

– Такой приличный с виду мужчина и связались с этой… этой… – госпожу Хофф несло.

Видимо, благополучие, которое я обрела без ее сына, сильно ее задело.

– Мама, перестань, – внезапно одернул ее Рамиль. – В нашем расставании виновата не Ариэлла. Это я во всем виноват…

Надо же, не ожидала от него заступничества. Раньше, стоило его маман пойти на конфликт со мной, он всегда самоустранялся. А тут даже завуалированные извинения прозвучали. Сильно же его за это время жизнь потрепала.

– Позвольте представиться, – так холодно произнес Итон, что вошедшие дамы невольно передернули плечами. – Итон ван Дрэйк, наместник провинции Аторн и муж Ариэллы. И я не позволю ее унижать ни словом, ни делом. Прошу вас покинуть этот дом немедленно и провинцию желательно тоже. Вам здесь больше не рады.

Что ж, недолгим у Рамиль-чика оказался отпуск. Теперь им и в самом деле остается только уехать. Их больше на постой не примет ни одна таверна и ни один дом. Слухи у нас разлетаются быстро, а ссориться с наместником сейчас точно не захочет никто. Все знают, как круто он взялся за контрабандистов, имевших неосторожность обидеть его жену.

Семейство ван Крид-Хофф после этих слов вымело из моей лавки так быстро, что я даже удивилась. Разве что Рамиль-чик успел бросить в мою сторону тоскливый взгляд, но и только.

– Еще раз увижу этого слизняка – и так просто он от меня не уйдет, – мрачно глядя на дверь, произнес Итон.

– Да ну их всех, – махнула я рукой и обняла мужа. – Я так рада, что у меня есть ты. – Я поцеловала его в краешек крепко сомкнутых губ. – Такой сильный, смелый, надежный…

– Ох, Элла, – наконец оттаял он, прижал к себе и поцеловал так, что закружилась голова.

Похоже, ужинать сегодня мы будем немного позже…

***

Неделю спустя

– И как это понимать? – Итон навис надо мной грозовой тучей.

Из его глаз разве что молнии не летели.

– А что тут непонятного? – вздернула я подбородок и отбросила с лица выбившуюся прядь. – Ты расчищать чердак отказался, а мне нужно куда-то сложить вещи из маленькой комнаты.

– И зачем тебе понадобилась маленькая комната? – с угрозой спросил он, притянул к себе, крепко обнял и начал выговаривать: – Учти, ведьма, я там жить не буду! Ты сама признала меня настоящим мужем, а значит, мы и впредь будем спать вместе, в одной комнате, в одной постели и…

– В одной позе. – Я с иронией закатила глаза. – Я тебя поняла. – Итон уже набрал в грудь воздуха, чтобы продолжить свою речь, но я поспешила вставить: – И спорить с этим не собиралась.

– Да? – кажется, искренне удивился дракон и с неподдельной обидой спросил: – Тогда что ты тут делаешь?

– А что ты тут делаешь посреди рабочего дня? – пошла в наступление уже я. – Между прочим, ты сам говорил, что у тебя куча работы и на то, чтобы помочь мне с чердаком, совершенно нет времени.

– Его и нет. Нужно подготовить просто безумное количество бумаг! Скоро ведь предстоит ехать в столицу на судебный процесс над герцогом Пинкером и его пособниками. Я тебе как-то рассказывал, что именно он стоял во главе всей этой аферы. У нас в руках оказалось достаточно свидетелей и доказательств, чтобы он не отвертелся.

– Постой… – Я начала кое-что припоминать. – Рудольф говорил, что именно его должны были назначить наместником вместо умершего ван Линса.

– Не герцога, а его сына, графа. Герцог и дальше остался бы курировать деятельность контрабандистов из столицы.

– У-у-у, как там все, оказывается, запутанно. – Хватка дракона немного ослабла, и я предпочла присесть на стул, который обнаружился на чердаке, и вытянуть ноги.

Разбор завалов рухляди, которая здесь скопилась, оказался нелегким делом. Тяжести я не таскала – взяла в помощники охранника, которого после нападения приставил ко мне Итон. Но и без этого работы мне хватило. Собственно, к приходу мужа я почти все и разобрала. Наверное, вместе с Итоном делать уборку было бы быстрее и веселее, но на меня напал работун, и хотелось во что бы то ни стало вот прямо сейчас расчистить это жизненное пространство. А у моего дракона насчет чердака почему-то выработался нездоровый пунктик, и любые мои поползновения в сторону его уборки он воспринимал почти как личное оскорбление.

– Многое о сети контрабандистов, кстати, нам рассказал Рудольф, – продолжал просвещать меня Итон. – Только допрашивать его было тем еще удовольствием, – иронично усмехнулся он и оперся плечом о стену. Еще одного целого стула на чердаке просто не оказалось.

– Что, он такой скользкий? – посочувствовала я мужу.

– Да я бы не сказал, но, когда показания дает человек, который все время чешется, плюется, мычит из-за заболевших зубов и подскакивает на стуле, потому что не может нормально сидеть… А! Еще и глаз у него дергается в нервном тике. В общем, смотреть на это – то еще удовольствие. Зато Рудольф уже готов на все, лишь бы ты сняла с него свои проклятия.

– Не дождется, – мрачно произнесла я.

В памяти были еще слишком свежи мои переживания за жизнь Итона и Бродяги. К тому же я не забыла о домовых, которых ведьмак обрек на смерть.

Дракон хмыкнул и сообщил:

– Представляешь, ему уже даже черные ведьмы не так страшны, как ты.

– Он что, так это и сказал? – вмешался в нашу беседу комод, с которым я неплохо поговорила во время уборки.

К моему удивлению, он оказался недурным собеседником, а еще все-таки научился молчать, когда этого требовала ситуация.

– Ну, почти, – усмехнулся Итон и внезапно предложил мне: – А давай поставим твой комод в лавке?

– Зачем? – не поняла я.

– Ты же сама говорила, что тебе нужен грамотный помощник. Чем Комод Комодыч не хорош?

– Как ты его назвал? – рассмеялась я. – Комод Комодыч? А ему идет!

Итон улыбнулся:

– Так чем он тебе не хорош?

Завитки, отвечающие за рот комода, сложились буковкой «о», а те, что отвечали за брови, удивленно выгнулись.

– Обучается Комод Комодыч быстро, мы с ним как-то беседовали на эту тему. Достаточно положить в него книгу, и через какое-то время он будет знать ее содержимое. Они с Фролом так развлекались, пока ведьмак домового не забрал. – И обратился к вконец ошалевшему от перспектив комоду: – Ты ведь так и деньги считать можешь. Я прав?

– Прав… – тут же заверил нас тот. – Еще как прав! – И, все больше воодушевляясь, продолжил: – Я и про товар расскажу, и что и когда лучше применять, и беседой развлеку!

– Вот! К тебе в лавку будут ходить просто ради того, чтобы пообщаться с таким удивительным артефактом, – сложил руки на груди Итон. – А ты его здесь держишь.

– Да я не против! – удивилась я такому напору. – Только кто ему товар будет помогать подавать? Не всегда ведь можно объяснить, на какой полке что нужно взять. А иногда и из подсобки что-то принести требуется.

– Так давай Фрола твоего возвращать.

– Думаешь, я сама этого не хочу? Но как?! – Мой возглас шел, казалось, из глубины души.

Просто так ведь нельзя прийти в дом, у которого есть хозяин, и забрать его домового. Тут или дом долго должен пустовать, или хозяин должен дать согласие. А Рудольф его не давал.

– Так я же тебе сказал, что с недавних пор ведьмак готов на все, и дать согласие на переезд Фрола тоже…

Я радостно подскочила и повисла на шее любимого.

– Ты просто чудо! – чмокнула его в губы, но следующей фразой Итон поубавил мои восторги:

– Если ты снимешь с него проклятия.

Я с укором посмотрела на своего дракона:

– Ты же знаешь, что он заслужил все до последнего слова.

– Знаю, – кивнул Итон. – Как знаю и то, что он будет осужден согласно законам королевства и понесет соответствующее наказание.

– Н-да? – с сомнением покосилась я на мужа.

Мы, ведьмы, ведь не злопамятные, но память у нас хорошая. Однако Фрола хотелось вернуть больше.

– Хорошо, – вздохнула я. – Но ты мне сегодня с чердаком все-таки поможешь. – Ткнула его пальцем в грудь и покосилась на три небольшие книги, которые обнаружила при уборке.

Я ведь только сегодня поняла, что ба в своем письме не зря писала: «Некоторые вещи на чердаке должны быть сожжены в драконьем пламени, но такого у меня под рукой нет. Никому их не отдавай! Иначе быть беде». Вот нашла я эти книги в одном из углов чердака и наконец это поняла.

Они были укрыты несколькими слоями защиты, но я их сняла – ба хорошо меня учила – и убедилась, что там лежала та самая книга проклятий и еще две, не менее мерзкие по содержанию: книга смертельных наговоров и книга ритуалов на крови. Как по мне, такие знания не должны существовать в этом мире. А у меня под боком есть дракон и его драконье пламя, которое, по словам ба, способно уничтожить и не такую скверну.

Вот только, чувствую, палить мы их будем немного позже, потому что Итон решил вернуться к своему первоначальному вопросу:

– Элла, так зачем тебе понадобилось освобождать малую комнату? Мы же с тобой договорились, что, если к нам приедут гости, мы на время переедем в мой замок, где всем будет комфортно.

– Так я не для гостей стараюсь, – потупилась я.

– Ну знаешь, мне эта комната вот совсем не нужна! – вспылил дракон.

– На твоем месте я бы не была так категорична. – Я прикусила губу и положила руку на свой живот.

Итон соображал долго. А потом его глаза расширились, он попытался что-то сказать, но у него не вышло.

– Да, Итон, у нас будет ребенок, – улыбнулась я. – И нам нужна детская комната.

– Элла, – наконец сумел выдавить из себя дракон и неверяще уставился на мой живот. – Ребенок? Мой? То есть он уже там, да?

– Там. Ты его туда сам посадил. – Я уже начала нервничать из-за такой неоднозначной реакции.

– Я? – поднял на меня ошалелые глаза Итон. Кажется, он не до конца верил в происходящее.

– Ну… Ты, вообще-то, этими посадками каждую ночь занимаешься. Что тебя так удивляет? – не смогла сдержать я нервный смешок.

– Мой ребенок… – наконец расплылся в счастливой улыбке дракон. А потом подхватил меня под попу и закружил. – У меня будет дракончик!

– Или ведьмочка, – рассмеялась я и ухватилась ладонями за его плечи, а то голова уже успела закружиться.

– У меня будет дракончик или ведьмочка! – тут же радостно возвестил Итон. А потом остановился, опустил меня на пол и, глядя в глаза, проникновенно произнес: – Элла, как же я тебя люблю. Ты делаешь меня самым счастливым драконом на свете.

– А ты меня – самой счастливой ведьмой.