Реванш отвергнутой герцогини драконов

Глава 13. Теперь главное – придумать бренд

Испугалась? Непонятно. Почему-то показалось, что это просто странное видение – на какую-то долю секунды глаза Аунтана внезапно стали желтыми, а черный зрачок продолговатым как у рептилии, щеки покрылись темно-зеленой чешуей, а из ноздрей вырвался пар. Но в этот миг парень улыбнулся как ни в чем ни бывало, слегка пожал Кате пальчики, словно не чувствовал боли от огня и только потом отпустил ее руку.

- Драконья магия? – спросил, не удивившись. – И вы это от меня скрыли? – посмотрел на свою красную ладонь, на покрывшийся гарью манжет белой рубашки, на оплавившуюся пуговицу, перевел глаза на Катю. – Почему?

- Н-не зн-наю, - Катя поднесла свои руки ближе к лицу и стала их рассматривать, поворачивая то вверх ладошками, то вниз. Ничего нового там не увидела. Обычные. Те же самые. – Я вообще ничего не понимаю. И я не собиралась вас палить. Как-то само… почему-то… извините.

- Давайте пройдемся, - предложил Аунтан, выдержке которого можно было позавидовать, одернул рукав пиджака и спрятал под ним испорченную рубашку. – Не стоит стоять перед окнами таверны, да и у входа не стоит, - убедился, что за ними никто не подсматривает, и показал на дорожку, ведущую с площади вглубь города. – Думаю, нам есть о чем поговорить. Верно?

- Н-не зн-наю, - похоже, у Кати заело, потому что сейчас она ровным счетом ничего не понимала.

Откуда возник огонь? По какой причине? Если вчера она реально хотела подпалить шпиона, смывшегося в портале, явно колдуна, и у нее отлично это получилось, то сегодня даже не думала о таком. Тем более про Аунтана. Зачем ей его поджигать? Лишь в случае если ее магия или магия рода решила, что он опасен. А ведь это не так. Совсем не так. Значит, адвокат прав – это магия драконья, истинная связь. Снова проявилась. Почему? Климент опять ее защищает? От Аунтана?

Как же тут разобраться?

Хм-м… А откуда человек, не колдун как он утверждает, сразу определил, что магия драконья? И кстати! Почему у него рука не сгорела?! А?!

- Да, надо поговорить, - кивнула Катя и двинулась в указанную сторону. – Но прежде объясните, при чем здесь дракон? Я вообще-то ведьма и сама могу огонь создавать. Думаю, это случайно получилось. С контролем у меня пока не очень, - решила, что про истинность рассказывать не будет. И раньше не хотела, чтобы кто-то знал, и сейчас по неизвестной причине не хочется, чтобы знал Аунтан.

- Ведьма? – задумался тот, идя рядом. – Тогда возможно вы сами. Возможно, - задумался, потому что так тоже может быть. Но уж очень сильный ожог он получил, еле-еле сдержался, чтобы не заорать, пока не началась регенерация. – Тогда вопрос. Чем я заслужил ваше недовольство?

- Нет-нет, вы тут совершенно ни при чем. Это у меня само.

- А-а, понятно.

- Не заставляйте меня снова извиняться, - насупилась Катя, которой стало сильно неудобно перед хорошим человеком. – Я, правда, не понимаю, почему такая реакция на ваше прикосновение.

- Хорошо, не буду заставлять. И не собирался. Скажу честно, я подумал, что к вам вернулась драконья метка. Поэтому и решил, что это магия вашего мужа, - Аунтан решил по этому поводу не темнить, чтобы герцогиня его не заподозрила.

И так, можно сказать, прокололся по полной. Неизвестно, заметила ли она момент, когда его дракон бросился защищать свое тело, но исключать этого нельзя. А если еще и шпион колдуна видел? Хотя нет, этот вряд ли. К таверне Аунтан стоял спиной. Но к Катрин-то лицом. Теперь выкручиваться придется. И надо сделать это виртуозно, чтобы к его объяснению не придрались. Ни на кончик мизинца, ни на кончик ногтя. Не придрались.

- О, нет. Чего нет, того нет, - Катя решительно отвергла предположение адвоката об ее истинности. Она тоже хранила свою тайну.

- Что ж. Впредь буду относиться к вам осторожнее. А то никакого матушкиного бальзама не хватит, - Аунтан изобразил на лице некую растерянность. – Вот уж не думал, что в Кентиакле мне придется применять его каждый день. Утром сегодня тоже мазал, маслом со сковороды брызнуло, и сейчас пригодилось, что сразу не сгорел. Отличная штука, - потряс рукой, показывая, как быстро проходит ожог.

- Да, хорошая, - согласилась Катя, подумав, что ведь точно, так и есть, бальзам. Сама его действие видела. Забыла. И всякую ерунду напридумывала. И зрачок вертикальный, и чешуя с чего-то. Вот дурочка. – Ой, - спохватилась, заметив, что давно ушла с площади и идет по улице к дому адвоката. – У меня еще дела остались, - остановилась. – В лавку овощную надо, - зачем-то пояснила, хотя могла этого не делать, и стала прощаться. – Извините меня еще раз…

Неожиданно увидела на ясном голубом небе черную точку. Знакомую точку, приближавшуюся к городу. Только его еще не хватало. Замерла, задрав голову вверх.

За ее взглядом проследил Аунтан и спросил:

- Муж ваш?

- Похож. А может и не он.

- Катрин, - нахмурился Аунтан. – Посмотрите на меня. Не говорите ему обо мне.

- Почему?

- Вернее не так. Не говорите ему, кто у вас адвокат. Он может узнать, что я начинающий, и… - нужная мысль вдруг потерялась, когда стало понятно, что это не тот аргумент, который нужен.

- Не скажу. Да, вы правы, он будет смеяться, - Катя додумала сама.

- Тогда до встречи, - Аунтан кивнул и как можно быстрее зашагал по улице, стараясь уйти до прилета дракона как можно дальше.

«А всё-таки она меня обманула. Интересно-то как», - подумал, сворачивая за угол большого двухэтажного дома.

Катя посмотрела ему вслед, развернулась и решительно двинулась обратно на площадь. Несмотря на прилет мужа, менять свои планы она не собиралась и подошла к лавке близняшек как раз в тот момент, как огромная зеленая махина, в последний раз хлопнув крыльями и подняв с дорожек пыль, приземлилась у конторы зажравшегося адвоката. Затем дракон поводил мордой, видимо, высматривая жену, понюхал воздух, переступил лапами, раздраженно потряс кончиком хвоста и, наконец, повернулся к ней.

Тотчас превратился в темноволосого красивого мужчину в черном костюме, отмахнулся от выскочившего из двери Клобука, что-то пытавшегося ему сказать, и почти побежал к Кате, которая подумала, что лучше поговорить с Климентом тут, нежели в магазине да еще при любопытных свидетелях. Ниртак рассказывала, что Калистра и Розанда самые главные сплетницы Кентиакля. Так что уж лучше пусть смотрят в окно, а не подслушивают. Поэтому пошла мужу навстречу.

То, что немногочисленные прохожие, сначала остановившиеся, чтобы поглазеть на живого дракона, некоторое время следили за ним уже в его человеческой ипостаси, а потом отправились по своим делам, Катю вообще не волновало. Ну, посмотрели и посмотрели. Когда еще такое чудушко к ним прилетит? Она и сама точно также задирала бы голову, следя за полетом ящера, если б не знала, что Климент прилетел неспроста. Опять что-то почувствовал?

- Привет, - не доходя до центра площади и останавливаясь на ведущей туда среди кустов дорожке, поздоровалась Катя первой и мгновенно попала в объятия мужа. – Ну, как бы… э-э… тут народ, - увернулась от поцелуя в щеку.

- Тебя опять хотели убить? – Климент не стал настаивать на поцелуе, но объятий не ослабил, словно боялся отпустить. – Ты цела? – стал осматривать ее лицо, заплетенные в свободную прическу светлые волосы, голые плечи, задержал взгляд на декольте, нервно сглотнул, и вернулся к светящимся чем-то неуловимым голубым глазам, продолжил допрос. – Ведьма не прилетала? Та, которая… ну ты знаешь. Нет?

- Не-а, - Катя почувствовала, что от объятий, от которых веяло теплом и заботой, ей стало… не знай, как выразить это словами, но, наверное, лучше, безопаснее, надежнее. Вот ведь. Похоже, притяжение истинности стало работать снова. – Отпусти. Нафига мы на глазах у всех обнимаемся? Люди потом чего только не придумают.

- Тебе не всё равно, что подумают о тебе людишки? – с презрением фыркнул муж. – Я герцог Империи драконов, наследник рода Валлеор, а ты моя жена.

- В разводе, дорогой мой, в разводе. Не забывай, - напомнила ему Катя. – И вообще, что тебе от меня надо? Зачем ты тут? – оттолкнула Климента и освободилась от его крепких рук, начавших гладить ее по спине. Автоматом, скорее всего. – Рассказывай в трех словах. У меня времени нет на всякую ерунду вроде бывшего мужа. Мне еще заказ делать. А это небыстро. Только не спрашивай, что за заказ, - опередила вопрос мужа, который явно читался у него на лице. – Зачем прилетел?

- Твоя призрачная змея внезапно так зашипела, что оглушила, и я понял, что с тобой какая-то беда. Почти как в тот раз. С ведьмой. Правда, не так сильно, - зачастил Климент. – Конечно, я не стал сидеть сложа руки и рванул к тебе. Рад, что ты жива-здорова. Здорова? – уперся глазами ей в грудь, потом сделал вид, что рассматривает ее руки, и, убедившись, что всё в порядке, спросил. – Почему моя огненная магия снова полыхнула?

Понимая, что иначе от Климента не отвязаться, пришлось Кате рассказывать, что случилось. Без упоминания имени Аунтана, как тот просил. Впрочем, муж им и не поинтересовался даже. Услышав «мой адвокат», он сначала часто задышал, потом засверкал глазами, следом заходил туда-сюда, сложив руки сзади как арестант, и только после этого буркнул:

- Тебе адвокат больше не нужен.

- Серьезно? – усмехнулась Катя. – Ты решил отдать половину замка вместе с имуществом добровольно? Да? – убрала за ухо прядку волос, развеваемых легким ветерком. – Нет? – увидела, как муж напрягся и застыл напротив нее. – Тогда и говорить не о чем. Я, конечно, и без твоих сокровищ смогу заработать, но начальный капитал мне не повредит, - решила изобразить из себя меркантильную особу.

А с другой стороны, почему бы нет? Тут же вспомнила бывшего Петечку, который наверняка думал тогда также, и покачала головой, что сейчас уподобляется ему. Вспомнила, как тот уговаривал ее не судиться, ласково уговаривал, потом переходил к угрозам, видя, что ничего ему не светит, снова ластился, когда угрозы не возымели должного результата, а потом всё повторялось по кругу. Да ну его.

- А знаешь, ты, пожалуй, прав. Не нужен мне адвокат, - под эти мысли Катя внезапно изменила свое мнение. Ведь реально капитал Климента это капитал его рода, хранившийся в подвале замка и копившийся там веками. Никакая жена не имеет к нему отношения. Тем более Катрин, которая прожила там каких-то два месяца. – Я просто уйду. Без раздела твоего имущества. И без него не пропаду. Только отдай мне мое имение. А не, не так. Я выкуплю у тебя мое имение, только позже. Согласен?

- Выкупишь? – Климент, кажется, не успевал следить за ходом ее объяснений. – Зачем? Оно и так твое, - растерянно захлопал глазами.

- Пока твое, раз ты закрыл долги моего отчима. Но я хочу за них расплатиться.

- Подожди. Я ничего не понимаю. Ты хочешь сказать, что не собираешься ко мне возвращаться?

- А разве собиралась? – Катя шумно выдохнула, показывая всем своим видом, что даже не думала о таком. – Ты захотел развестись, выгнал из дома, не став выяснять, что же такое с нами случилось, поверил своей… А-а, - махнула рукой. – Мы снова повторяемся. Кстати, как там поживает гадина? Ты нашел ее?

- Да, я с ней разобрался. Она больше тебя не побеспокоит.

- И всё? Просто не побеспокоит? А ничего, что она реально убить меня хотела?

- Я ей пригрозил.

- И почему-то сразу прилетел, как только у меня вспыхнула магия. И почему-то сразу спросил про ведьму. Не находишь, как-то это странно, мягко говоря?

- М-м… - замычал Климент.

- Ладно, это ерунда. Мне вот интересно, почему ты не привлек ее к суду? Потому что она твоя будущая жена? – Катя затаила дыхание, боясь услышать «да».

Нафига спросила? И тут же ответила сама себе – ей важно это знать. Вроде и не любит этого мужчину, но ее к нему тянет. Да, понятно, что истинность усиливает чувства. А что если он нравится ей? Просто нравится.

- У меня уже есть жена. И это ты, - Климент посмотрел ей в глаза так решительно, что на душе стало теплее. – И я хочу, чтобы ты вернулась.

- А вот с этим проблемка, - прищурилась Катя. – Я-то не хочу, - замолчала, не зная как (уже в который раз) объяснить остолопу, что он до сих пор не извинился.

- Я понимаю, что ты обижена, - засопел муж. – И понимаю, что виноват, что не разобрался. Но тогда я был так зол, что не мог соображать. Мне хотелось стонать от обиды, что ты меня обманула, что метка ненастоящая, а мой дракон был готов молнии метать и жечь всё вокруг. Я с трудом его сдерживал, даже слезы на глазах выступили, если помнишь. И тогда я решил, что тебе будет лучше находиться от нас подальше, - сложил вместе ладони и стал нервно растирать пальцы.

- А-а… - протянула задумчиво Катя.

И как это воспринимать? Это что-то вроде своеобразных извинений? Хотя и в начальной стадии. Но очень похоже на прогресс. Вот только теперь ей самой бы разобраться, чего она хочет. Жить с этим мужчиной… для Кати он вообще-то не муж даже. А если начинать жить, то придется рассказать о подмене. Мол, от твоей прежней жены осталось только тело. И я – не она. Вот черт. А как он это воспримет? Опять будет молнии метать и гнать от себя?

Так что проблемка-то покруче той, что обрисовала Клименту. Как же всё сложно.

- Давай начнем сначала, забыв, что… - продолжил он, видя, что жена молчит.

- Подожди, - остановила его Катя. – Ты правильно заметил, что я обижена, - решила все-таки скосить на это, пока не определится, что делать. Ведь в ее планы обустройства в магическом мире, где она ведьма, а муж дракон, муж точно не вписывался. А тут истинность со своим непредсказуемым притяжением и ослаблением силы воли, стоит второй половинке оказаться рядом. – Поэтому не хочу возвращаться.

- Хорошо, - внезапно согласился Климент. – Тогда остаюсь я.

- Зачем? – изумлено спросила Катя, не ожидая такого поворота.

- Чтобы тебя защищать.

- От кого?

- Не знаю. Но я сглупил, отпустив ведьму, хоть и предупредил ее, что убью, если она снова задумает тебя извести. Поэтому испугался сейчас, что моя угроза не помогла. Теперь понимаешь, как я за тебя боюсь?

- Ну-у… наверное, понимаю, - Катя лихорадочно обдумывала, как сделать так, чтобы Климент улетел, но ничего умного в голову не приходило. – Может, проще подать на Кимерию в суд? Это ведь была она?

- Да. Она. И хочу тебе сказать, что она мне не любовница.

- А мне плевать.

- Почему? Как это?

- Просто плевать. А сейчас лети домой, - Катя решила сказать прямо. – У меня дел выше крыши. Вообще не до тебя.

- Я остаюсь, - насупился Климент, не собираясь поддаваться чужим желаниям. Ведь он мужчина, который держит свое слово. Ну, и упрямый, конечно.

- Ты же не будешь всё время ходить за мной по пятам? – представив такую картину, Кате стало понятно, чем это закончится. В конечном итоге истинность возьмет верх, и «жена» окажется в постели с дорогим супругом. И неизвестно, хорошо это или плохо. – Не надо. Не ходи.

- Буду, - не отступал Климент. – Куда ты собралась? На заказ? Помню что-то такое.

И что прикажете с этим делать? Запретить находиться мужу рядом не получится даже при огромном желании. Надо хотя бы для начала развестись, затем подать жалобу в суд о домогательстве и обязать бывшего не приближаться на километр. Примерно. Интересно, есть в этом мире какие-то критерии? Впрочем, узнать несложно. Опять же – прежде развод. А именно сейчас деваться некуда.

- Сегодня утром я забрал из Императорской канцелярии свое заявление, объяснив, что передумал, - как будто прочитав ее мысли, заявил Климент. – С Императором еще не встречался, но думаю, он против не будет.

- Я сама на развод подам, руки не отсохнут, - отозвалась на это Катя. – И я пошла. Хочешь таскаться, тащись. Не думаю, что это замечательная идея, но она ведь твоя, - не дожидаясь ответа, быстро развернулась и направилась к лавке близняшек, слыша, как сзади под высокими кожаными сапогами хрустнул гравий. – Здравствуйте! – поздоровалась с Калистрой (или Розандой), которая тут же подняла голову от витрины и уставилась не на Катю, а на того, кто был за ее спиной.

- Господин Валлеор, - всплеснула ручками хозяйка и широко улыбнулась. – Очень рада, что вы к нам зашли. У нас самые свежие овощи, только-только с грядки.

- Я с женой, - зачем-то объяснил Климент, хотя и так было понятно, что не один. – Все вопросы к ней, - замер рядом с Катей.

- Вау, господин герцог, - выскочила из подсобки вторая сестра, держа в руках кочан свежей капусты, от которого отрывала верхние пожухлые листы. Последний бросила, стараясь сделать это незаметно, себе под ноги. – Капусты на суп не желаете? – игнорируя Катю, повертела перед Климентом кочаном, показывая, какой он крепкий и сочный. – Нигде лучше не найдете. Только-только с грядки, - повторила вслед за Калистрой (или Розандой, фиг их разберешь).

И вот тут у Кати внутри вдруг что-то щелкнуло и внезапно материализовалась идея бренда овощной лавки. Да это ж совсем просто – переплюнуть зазывалу красавчика-эльфа теперь точно получится! Действительно просто! Как она сразу-то не додумалась? А хотя… наверное, надо было, чтобы в лавку зашел муж. На нем идея и строилась. Ну, держись теперь Корсарий!

- Мы берем, - Катя выхватила капусту у хозяйки и, повернувшись, сунула кочан Клименту. Тот, не ожидавший от жены такой прыти, чуть не уронил овощ на пол, но вовремя его подхватил и прижал к своему животу обеими руками. – Отлично, - одобрила его готовность помогать. – Остальное уже есть, так что на сегодня хватит. Сколько? – спросила близняшек, пожиравших глазами необычно покорного дракона.

- Подарок, - первой сообразила одна из сестер. – Господину герцогу, - мило улыбнулась, а за ней заулыбалась вторая.

- Вообще замечательно, - Катя спорить не стала. – Мы что зашли-то? Помните, я обещала вам оживить вашу торговлю? - оглядела совершенно пустую лавку, выразив во взгляде жалость к продавщицам, которых в скором времени ожидает банкротство. – Сегодня я это сделаю. Осталось только нарисовать новую вывеску и… - приложила указательный палец у губам, разглядывая сестер и так, и этак. Те даже напряглись. – И обновить ваш гардероб, - показала пальчиком на одну и на другую.

- У нас денег на гардероб нет, - грустно заметила (пусть будет) Калистра. – Так что мы не собираемся…

- И с этим я тоже помогу. Вам в подарок, - не стала дослушивать ее нытье Катя. – Пока на некоторое время, а дальше видно будет. Если вам понравится, то мы это продолжим, - повернулась к прилавку полубоком, чтобы не было видно, куда она смотрит. – Розанда, иди сюда, - решила начать с вредины и ткнула пальцем на пол перед собой. – Сюда. Иди, иди, - увидела, что ни одна из сестер не шелохнулась. – Ну, тогда Калистра. Похоже, она сообразительнее, - надо же их как-то стимулировать.

- Нет я, - обогнав сестру, из-за прилавка выскочила Розанда. – И чего это ты придумала? Как это ты собираешься обновить наш гардероб? – послушно встала на нужное место. – Я не собираюсь раздеваться при мужчине, - оглядела Климента, который с нескрываемым интересом наблюдал за происходящим. – Если ты предложишь повязать мне дурацкий бант под шею, так я их не ношу, душат, - продолжила высказывать свои претензии. – И галстуки я не люблю. Мы уже пробовали такую униформу. Фу.

- Хорошо, никаких бантов и галстуков, - Катя дотронулась до рукавов светло-коричневого платья, и оно мгновенно преобразилось.

Круглый невзрачный вырез таким и остался – круглым, только вокруг него появились узкие бежевые, розоватые по краям, кружева, густо собранные веером, чтобы не лежали, а топорщились около шеи. Рукава-фонарики тоже остались, но к ним добавились еще два фонарика пониже, которые заканчивались теми же кружевами, что и на вороте. Несильно утянутый корсет обзавелся на груди треугольной вставкой более темного окраса, чем платье, и сужался книзу, визуально утоньшая объемную талию.

Пришлось убавить и обширность пышной юбки, сделав ее прямой до колен, и только потом шире, как колокол, чтобы можно было свободно ходить и не запинаться. И, конечно, добавить внизу побольше кружев.

Катя отпустила Розанду и отошла, любуясь своей работой. Классно получилось. Даже сама тетка неопределенного среднего возраста заметно помолодела, превратившись в тридцатлетнюю симпатичную особу со светлыми волосами и голубыми глазами, которую портили лишь поджатые скептически губы.

- О-о-о… - восторженно выдохнула ее сестра, увидев результат преображения.

- Что о? – тут же спросила Розанда и стала разглядывать свою грудь, затем рукава, подняв кверху руки, ощупала попу.

- А мне, а мне? – подбежала Калистра к Кате, отталкивая в сторону недоуменно стоявшую там близняшку. – Теперь мне, - замерла в предвкушении, что будет выглядеть намного лучше сестры. Или хотя бы не хуже. Коричневые платья, наводнившие гардероб своей практичной немаркостью, давно ей надоели. А сменить на что-то более красивое из-за потери покупателей стало невозможно. – Ну, что же ты, - поторопила.

- Оставила основное одинаковым, всё-таки у вас это рабочая одежда, - прокомментировала Катя новое волшебство. – Но сделала отличие, чтобы вас не путали. У тебя на кружевах края не розоватые, а фиолетовые. И фонарики убрала. А-а, вот еще, чуть не забыла, - ткнула пальцем каждой над левой грудью, где тотчас появился бэйджик с именем. – Теперь всё. Ну как? Нравится?

- Я такая же крас… - похоже, Розанду так пробрало, что она даже слово «красивая» выговорить не смогла. – Да? – посмотрела на Катю.

- Да, - вместо нее ответил Климент, которому несказанно понравилось то, что сотворила его жена. – У Катрин отличный вкус. И вам очень идет. У вас корзины нет? – несмотря на увлекательное зрелище, ему надоело держать капусту в руках.

- Ой, я сейчас, - подхватилась Розанда и побежала в подсобку, откуда раздался оглушительный рёв. – Ва-а-уу!!! – видимо, увидела себя в зеркале.