Реванш отвергнутой герцогини драконов

Глава 7. Когда всё хорошо, но что-то опять не так

- Бренд? – одновременно воскликнули сестры и уставились на Катю.

- Фишка вашей лавки, отличная от остальных, - она сразу поняла, чему те удивились, зная, что здесь это новое слово, принесенное ею из мира человеческого. Специально. – Это поможет вас выделить среди конкурентов и увеличит продажи, если вы всё сделаете правильно.

- Продажи бы хорошо, - кивнула Калистра. – Нам бы надо…

Однако Розанда, прищурившись, с сомнением спросила:

- В столице что ли так делают? Что-то я там ничего такого не видела. Недавно ездила. Лавки как лавки, вывески, глашатаи.

И скорчила презрительную физиономию. Мол, лжешь ты без зазрения совести. Герцога обманула и теперь нам втираешь. Нет у нас веры ни одному твоему слову.

- В столице не знаю, - Катя не стала сочинять лишнего, подумав, что на вранье доверия не построишь. Обязательно кто-нибудь или сами сестры снова съездят в столицу, увидят, что там все то же самое, и вообще разговаривать с ней перестанут. А надо, чтобы поверили. Глядишь, удастся денег хоть сколько-то получить, чтобы не зависеть от подачек мужа. – Я там недолго прожила. Вы же знаете. Да и по продуктовым магазинам сама не ходила. У нас слуги для этого есть.

- Ну, раз слу-уги, - протянула Розанда с усмешкой.

- А вот за границей сплошь и рядом бренды заказывают, чтобы специально обученные люди их разработали. Маркетологи называются, - Катя пропустила мимо ушей колкость лавочницы, которой больше сестры, видимо, не нравился внезапный взлет сиротки из бедного имения в богатые герцогини. Завидущая, похоже, стерва. – По этим брендам узнаваемость магазинов выше и покупатели уверены, что качество продукции там лучше, чем у конкурентов. Мы вашего… как его?

- Корсарий, - подсказала Калистра.

- Корсария, да. Мы его за пояс заткнем, - продолжила Катя с воодушевлением, уже придумывая на ходу, как изменить наружную вывеску.

- А ты-то откуда знаешь, как маркет… маркол… марте… ну, эти делают? – Розанда не перестала сомневаться. – Сама же говоришь, учиться надо, - незаметно перешла на «ты».

Наверное, прекрасно знала Катрин раньше. Вряд ли они были подругами из-за разницы в положении, да и разницы в возрасте тоже, но, несомненно, часто общались. Может, Амиранса посылала дочку за овощами, как сегодня любопытную девчушку ее мать, а та точно так же торговалась, чтобы получить «добавок». Город маленький, знакомы большинство. А с учетом торговли отчима нужными препаратами тем более. Поэтому – на «ты», так на «ты». Пофигу, что герцогиня.

- А я и училась, - кивнула Катя. Вот теперь надо наврать так, чтобы поверили. И не ошибиться, что сказать, чтобы сестры остальное додумали сами, как им надо. Здесь очень тонкая грань, переступив за которую можно провалить всё дело. А работа нужна. – Училась, когда с мужем туда ездили, - не стала упоминать конкретную страну, которых, кстати, ни одну не знала. – Курсы прошла. Полостью. Не могу же я все время в замке сидеть и ничего не делать? Скучно же, - добавила для пущей убедительности.

- Ну, это да, скучно ничего не делать, - согласилась Калистра, а Розанда поджала губки и промолчала. – Только вот учеба и практика совсем разное, - хотя бы размышлять начала на счет создания бренда.

- Вот именно, - тут же подхватила ее слова вторая близняшка. – Ты, небось, еще ничего никому. А как нам узнать, хорошо ли ты училась? Можно ведь учиться спустя рукава и просто просидеть. А диплом у тебя есть? – стала сверлить девушку взглядом.

«Чертова баба», - подумала Катя, понимая, что тут она точно прокололась. Ну, какой диплом она им предъявит? Разве что сама нарисует. Можно скопировать по памяти свой, который на артерских курсах получала. Как вариант. Однако кто преподаватель, какой город, да и другие конкретные нюансы нужно будет отразить применительно к иномирью. А это уже проблема. Впрочем, кое-что подскажет Ниртак. Но не факт, что это поможет. Зараза ты с култышкой!

- Диплом? – переспросила, чтобы еще немного подумать. – Считаете, после недельных курсов диплом с оценками выдают? – усмехнулась прямо в глаза Розанде. – У меня только сертификат, что прошла курсы. Могу показать, если надо. Но по нему вы не узнаете, хорошо ли я училась, плохо ли… Могу лишь доказать, что хорошо. Делом.

- Как-то это всё равно странно, - уперлась вредина, на голову которой очень хотелось обрушить корзину с овощами.

- А мне вот интересно. Почему ты к нам к первым пришла? С этим своим предложением? – Калистре показалось это подозрительным.

- Кхм-м… - усмехнулась Катя, укоризненно качая головой и понимая, что именно сейчас наступил тот самый переломный момент, после которого ты или пан, или пропал. Улыбнулась шире, вложив в улыбку как можно больше доброжелательности. – А к кому как не к вам? – будто бы возмутилась, расширив глаза и подняв кверху брови. – Мы же столько знакомы. Неужто я Корсарию буду помогать? Тем более что помощь нужна не ему, а вам, судя по продажам.

- Ну, так-то да, - закивала Калистра, удовлетворенная ответом.

- И поэтому я предлагаю вам свои услуги абсолютно бесплатно, - произнесла Катя ключевое слово, после которого даже популярные писательницы не отказывались посмотреть на обложку для своей книги от новичка.

Маркетинг, как говорится, в действии.

Впрочем, ничего нового.

С таких же маленьких шажочков Катя начинала свою карьеру успешного артера. А иначе как пробиться среди огромного числа художников? Надо, чтобы тебя заметили, выделили, оценили твое трудолюбие, привыкли к регулярности выкладки работ в специализированных сообществах, а еще надо чувствовать, какие персонажи подходят под писательский тренд, и уметь общаться с заказчиками, требующими порой невозможного. В общем, куча нюансов, где продвижение зачастую важнее, чем сама обложка.

- Так что вы ничем не рискуете, - продолжила убеждать сестер, которые переглянулись после слова «бесплатно» и стали внимательнее слушать. – Вы получите на начальном этапе новую привлекающую вывеску, а я смогу продемонстрировать, что умею делать. Не только вам. Поэтому наше сотрудничество обоюдовыгодно. К тому же, если вам не понравится моя работа, вы всегда сможете вернуть свое не слишком красивое объявление на место. Не забывайте только, что вам нужны продажи.

Выдохнула. Осталось дождаться решения сестер, которых если эти слова не убедили, то и мучиться дальше смысла нет. Слишком настойчивое продвижение своих услуг отталкивает покупателей. Вот прямо сильно. Это тоже надо учитывать. И лучше вернуться к разговору позже. А еще лучше найти других, более сговорчивых. Может, того же Корсария, наверняка менее закостенелого в традициях местной торговли.

Катя обвела взглядом собеседниц, ничего не сказала, увидев их задумчивые лица, и сделала вид, что выбирает в одном из ящиков зеленый лук, решая, покупать его или нет. Так-то к борщу было бы здорово. С вожделением представила, как в тарелке на ярко-бордовом фоне выделяется пятно свежей зелени, рядом горка белоснежной сметаны, не меньше столовой ложки, и почувствовала, что захотелось есть. Заторопилась.

- Я бы с радостью еще с вами поболтала, да некогда. Обед на носу. А мне еще сметанки надо и мяса, - стала проверять в корзине, стоявшей на прилавке перед Калистрой, всё ли туда положили, что просила. – Ну, и с ними заодно поговорю, если вы ничего менять не хотите, - намекнула, что ее услугами могут воспользоваться хозяева других лавок и заказ сестер отодвинется на неопределенное время.

- Ты краски и холст сама купишь? – въедливо спросила Розанда. – А то у нас нет планов в новую вывеску вкладываться, - стало понятно, кто из двоих самая прижимистая.

- Я ж сказала, что для вас бесплатно всё. Значит, бесплатно всё. Материалы с меня, конечно, - улыбнулась Катя, выдохнув на этот раз мысленно, чтобы потенциальные покупатели услуг не заметили ее торжества. – Как сделаю, так и принесу. Скоро. Сколько с меня? – потянулась к кошельку.

Расплатилась, отметив, что с одной монетки ей даже сдачу сдали. Не пожадничал Климент, получается. Ух ты, нухты. Теперь точно хватит и на сметану, и на мясо. Выпорхнула окрыленная на площадь, повесив на левую руку полупустую корзину, куда вполне уместились остальные покупки, приобретенные без приключений в мясо-молочной лавке. Так что через какое-то время Катя поспешила… к магазину Корсария.

А как же? Надо ведь узнать, чем конкурент переманивает покупателей. Ну, очень интересно. Поэтому расспросив здоровенного дядечку-мясника, куда идти, и проигнорировав недоуменный немой вопрос «нафига? Ты ведь овощи уже купила», свернула с площади на вторую улицу. С такими же двухэтажными каменными домами, окруженными зелеными палисадниками, с серой мостовой и изредка встречающимися вывесками небольших магазинчиков.

«Ого!» - восхитилась, увидев маркетинговую составляющую Корсария.

Та стояла, вернее, стоял перед входом в лавку и обаятельно улыбался проходящим мимо и заходящим за покупками внутрь. Причем всем особям женского пола независимо от возраста. Это был чуть ли не под два метра ростом стройный юноша лет девятнадцати-двадцати, одетый в расстегнутую до середины груди белую рубашку с закатанными по локоть рукавами. А его холщовые брюки серого цвета несильно, но эффектно, обтягивали стройные ноги.

Бугров мышц у парня не было, но одежда выгодно выделяла крепкое гибкое тело, а длинные ниже плеч прямые волосы словно светились на солнце совершенной белизной. Бонусом симпатяшке достались голубые хитрые глаза и ямочки на щеках, привлекающие и долго не отпускающие взгляд. Ах да, еще острые уши, говорящие, что перед Катей эльф собственной персоной. Не прямо красавец-красавец, но чертовски обаятельный.

Кроме улыбки он заманивал покупательниц и другим – предлагал попробовать кусочек любого из десятка сочных бордовых яблок, лежащих перед ним на деревянном лотке. Тот висел на алой ленте, перекинутой через шею, и находился немного выше пояса, как раз там, где застегивалась рубашка. Как говорится, ничего лишнего, но глаза дам постоянно косили с фруктов на полуобнаженную грудь зазывалы.

Надо ли рассказывать, что верхом совершенства был жест, когда парень одним точно выверенным движением тут же на глазах отрезал кусочек на пробу, взмахивая эльфийским серебряным кинжалом. С такой скоростью наверняка смог бы изрубить в труху все яблоки за секунду.

«Ого!» - теперь это не то слово, чтобы выразить восхищение креативом Корсария.

Катя даже расстроилась, поняв, как сильно погорячилась, обещая близняшкам переманить их покупателей обратно. Всех точно не получится. Да и подумать над брендом придется хорошенько, чтобы проблему решить. Потому что молодушки так и толпились перед лавкой. Не пять-шесть, а две-три, но они постоянно менялись, заходя за покупками и счастливо улыбаясь эльфу при выходе.

- Попробуйте наши продукты, - голосом, полным бархатного тембра, обратился зазывала к Кате, решившей не заходить в магазин и пройти мимо. – Так вы сможете сравнить, - протянул кусочек яблока, обратив внимание на торчавший из ее корзины зеленый лук, - и понять, где действительно самые свежие овощи.

- Как-нибудь в следующий раз, - буркнула она, посмотрев ему в глаза и игнорируя подношение, демонстративно развернулась и потопала обратно.

Глупо, наверное, получилось. Ну и плевать. Сейчас разговаривать ни с кем не хотелось, тем более с этим притягательным обаяшкой. Катино настроение сегодня вступило в какую-то сумасшедшую гонку, состоящую из падений и взлетов, взлетов и падений. Очередной провал подкосил окончательно. И лучший способ не зареветь от обиды – неторопливо пройтись пешочком, отключиться от проблем, подумать о хорошем, например, о солнечной погоде, а затем пообещать себе, что не сдастся.

А в это время в доме Аунтана Марионса происходило следующее.

Не успел он зайти, как из-за угла коридора, ведущего с кухни, выглянул темно-карий глаз и стал пристально наблюдать за адвокатом, запирающим входную дверь на защелку. Убедившись, что тот вернулся один, вслед за глазом высунулось лицо мужчины к сорока, худого, с короткой стрижкой жгучего брюнета. А затем показался и сам брюнет, который выпрямившись (до этого он согнулся к уровню прилавка), спросил:

- Как всё прошло?

- А ты во мне сомневался? – ответил вопросом на вопрос несколько высокомерно Аунтан, приближаясь к таинственному собеседнику, поправлявшему на себе черный рабочий халат, прилично мятый.

Однако на работника по хозяйству человек похож был мало. Слишком холеным было гладковыбритое узкое лицо, слишком мягкими пальцы без мозолей, слишком блестящими черные туфли с чуть вытянутыми полукруглыми носами. Да и черная же рубашка (видимо, это был его любимый цвет), надетая под халат, слишком дорогой для простого служаки.

- Каюсь, был момент, - усмехнулся мужчина. – Так как прошло? – повторил свой вопрос, облокачиваясь на пустую витрину.

- Ты же сам всё видел, - Аунтан остановился с другой стороны, за прилавок не заходя. – Чуть-чуть твоей магии, капелька моего обаяния и Катрин смотрит на меня как на своего, посланного провидением, спасителя, - хмыкнул. – Ты же этого хотел? – расплылся в ехидной улыбке.

- Хотел, - не стал отрицать незнакомец и взмахнул волшебной палочкой, невесть откуда появившейся в его руке. Тотчас перед ним материализовался стул, на который тот уселся. – Пусть и дальше так на тебя смотрит. Глупышка. Избыточно наивная. Но ты ведь действительно ей поможешь и не допустишь ее развода с этим остолопом Климентом.

- А я думал, мы собирались раздеть его при разводе, - насторожился Аунтан и нахмурился. – Такой был договор.

- Видишь ли, господин адвокат, я решил, что Катеньке лучше получить всё имущество герцога, а не какую-то его часть. Даже половину, если у тебя в суде всё сложится. Не факт, конечно. С меткой-то казус случился, и Климент со своей фавориткой будут на это напирать. Недооценил я Кимерию. Та еще стерва. Поэтому надежды на суд у меня никакой. А вот вдова с приданным…

- Даже так? – Аунтан расширил удивленно глаза.

- Вдова с огромным приданным, - подчеркнул незнакомец слово «огромным», закидывая ногу на ногу и откидываясь на спинку, - намного привлекательнее, чтобы стать моей женой. А тебе светит в этом случае прибавка в гонораре. Или мы оба загремим в тюрьму.

- Хм-м…

- Чего ты куксишься? Ничего ж не меняется. Почти. Просто действуем по старому плану с небольшой поправкой. Так и так тебе сначала нужно сделать так, чтобы Климент забрал свое прошение о признании брака недействительным. А без этого, сам понимаешь, и развод не оформить. Поэтому вам с Катенькой придется хорошенько над этим поработать.

- Ты собираешься убить дракона? – решил уточнить Аунтан. – Каким это образом? Ты вроде не бессмертный, чтобы биться с огненной стеной.

- Я великий колдун и как-нибудь справлюсь, - усмехнулся незнакомец. – И это уже не твоя проблема. Ты адвокат, вот и действуй как адвокат.

- Она скоро придет, - поняв, что говорить больше не о чем, Аунтан покосился на входную дверь. – И тебе лучше скрыться.

- Хорошо, - кивнул собеседник. – Только, пожалуйста, не забывай мне писать. Когда ты долго молчишь, я нервничаю.

За то недолгое время, что Катя провела в пути к адвокатскому дому, она успела успокоиться, глядя на залитую солнцем зеленую улицу и редких прохожих. Ни разу не споткнулась о выступающие иногда камни мостовой. Не бросила тяжелую корзину, подумав, что зря столько купила. И почти у самого входа перестала унывать, обдумывая концепцию будущей рекламной кампании для лавки близняшек.

Постучала в дверь и улыбнулась вышедшему навстречу Аунтану. А затем, почти не читая, подписала с ним договор и пригласила на ужин, пообещав, что приготовит сама что-нибудь вкусненькое из мяса и овощей. Уточнять «что» не стала, потому как сама еще не придумала.

Красавчик сначала удивился, попытался отнекиваться, мол, неудобно, а потом согласился, уточнив время, когда следует быть.

Катино настроение снова поднялось в крутое пике и, направляясь к окраине города, она решила, что хуже не будет, если тяжелую поклажу с продуктами увезет на метле. Да и пешком ходить надоело. Ведьма она или кто?!

Вспомнила, что говорила Ниртак про управление летательным аппаратом, остановилась посреди улицы, опустила корзину на мостовую и выставила вперед правую руку, раскрыв ладонь. Скомандовала «ко мне», мысленно представив метелку, и стала ждать, что из этого получится.

И ведь получилось!

Что тоже добавило настроения.

И минуты не прошло, как метла прилетела и точно встала черенком в ладонь, опахнув веником пыль с туфель. Катя тут же взгромоздила на нее корзину, уселась сама, похвалила, прошептав «ах, ты моя молодчинка», и лихо взмыла в голубое небо, глядя вперед. Пронеслась над коттеджным поселком, склонившись только над домом барона, чтобы посмотреть, чем тот занят, не увидела, и благополучно, без выкрутас, приземлилась во дворе своего имения.

Единственное, что омрачило полет – вид сверху на обрушившуюся крышу заброшенного флигеля.

- Ничего, ничего, скоро мы ее подлатаем. Только немного денежками разживемся, - оптимистично пообещала себе и зашла в особняк, а затем в свою комнату.

- Ну, как? Удачно? Не очень? Вообще всё плохо? – пристально наблюдая за реакцией Кати, закидала ее вопросами Ниртак, которой ужасно надоело сидеть в одиночестве. – Я так и знала, - сделала вывод из насупившейся мордашки, состроенной отражением. – Твой муженек небось со всех сторон подстраховался. Гад чешуйчатый.

- Ну, может не совсем и гад, - Кате почему-то не понравилось подружкино пренебрежение. Не знай почему. Не понравилось и всё тут. – Денег вот не пожалел, как оказалось, - поставила принесенную корзину рядом с предыдущей, подаренной Климентом. – Смотри, сколько я купила. И овощи, и мясо, и даже сметану к борщу.

- А зачем столько? – удивилась Ниртак, заглядывая в корзину, отраженную в зеркале с ее стороны. – О! И лучок зелененький. Только им вонять изо рта будет, но я его люблю, - стала перебирать продукты. Вытащила пол-литровую стеклянную банку сметаны, закрытую бумажной крышкой, перевязанной у горлышка бечевкой, и воскликнула. – Ты что, растолстеть решила?!

- Да нет, - Катя устало плюхнулась на стул у письменного стола. – Просто там меньше не было.

- Хм-м… - Ниртак недоверчиво посмотрела на Катю и поставила банку обратно. – Ну, ладно. Просто мне теперь интересно. Ты когда всё это съешь без порчи своей фигуры? У тебя и так запасов на неделю, - ткнула пальчиком в подарок мужа.

- Жара ж на улице. Наверняка еда из дворца испортилась. Посижу сейчас немножко, передохну и пойду ее выбрасывать, чтоб не завоняла. А потом новую буду готовить.

- С ума сошла? – Ниртак округлила глаза и наморщила лоб.

- Почему? Я готовить умею. Да и есть уже хочется.

- А-а, дааа… Ты ж не знаешь, - Ниртак уселась на стул тоже. – Готовить, это хорошо. И Катрин умела. Но я на счет еды из дворца, как ты ее называешь. Она не может испортиться. Она в магической посуде, в которой никогда не киснет. Так что смело можешь ее есть. Хотя гуся неплохо было б в холодильник запихнуть.

- В холодильник? – у Кати стало точно такое же удивленное выражение лица, как у отражения. – А я думала, у вас только погреба с ледниками имеются.

- Мы что, совсем древние?

- Ну-у…

- Идем на кухню, всё покажу.

- А где она?

- Выходишь из комнаты и направо, в конец флигеля. Там сначала столовая, а дальше кухня. Печка, жаровня, посуда. Всё в наличии. Что-то, может, отчим твой и продал, но основное осталось. Жрать-то ему надо было из чего-то.

- Идем, - согласилась Катя, изрядно проголодавшаяся на фоне стресса с неудачно-удачными поисками адвоката, и обрадовалась, что готовить пока не придется. Только ужин, раз уж гостя пригласила.

Привычно загрузила летательный аппарат обеими корзинами, убедилась, что черенок от тяжести не погнулся, подхватила зеркало, подставку под него и пошла в указанном направлении, приказав метле лететь за ней. По дороге рассказала Ниртак о сегодняшних приключениях – о странном поведении Климента, выходившего от барона, о противном Клобуке, о случайной и такой удачной встрече с Аунтаном, завершив выводом, что план по большей части удался.

Не плутая по коридорам, очень быстро нашла и столовую, и кухню, а в ней холодильник – огромный двухстворчатый шкаф, высотой до самого потолка, деревянный (что интересно), но на ощупь холодный внутри и полностью пустой.

- Это магия, - объяснила ей Ниртак про холод, устроившись на разделочном столе, стоявшем у окна, выходящего в сад.

Катя установила зеркало так, чтобы подружка видела, что происходит на кухне, и могла давать ей советы. Вскоре совместными усилиями продукты из корзин перекочевали в холодильник, а часть «супа из дворца» в глубокую металлическую, чтоб разогреть на горелке, тарелку, из которой Катя с удовольствием похлебала ложкой, найденной в ящике одного из пяти столов.

Неизвестно, сколько посуды было до распродажи отчимом, но осталось ее немало. «У меня самой в том мире намного меньше. Этого точно хватит», - думала Катя, изучая кухню и ее оснащение. Осталась довольна, что половники со сковородками разных размеров висят на крючках у плиты, что кастрюлями заставлены несколько полок, а дрова в специальном отсеке аккуратно сложены. Да и суп, на вкус как рассольник с перловкой, оказался вполне съедобным.

На второе решила ограничиться гусиным крылышком с хлебом, потому что как-то сразу и наелась. Запила компотом. Убралась, помыв посуду в раковине. Посмотрела в зеркало, где расхаживала Ниртак, и вздохнула, что такую тяжесть придется с собой везде таскать. Одна рама килограммов пять, наверное, весила и сильно оттягивала руку.

- А где, говоришь, записи Амирансы? Ну, те, по которым она тебя делала? Вдруг у меня получится тебя уменьшить?