Судьба в сугробе

глава 11

Утро я встретила с ощущением, что мой мозг напоминает чистый лист бумаги после вчерашнего глинтвейна. «Пункт пятый. Секретный. Явлюсь в девять». Что я, такого имела в виду? Весь мой план «реабилитации» был чистой импровизацией, а теперь нужно было выдавать нечто грандиозное. Или хотя бы смешное.

Пока варился кофе, я лихорадочно перебирала варианты. Лепка снеговика? Детский сад. Прогулка на снегоступах? Слишком похоже на вчерашние лыжи. Мастер-класс по пряничным домикам? Пахло излишней самодеятельностью.

Внезапно меня осенило. Завтрак! Идеальный, домашний, дурацкий завтрак. Что может быть проще и в то же время сложнее для человека, который, судя по всему, питается чипсами и дошираком? Решение было принято. Я наскоро проглотила кофе и начала собирать ингредиенты, устроив в своей крошечной кухне небольшой погром.

Ровно в девять, с сумкой, из которой подозрительно торчал пакет муки, я стояла на пороге его домика. Постучала. Внутри послышалась суматоха, звук упавшей чего-то жестяного, а затем — мертвая тишина. Дверь открылась через минуту.

Алексей предстал передо мной в идеально выглаженной, но застегнутой на неправильные пуговицы клетчатой рубашке. Волосы были мокрыми и прилизаны с таким усердием, будто он готовился не к завтраку, а к оперативному совещанию.

— Точность — вежливость королей, — торжественно произнес он, но взгляд его выдавал панику человека, которого застали врасплох на месте преступления.

— А у тебя… тут интересно, — я кивнула на его рубашку. — Новый тренд? Асимметричный стиль?

Он посмотрел вниз и с ужасом обнаружил, что нижний край рубашки съехал набок. Его уши моментально покраснели.

— Это… системный сбой в алгоритме одевания, — пробормотал он, отчаянно пытаясь перезастегнуться на ходу. — Подожди секунду, нужно выполнить откат к предыдущей стабильной конфигурации.

Пока он бежал в спальню, я прошла внутрь. На кухонном столе лежала открытая книга «Python для чайников», а рядом — три аккуратно очищенных и нарезанных соломкой яблока. Он, что, готовился к лекции?

— Я подумал, раз пункт секретный, нужно интеллектуально подковаться, — раздался его голос из-за двери. Он вышел, на этот раз застегнутый правильно, но с торчащим сзади ярлычком от рубашки.

— Яблочки для мозговой активности? — уточнила я, с трудом сдерживая улыбку.

— Ну да. Хотя, честно говоря, я больше разобрался в синтаксисе цикла «for», чем в том, как их красиво нарезать.

Тут я с победоносным видом водрузила свою сумку на стол.

— Забудь про Python. Сегодняшний пункт — кулинарный ликбез. Осваиваем высшую кухню: блины. Без них ни одна правильная зима не обходится.

— Блины. Ты имеешь в виду те круглые штуки, которые нужно… переворачивать? В воздухе? Его лицо выразило неподдельный, животный ужас.

— Именно те. Но для начала мы просто научимся их печь, не спалив домик. Договорились?

Следующие сорок минут были хаотичным балетом, достойным немого кино. Алексей подходил к процессу с научной скрупулезностью. Он завел в телефоне секундомер для замеса теста, пытался рассчитать оптимальный угол наклона сковороды для равномерного прогрева и все время бормотал что-то про «вязкость» и «температуру клейстеризации крахмала».

— Просто налей тесто, гений! — командовала я, наблюдая, как он с пипеточной точностью выливает первую порцию.

— Но тут важна точность дозировки! — парировал он. — Иначе нарушится соотношение периметра к толщине!

Первый блин, вопреки пословице, у него получился… квадратным. Он так старался распределить тесто ровно, что водил сковородой по строгой траектории.

— Поздравляю, — сказала я. — Ты изобрел геометрический блин. Пиши патент.

— Он просто концептуальный, — с достоинством ответил Алексей, сковыривая свое творение лопаткой. Оно напоминало скорее мягкий кирпич.

Но к третьей попытке что-то щелкнуло. Может, сработали инстинкты, а может, он просто устал бороться с физикой. Блин вышел почти круглым, румяным и лишь слегка порванным в одном месте.

— Смотри! — воскликнул он с восторгом первооткрывателя. — Ядро программы скомпилировалось! Система работает!

— Теперь самое сложное, — предупредила я. — Переворот.

Он замер с поднятой лопаткой, лицо стало сосредоточенным, как у сапера. Он поддел блин, закрыл глаза на секунду, прошептал: «Инверсия контроля…» — и резко дернул рукой. Блин взмыл в воздух, перевернулся раз, другой, задел край холодильника и шлепнулся на пол липкой стороной вниз.

Мы замерли, глядя на блин, медленно сползающий по дверце холодильника.

— Ну… — произнес Алексей. — По крайней мере, траектория была предсказуемой. Падение в гравитационном поле Земли.

— Ага, — согласилась я. — И уборка теперь тоже предсказуема. Пункт пятый с подпунктом «а»: «Мойка полов после кулинарных экспериментов».

Мы расхохотались. Кухня была в муке, на столе красовалась стопка причудливых блинов, а один напоминал по форме Австралию. И что интересно на полу постепенно расползалось липкое пятно. Это был полный беспорядок. И это было невероятно весело.

Пока он героически отмывал пол, а я дожаривала более-менее съедобную партию, в домик постучали. На пороге стоял дядя Миша из проката с охапкой дров.

— Здравствуйте, народ! Принес, как договари… — Он замолчал, окинув взглядом наше кулинарное поле боя, Алексея в заляпанной мукой рубашке и меня с взъерошенными волосами. На его лице расплылась ухмылка. — А… я, вижу, у вас тут …Дело молодое. Не буду мешать. Дрова оставлю тут.

И он удалился, многозначительно подмигнув Алексею.