Теорема страсти

Страсть и гнев – наихудшие советники

Весь полет Андрей читал информацию по кровосмешению, хорошо, что итернет в самолете летал.

Да, для цивилизованного человека понятие «инцестный брак» звучит как дикость, которая никоим образом его не касается, но в прошлом кровнородственные супружеские отношения были настолько распространены, что их отголоски дошли до современных этнических групп. Почти все знают, что близкородственные связи опасны и в такой паре вероятность рождения больного ребенка высока, только мало кто знает почему так происходит. Андрей тоже не знал этих нюансов, но за ночь, начитавшись различной литературы на эту тему, мог бы смело читать лекции тем, кто этого не знает. Он старался не углубляться в тему морали, а пытался решить проблему: что ему делать, если Никита его сын? А ведь он его сын, сердце не обманешь.

Очень скоро Андрей пришел к выводу, что если это так, то мальчика надо обязательно проверить на генетические заболевания и, когда он вырастет, рассказать о возможных последствиях и проблемах при продолжении рода. Для этого надо будет делать скрининг новорожденного на наследственные заболевания и синдромы и обязательно нужно генетическое консультирование.

На данном этапе, где находился сейчас Андрей, была возможна только коррекция аномальных, «неправильных» процессов, если такие начались в детском организме из-за воздействия этиологического фактора.

Только как рассказать Виктории? И надо ли ей знать об этом?

Иван встретил Андрея в аэропорту Йоханнесбурга, они крепко обнялись, похлопав друг друга по спинам, и направились к парковке.

– До твоего уровня я еще не дошел, поэтому без водителя, – развел руками Иван, как только они сели в автомобиль.

– Ничего, ты вроде неплохо водишь, – улыбнулся Андрей и спросил: – Есть новости?

– Есть адрес и кое-какое размышление. Так сказать, вслух.

– Говори.

– Она прилетела сюда не только с сыном, но и с парнем. Поговаривают, будто он голубой, но живут они как семья, в одном доме. Правда, знакомые уверены, что они только друзья. Мальчишка не называет его отцом, просто Ромой. Но кто знает? Может, он би?

– Нет, это ее лучший друг, они с десяти лет дружат, и он стопроцентный гей, об этом даже говорить не стоит, – махнул рукой Андрей.

– Хорошо. Тогда что делаем? Она на работе сейчас. Предлагаю отдохнуть с дороги, принять душ, переодеться.

– А ты свой дом не продал?

– Нет, конечно.

– Тогда давай к тебе, нырну в бассейн, позагораю и вечером поеду к ней, – предложил Андрей.

– Хороший план, только у нас сейчас зима и в бассейне вода холодная, – предупредил его Иван.

– Все забываю, что тут все наоборот. Да и не скажешь! Парит сильно.

– Так август же, через пару недель весна, хотя даже зимой днем редко когда меньше пятнадцати тепла бывает.

Андрей отвернулся к окну, рассматривая пейзаж.

– Не хочешь мне рассказать, что же все-таки произошло у вас? – спросил Иван.

– Прости, но нет. Я хочу, чтобы то, что произошло между нами, осталось только между мной и Викой.

– Наверное, это правильно. Я тоже ни с кем не хочу делиться тем… – Иван замолчал.

Андрей понимающе кивнул:

– Да, похоже, у нас много скелетов в шкафу.

– У меня только один, но говорить про него тоже не хочу. Не могу. Тридцать лет прошло, а до сих пор больно.

Андрей потер глаза ладонью:

– До сих пор любишь? Тридцать лет?

– Сейчас скажу тебе ужасную пошлятину, но тебе полезно будет знать: любовь не имеет границ. Правда. И времени не имеет.

– Тогда почему ты не с ней? – удивился Андрей.

– Потому что она замужем, счастлива и здорова. А я был в ее жизни мимолетным фрагментом. А теперь ответь мне, ты приехал к сыну или чтобы попробовать еще раз с госпожой Тараканчик?

– К сыну, – тихо ответил Андрей, – я приехал сюда только за сыном. С Викой у меня ничего больше быть не может.

– Если ты думал, что я не навел справки и не узнал твою любовную историю, то ты ошибаешься, – огорошил друга Иван, – я все знаю. Ты сделал ей предложение, а потом она застукала тебя с другой. И это ой как странно! Я бы больше поверил в то, что она тебе надоела и ты честно ей об этом сказал, но сделать предложение, а потом изменять? Ты серьезно?

Андрей только устало улыбнулся и еле слышно сказал:

– Шерлок Хомс из тебя никудышный, я не делал ей предложение.

– Ну собирался. Я даже помню, как ты искал крупный камень василькового цвета под ее глаза. И кольцо это ты все же сделал. И жениться на ней собирался.

– Вань, оставь свои попытки. Сказал, что это умрет между мной и Викой, значит, так и будет. Ты мне лучше расскажи, что ты узнал. Она работает в «Де Бирс»?

– Да. Но компания катится вниз с огромным ускорением, впрочем, как и страна. И я слышал буквально на прошлой неделе, что они уволили пару десятков сотрудников, так что неясно, сколько твоя Вика продержится там.

Мужчины помолчали, но Иван снова завел старую тему:

– Ну хорошо, что у вас произошло, пусть останется между вами. Но если сын твой, что ты будешь делать? Летать сюда раз в неделю?

– Попробую ее уговорить вернуться в Москву.

– У тебя есть рычаги давления?

Андрей улыбнулся и помотал головой:

– Все мои рычаги – это здравый смысл и ее мечта. Она когда-то очень хотела открыть свою ювелирную компанию, и я ей помогу в этом.

– Ну, неплохо. Если она не дура, то согласится. А как я понял, она не дура. Мои знакомые говорят, что она очень серьезная девочка.

Андрей кивнул:

– Очень.

Приняв душ, Андрей все же не рискнул прыгать в бассейн и расположился на шезлонге. Иван заказал из ресторана еду, они пообедали и вечером вместе поехали к Виктории.

– Я тебя отвезу к ее дому, а сам поеду в ближайший шопинг центр, тут за углом. Посижу, кофе попью, за тебя кулачки подержу. Как закончишь – звякнешь, я буду через пять минут.

Андрей посмотрел на часы:

– Сейчас только шесть. Ты уверен, что она пришла с работы?

– Это ЮАР! Тут нет сверхурочных, и работают все с восьми до четырех, максимум пяти, а сегодня пятница. Так что дома твоя Вика, выходи. И пусть тебе повезет!

Андрей вышел из машины и подошел к домофону у ворот. Его сильно трусило, но времени на сантименты не было. Чем быстрей он решит эту проблему, тем лучше для него. Он решительно нажал на звонок, и почти сразу ответил мужской голос на английском:

– Hello?

– Добрый вечер, я бы хотел поговорить с Викторией, – громко сказал Андрей.

Трубку резко положили, и Андрей решил немного подождать. Наверняка его услышали.

Через мгновение он увидел, как из дома вышел парень: высокий, с копной светлых волнистых волос. Неужели это Роман? С виду было трудно определить, что он нетрадиционной ориентации: обычный, очень симпатичный молодой человек. Он подошел к воротам, открыл их и пригласил гостя пройти.

– Меня зовут Андрей, я бы хотел поговорить с Викой.

– Я Рома. Ее нет, она уехала с сыном в бассейн, будет через минут двадцать. Подождете? – он указал рукой на дом.

– Да, спасибо. Я – Андрей, – опять представился мужчина.

– Я знаю, – откликнулся парень.

Они прошли и оказались в просторной гостиной. Роскошью тут не пахло. После современного, обставленного добротной мебелью дома Ивана этот казался очень скромным: диван, одно кресло, маленький журнальный столик и тумба с телевизором.

– Могу предложить вам чай или кофе? – предложил Роман.

– Нет, спасибо.

Андрей присел на кресло, а Роман, наверное, чтобы не смущать его, вышел из комнаты.

Что бы сейчас ни решила Виктория, Андрей уже знал, что сделает все, чтобы она и его сын жили в других условиях. Если она не захочет вернуться в Москву, он купит им дом тут: в хорошем районе. Но лучше, конечно, если бы он ее уговорил вернуться в Москву. Только как это сделать? Она наверняка видеть его не хочет, да и вообще… Они так плохо расстались, но проблема была в том, что Андрей ничего не мог ей объяснить.

В своих раздумьях он и не заметил, как пролетело время, и очнулся, когда входная дверь открылась и в гостиную зашли Виктория с сыном. Андрей вскочил с дивана и уставился на них, жадно рассматривая: у Виктории были еще влажные волосы, которые она пригладила ладонью, а Никита схватил мать за руку и удивленно посмотрел на нее.

Роман явно ее предупредил, потому что Вика была готова к встрече: на лице не было удивления, только раздражение. Хотя это могла быть и нервозность.

– Привет, – хриплым голосом произнес Андрей и кивнул на Никиту, – ты меня обманула.

Мальчик внимательно посмотрел на мужчину и прижался к маме.

Виктория взяла его за руку, прошла и присела на диван.

– Я забоялась, что ты его заберешь… – призналась она и опустила глаза в пол.

– Я – последний человек в мире, который сделает тебе плохо.

Она пожала плечами и обняла сына. Андрей заметил, что ее руки дрожат и она прячет слезы.

– Вика, я сделаю все, чтобы вы с Никитой ни в чем не нуждались. И никогда не заберу у тебя сына.

Она резко посмотрела на него, заглядывая в глаза, словно в душу, и тихо спросила:

– Ты хочешь, чтобы мы… – Виктория закусила губы, подбирая слова, – были семьей?

Андрей не ожидал такого предложения и раздраженно нахмурился, пораженный ее поведением. Она готова его простить и начать все сначала? Только вот он на это не пойдет. Никогда!