Теорема судьбы

Судьба ударов не наносит, но по карманам шарит будь здоров!

Увидеть удивленное лицо Кукушкиной мне не удалось. Когда мы вернулись с девочками домой, Насти уже не было, она ушла на дежурство.

Мой телефон постоянно звенел, и я его отключил. Если Насте надо будет – сообщит через дочек, а больше я никого не ждал.

Время с дочками мы провели замечательно. Сначала обошли все магазины и накупили им шмотья на десять лет вперед.

Поначалу они не верили, что я куплю им все, что они захотят, и осторожно прощупывали меня:

– Мне очень нужны ботинки, новые джинсы и теплый свитер.

Взгляд Катя при этом прятала, стеснялась.

– А мне пальто нужно новое, – вздохнула Лена.

– Девчонки! Мы сейчас заходим в магазин и покупаем все, что вы хотите. Договорились?

По началу они не верили и, примерив очередную вещь, подходили и спрашивали:

– Можно? Она очень модная…

На раз пятый я уже ругаться начал:

– Можно все! Вперед! И больше не задавайте мне эти вопросы.

Чтобы их как-то подбодрить, я и себе купил новые джинсы, пару футболок, нижнее белье, носки, ботинки и стильный теплый свитер. Ну а что? Даша и семилетний Данила из прошлой жизни не были такими зажравшимися засранцами и одевались в родной Москве. К тому же непонятно, когда я появлюсь дома и вообще, где все мои вещи, так что обновки точно лишними не будут.

Через часа три, когда мы закупились по полной, я увидел, что дочки устали, и предложил им перекусить. Все покупки мы отдали водителю и поднялись в ресторанный дворик. Девочки смотрели на меня и наверняка боялись, что сбегу: народу было тьма и свободных столов не было. Я уже понял, что в их глазах я был крутым чуваком, который одевался только в элитных магазинах и ел золотые яйца с икрой розового бегемота, выращенного в особых условиях и питающегося крабами или фламинго.

– Что будем есть? Что вы любите больше всего? – спросил я у них, рассматривая ресторанчики.

– Я бы блинчик съела с капустой и яйцом, – скромно сказала Катя.

– И я! Обожаю блинчики, но мама так редко их делает, – нечаянно упрекнула маму Лена.

– Потому что она работает с утра до вечера, – сразу наехала на нее старшая сестра, – а ты не маленькая и могла бы сама себе пожарить!

– И ты тоже! – Катя встала в позу.

– Все, прекратили, – спокойно произнес я.

Девочки умолкли, и я повел их в блинный ресторанчик, заказав каждой по два блина и какао. Себе взял с мясом и сыром и бутылку воды. Столик тоже нашелся быстро.

Девочки поначалу косились на меня, не веря, что я буду это есть, но я сделал вид, что не замечаю их осторожных взглядов.

Через пару минут они поняли, что я не собираюсь кидаться блинами и обвинять поваров, что еда не соответствуют моим ожиданиям и расслабились.

– М-м-м, ну как же вкусно, – восхитилась Лена, отрезая кусочек от блина с грибами.

– Да, – согласилась Катя, – а вот этот с клубничным вареньем – вообще бомба!

Я улыбнулся. Моя девочка! Единственное варенье, которое я ем и люблю, – это клубничное.

И тут к нашему столику подошли две девушки с листом бумаги и ручкой. Мои дочки опустили головы и следили за нами исподлобья.

– У вас самый интересный «Dashbook», – пропела блондинка, – и вообще вы такой крутой! И красивый!

– А еще чувство стиля у вас потрясающе! – ответила брюнетка.

– Спасибо, – я решил пошутить и добавил, – поэтому очень рекомендую блинчик с клубничным вареньем и еще с капустой и яйцом.

Девушки удивленно переглянулись, и вдруг одну осенило:

– О, я поняла, эта блинная – ваш ресторанчик?

Я кивнул и поставил свою подпись у них на листке.

Когда они отошли, Катя спросила:

– Так это твой ресторан?

– Нет, конечно! Просто пошутил.

– А то, что блины тебе нравятся, тоже?

– Нет. Я очень вкусно поел. А вы?

Они закивали головами.

– Тогда продолжим?

– Опять по магазинам? – удивилась Лена.

– Мы же уже купили себе все… необходимое… – удивленно хлопала ресницами старшая.

– А сейчас время для не необходимого, – я встал, положил посуду на поднос и понес его, чтобы оставить на стойке, кивнув, чтобы они направлялись за мной.

Следующие два часа мы заходили в каждый магазин, и выглядело это так:

– Расчески, заколки и другая дребедень нужны? – спрашивал я.

– Да!

И девочки набирали все, что им надо.

– Нижнее белье и пижамами?

– Да!

И оттуда мы выходили с полными пакетами. В этом же магазине нижнего белья ко мне пришла мысль подарить что-то Насте.

– Давайте маме купим что-нибудь? – предложил я девочкам в надежде, что они помогут выбрать для нее подходящее нижнее белье. Но девчонки вдруг замерли, а потом Катя тихо сказала:

– Ей сапоги нужны.

– И новая куртка. Или пуховик, – добавила Лена.

– Что нам мешает купить и то, и то, и пижаму?

Девочки сначала обрадовались, но потом Катя спросила:

– А она примет от тебя?

– Буду упрашивать, – пошутил я, и девчонки снова принялись гонять по магазинам уже в поиске подарков для мамы.

Вернулись мы поздно, водитель помог нам принести все покупки.

– Спасибо, пап, – смущаясь, чмокнула меня в щеку младшая дочь.

Старшая подошла ближе и тоже поблагодарила:

– Спасибо. Это был прекрасный день.

Я с ней согласился:

– Да, мне понравилось с вами шопиться. В следующий раз полетим в Америку, там больше выбора.

Девчонки не поверили:

– Правда?

– Обещаю!

Я по очереди обнял каждую и выбежал из квартиры. Настроение было отличным! Оказывается, чтобы быть счастливым, нужно кого-то осчастливить. Нет, я это знал, только сегодня первый раз после долгого перерыва осуществил.

Сев в машину, я включил телефон и посмотрел, кто звонил: адвокат, куча неизвестных имен, один раз Галя и три раза женушка. Я ввел адрес больницы, показал его водителю, и мы направились туда. Добирались почти два часа, пробок в Москве за десять лет стало еще больше. Когда мы наконец-то мы прибыли, я сразу догадался, что водитель уже отвозил меня сюда, так как он знал, что ответить на КПП, и высадил у приемного покоя.

Я вышел, подняв голову вверх, и вдохнул морозный воздух. Сегодня мне было намного лучше, чем вчера, прям какая-то радость разливалась в душе.

Так, ну если я уже тут был, то, скорее всего, мне в «Приемный покой». Мои догадки подтвердило сообщение от Насти:

«Наглость – второе счастье? Какого черта ты приехал, если не сдержал свое слова?»

Ага! Значит, Кукушкина меня видит! Ну отлично.

Плохо, что она узнала, что я ставил Баранову ультиматум и он на него не пошел.

«Поговорим, и узнаешь!» – ответил я и направился к входу в «Приемный покой».