Теорема судьбы

Думал, что судьба. Оказалось – показалось…

Утро было недобрым и началось с трезвона Аллы. Я не поднял трубку три раза, но Кукушкина не выдержала и протянула мне телефон:

– Ответь, вдруг что-то срочное.

Я посмотрел на экран, моргнул, и Алла ожила:

– Срочно приезжай к нам! – затараторила она. – Срочно!

Кукушкина вздохнула и вышла из спальни.

– Что же такого важного у вас случилось? – грубо спросил я.

– Галя с Аленой посчитали кое-что, и мы все решили, что нам надо кое-что исправить.

Я вскочил и уселся на кровати:

– Я против! Я категорически против!

– Вот приезжай и докажи нам!

Как мне не хотелось, но пришлось ехать. Я отвез дочек на учебу и сразу направился к подругам. Те ждали меня, встретили на пороге и, проводив в гостиную, положили на стол большой лист, весь исписанный цифрами и какими-то знаками.

– Что это? – скривился я. – Очередная натальная карта с самым лучшим в мире днем, в который мы отправимся и исправим все наши ошибки?

– Ну вот! А ты говорила, что он ничего не поймет, – указала на меня Галка, обращаясь к Алене.

– Он же прикалывается, – вздохнула знаменитая гадалка.

– Зато ничего объяснять не надо, да, Дань?

– Да, Галь, только я на это больше не подпишусь и ни в какое будущее-прошлое не вернусь!

– На самом деле мы и без тебя справимся, – надменно посмотрела на меня Галя.

– Тогда зачем я тут?

– Чтобы рассказать тебе, что это идеальный вариант! – вступила в разговор Алла.

– Девочки, идеальный вариант – это жить здесь и сейчас. У вас все есть. Понимаете? Все есть: условия, деньги, вы молоды и красивы! Что еще вам надо?

– Мы без души прожили эту жизнь и потеряли целых тридцать лет жизни! – воскликнула Галя.

– Но вы сделали себе хороший задел, живите себе в том, что сотворили, и радуйтесь. Теперь-то вы с душой! Вот и творите, что хотите!

– Нам сорок четыре, – вздохнула Алла.

– И что? Родить не можете? Организуйте суррогатную мать. Не замужем? Познакомьтесь с кем-то. Сколько можно туда-сюда перемещаться? Неужели вы не поняли, что каждое последующее движение хуже предыдущего?

– Нет! – как попугай твердила Галя. – Мы вернемся в наш семилетний возраст и вернем душу.

– И? – не понял я. – Что дальше?

– Мы проживем нашу жизнь с душой, – сказала Алла.

– Гуд лак вам! Я пас.

– Дурак ты, Дань. Неужели из-за Кукушкиной?

– Из-за себя, – я встал со стула. – Это все, что вы хотели мне сообщить?

– Ты эгоист, – бросила мне Галя и расплакалась.

– Дорогая подруга, – я легонечко похлопал ее по плечу, – ты, видимо, забыла, что я когда-то был Дашей и знаю все твои приемчики, которым ты меня, кстати, и обучала. Вернее, пыталась обучить. Даша была слишком прямолинейна и никогда не пыталась получить желаемое через шантаж в виде слез.

Галина резко прекратила плакать и посмотрела на меня:

– Зря я делилась своими секретами!

– Тем более что Даша никогда ими не пользовалась, – я пожал плечами.

– Ты понимаешь, что мы и без тебя вернемся в прошлое, но тогда и твоя жизнь изменится и непонятно как. А если ты будешь с нами, ты сможешь руководить изменениями.

– Не уговаривайте! Я прекращаю всякие перемещения во времени и вам советую это же.

– Заметь, что мы настаивали, но ты отказался! Запиши себе на телефон, чтобы потом не говорить, что мы во всем виноваты.

– Я запомню, не волнуйтесь. Все? Я могу идти?

Алла разочарованно выдохнула, но Галя держалась и указала мне рукой на дверь. Я посмотрел на Алену, она выглядела жалко, и я на секунду даже подумал, что ей точно надо вернуться и исправить свою жизнь. Правда, как она собралась это делать, мне было непонятно. Неужели она готова вернуться в тело Валеры?

– Алена, а зачем тебе все это надо? Соскучилась по Валере?

Она помотала головой:

– Мне пятьдесят, Дань, и посмотри, какое я чучело.

– Зря ты так о себе думаешь. И в пятьдесят можно принять себя и стать счастливой.

Она снова помотала головой и уставилась в пол.

Я вышел из дома и сел в машину. Самое время пообедать с мамой.

– Едем на Баррикадную, – я дал указание водителю и написал маме, что через час буду у нее.

Когда я был Дашей, считалось, что она папина дочка. Сейчас же, увидев маму, я резко почувствовал, что в ответе за нее. Это была какая-то физически осязаемая любовь. Я чувствовал, что теперь я должен заботиться о ней и постараться организовать ее личную жизнь.

Я помнил, что рядом с метро есть ресторан «Магадан». Даша там часто обедала, так как офис туристической компании, где она работала, находился неподалеку. Но с тех пор прошло одиннадцать лет и его там не оказалось. Но рядом был другой, и мы с мамой уселись за столиком и наблюдали из окна на проспект.

– Мне кажется, вы с Юрием должны еще раз встретиться, —предложил я.

– Нет, это не очень хорошая идея, – вздохнула мама.

– Почему? Ты же говорила, что он – твоя первая любовь.

– Но он повел себя очень нехорошо…

– Может, ты расскажешь мне, как все-таки все это произошло, что ты оказалась сначала с Горячевым, а потом с Юрием.

Мама покраснела, отвела взгляд:

– Юрий ушел в армию, я обещала его ждать. Прошел год, и я познакомилась с Геной. Он был очень настойчив, да и намерения у него были серьезные. В переписке с Юрой я поняла, что жениться он пока не собирается, к тому же он собирался уехать в Питер и там продолжить учебу. Мне нравились они оба, но настырней оказался Гена. Мы провели с ним ночь, он предложил мне руку и сердце, я обещала подумать, и как раз из армии пришел Юра. Я абсолютно запуталась в своих чувствах, и, когда увидела Юру, мое сердце ушло в пятки. Я приняла это за любовь, ведь с Геной у меня таких чувств не было. Юра тоже проявил настойчивость, и получилось так, что мы оказались в постели. Все это произошло буквально за день.

Мама прикрыла ладонями лицо:

– Мне так стыдно тебе это рассказывать.

– Мам, все нормально, я уже давно взрослый мальчик.

Она отвела руки и кивнула:

– Взрослый и такой красивый!

Я засмеялся:

– Есть в кого, ты у меня редкостная красавица!

– Перестань, в шестьдесят это невозможно.

Я накрыл своей ладонью ее и почувствовал, как она затрепетала, а в глазах появились слезы.

– В общем, после той ночи с Юрием мы разбежались, – продолжила она.

– Как? Почему?

– Потому что я оказалась не девственницей, и он меня в этом упрекнул.

– И ты вышла за Горячева? – то ли спросил, то ли утвердительно произнес я.

– Да, – она тяжело вздохнула, – я прекрасно понимаю, что на самом деле даже одна ночь, – это предательство, но, с другой стороны, я больше никогда не предавала Гену. И отношения у нас были замечательные. Кстати, Юрий чуть позже вернулся, извинялся и даже предложил мне поехать с ним в Питер. Но я выбрала Горячева.

– А как тогда ты поняла, что я сын Юрия, а не Горячева?

Мама удивленно посмотрела на меня:

– Я до сих пор не знаю, кто из них твой родной отец…

Я замер, и по телу пробежала дрожь, насколько я был ошеломлен ее признанием. Это в прошлой жизни Даша оказалась дочкой Юрия, так как попала в аварию, ей пришлось переливать кровь и ни кровь матери, ни Горячева не подошла. Несмотря на заверение врачей, что так бывает, Геннадий все равно сделал ДНК-тест и узнал, что Даша не его родная дочь. Кстати, он простил мою мать, они прожили вместе еще десять лет, последние, правда, в разных спальнях, но уважали друг друга. А в этой жизни, где я родился Данилой, оказывается, еще не понятно, кто мой отец.

– Я думаю, нам надо определить это.

Мама кротко кивнула:

– Тебе наверняка не сложно будет найти телефоны обоих, да?

В смысле обоих? Я хотел выкрикнуть этот вопрос, но даже вслух не сказал, насколько был потрясен. Мой приемный, вернее, не мой, а Дашин приемный отец жив? Я безумно любил этого человека! Он был для Даши примером, опорой, самым близким и родным, и, когда его не стало, Даша целый год приходила в себя и никак не могла смириться с его смертью. А сейчас, оказывается, он жив?

Мне было абсолютно все равно – родной он мне или нет, я захотел его видеть. Сейчас! Прямо сейчас! И неважно, что я натворил, когда отказался от родителей и ушел из дома в четырнадцать лет.