Только моя

12 Вольф

— Видишь, вот почему так приятно, что ты снова дома. Я могу заскочить к тебе в любой момент и увидеться, — сказала Сабина, когда мы устроились на диване с бокалами вина.

— Повезло мне.

Она шлепнула меня тыльной стороной ладони.

— Да брось. В глубине души тебе нравится, что ты вернулся. А если посмотреть, как расслабилась мама, когда ты дома, — так вообще красота.

— Да, я знаю, она рада. Пора было возвращаться.

— А как Буля? Он ведь тоже подумывал уйти? — спросила она, потянувшись за бокалом с журнального столика.

— Ага. Он последний из нашей первой команды, кто все еще в строю. Я знаю, Жаклин хочет, чтобы он ушел на пенсию. Он отслужил свои двадцать лет и даже больше. Парни подрастают, скучают по отцу.

Буля был моим самым близким другом и наставником, когда я только пришел в «морских котиков». Жаклин — его жена, а сыновьям сейчас четыре и шесть, так что ему пора бы больше бывать дома.

— Даже представить не могу, каково это — его жене. Ты не знаешь, сколько раз мы с мамой и папой сидели ночами без сна, потому что знали: ты в опасности. Хоть ты нам и ничего не говорил. Мы смотрели новости и понимали, что ты участвуешь в некоторых операциях. Даже Себ волновался. Он звонил и спрашивал, не слышали ли мы что-нибудь… даже если звонил из клуба, — она расхохоталась, и я невольно улыбнулся.

Мой брат всегда был тем еще артистом. Когда-нибудь ему придется повзрослеть, но пока можно и не спешить.

— Похоже на правду. Прости, что заставлял вас переживать. Но я знал, что тогда делал то, что должен. Семьям это дается тяжело, и именно это стало одной из причин, почему я ушел тогда, когда ушел.

— Я просто рада, что ты дома.

Она поставила бокал и внимательно посмотрела на меня.

— Я сегодня столкнулась с Джошем Лэндерсом. Он спрашивал о тебе.

Я поднялся, отнес бокал на кухню и поставил его на стол. Джош был моим лучшим другом в детстве. Он жил на нашей улице, и наши родители тоже дружили. По крайней мере, раньше. Теперь между всеми повис какой-то странный, перекошенный слон в комнате, и мне было удобно быть подальше от этого все те годы, что меня не было.

— Как он?

— Вроде нормально. Думаю, он хочет тебя увидеть, — сказала она, когда я снова сел рядом.

Я посмотрел в панорамные окна, где огни города светились на фоне черного неба.

— Прошло много лет. Все в прошлом. Говорить, по сути, не о чем.

— Он был с Уэстином. Он такой большой стал. Я его сто лет не видела.

Уэстин — сын Джоша.

— Я видел старую рождественскую открытку с их фотографией на мамином столе. Он уже здоровяк. Рад за него. Хорошо, что Джош в итоге взялся за ум. И уверен, Кресса делает все, что может.

— Да, говорят, она хорошая мать. Родители ее поддерживают, и это здорово. И Джош последние годы старается участвовать в жизни сына. Думаю, он правда по тебе скучает, Вольф.

— И что ты хочешь, чтобы я сказал, Сабина? Он переспал с моей девушкой через пару месяцев после того, как я уехал. С такого не отматывают назад.

Мы с Крессой встречались всю старшую школу. Она была первой и последней девушкой, которой я сказал «люблю». И меня это полностью устраивало. Я не знал, что будет, когда уеду в Военно-морскую академию, но уж точно не ожидал, что она переспит с моим лучшим другом. Она написала мне, что беременна и они решили попробовать быть вместе. Я бы, наверное, меньше его ненавидел, если бы у них что-то получилось. Тогда это хотя бы имело смысл — разрушить все наши дружбы. Но, конечно, Джош просто взял то, что хотел, а потом она ему стала не нужна. Он уехал учиться, а Кресса осталась дома с ребенком у родителей. Оба из обеспеченных семей, так что им повезло — была и моральная, и финансовая поддержка, чтобы тянуть ребенка в таком возрасте.

— Думаю, они оба жалеют. Они расстались еще до рождения Уэстина, так что роман явно был недолгим.

— Слушай, всякое бывает. Я понимаю. Я не виню ее за то, что она жила своей жизнью. Я не знал, когда вернусь. Больно ли, что это был мой лучший друг? Еще как. Долго болело. Но время лечит, и ее я простил. А вот он для меня дерьмо, потому что мы были почти как братья. Ты знаешь Джоша не хуже меня. Ему никогда не было нужно ничего серьезного с Крессой. Для него все было игрой. А мне больше неинтересно дружить с человеком, у которого нет ни капли верности.

Она кивнула.

— Понимаю. Но у тебя не было серьезных отношений с тех пор, как все закончилось с Крессой. Не все будут тебя предавать, Вольф.

— Я об этом не переживаю. Последние десять лет я мотался по миру и имел дело с вещами посерьезнее подростковых драм. И поверь, от недостатка женского внимания я не страдаю. Просто я не ищу ничего серьезного. Я хочу сосредоточиться на команде и сделать так, чтобы отец смог скоро уйти на пенсию.

Последние десять лет у меня были отношения без обязательств, и меня это устраивало. Мне нравилось заниматься сексом, проводить время с женщиной, а потом уезжать. Единственным ожиданием было доставить удовольствие, и, скажем так, в этом я всегда перевыполнял план. Секс был той разрядкой, которая мне была нужна после боевых лет. Это было единственное время, когда я мог выключить голову и просто быть в моменте.

Сабина притворно поморщилась.

— Я не хочу слышать о твоих мимолетных связях. Пощади меня.

Я закатил глаза.

— Ладно. Тогда расскажи про этого нового парня. Как его зовут?

— На самом деле его зовут Тодд. Но он представляется как Зи.

— Зи? Почему, черт возьми, он называет себя парой букв, которой даже нет в его имени?

Сабина откинула голову и расхохоталась.

— Он не любит ярлыки. Он совсем не похож на всех, с кем я встречалась, Вольф. Его волнует экология и то, как сделать мир лучше. Я столько времени встречалась с пустыми парнями. Он потрясающий, но я знаю, что маме с папой он не понравится. Так что мне нужна твоя помощь за воскресным ужином, когда я познакомлю его со всеми.

— Почему он им не понравится?

— Он просто… необычный. И особенный. И очень принципиальный. И мне это нравится, — она рассмеялась, прижав руки к груди. — Пообещай, что дашь ему шанс.

Я дам ему шанс ровно до того момента, пока не решу, что он мудак. Потом терпения не будет. Я таким был всегда, и она это знала. И если уж она пришла ко мне за подстраховкой, значит, дело дрянь. Родители и Себ куда терпимее меня, так что вся ситуация выглядела странно.

— Я постараюсь. Пойдет?

— Уже что-то, — она наклонилась и поцеловала меня в щеку, и в этот же момент раздался стук в дверь. Мы оба повернулись.

— Ты кого-то ждешь? — спросила она, поднимаясь.

Я знал, кто это, еще до того, как открыл дверь. У меня всегда был талант чуять неприятности заранее, так что догадка о том, что за дверью стоит Дилан Томас, была вполне ожидаемой.

Я распахнул дверь, и она вихрем пронеслась мимо меня.

— Ты правда считаешь, что это твоя работа — решать, как я добираюсь домой, самовлюбленный, напыщенный, нарциссичный осел… — она осеклась, увидев Сабину за моей спиной. — А, у тебя гости. Как удобно, — прошипела она.

Я сделал каменное лицо, хотя меня распирало от смеха. Почему видеть эту женщину взбешенной было так чертовски возбуждающе?

— Привет, — сказала моя сестра, с широкой улыбкой глядя то на Дилан, то на меня.

— Здравствуйте, — Дилан толкнула меня плечом и прошла ближе к Сабине. Я закрыл дверь и прислонился к ней спиной, уже предвкушая шоу. — Я Дилан Томас. И сразу хочу вас предупредить насчет этого, — она ткнула в меня большим пальцем через плечо. — Он властный, командирующий и чертовски самодовольный.

— Список растет. Еще что-нибудь? — сухо спросил я.

— О да. Не хочу портить вам вечер, но он вам говорил, что у него бородавки по всему члену? — она наклонилась вперед, сложила ладони рупором и громко прошептала: — Похоже, он частенько нырял в болото шлюх.

Сабина захлебнулась истерическим смехом, а я скрестил руки на груди.

— Спасибо, что сообщила моей младшей сестре, будто у меня бородавки на члене. Поздравляю. Ты только что пробила дно.

Дилан прикусила нижнюю губу и поморщилась.

— О-о-о. Так ты и есть та самая очаровательная Сабина?

— В единственном экземпляре, — сказала сестра, протягивая руку. — Рада познакомиться, Дилан.

— Я… эм… ну… твой брат действовал мне на нервы. Другого оправдания у меня нет. Уверена, с его членом все в порядке. Лично я его не видела. Правда, держала в руке, когда пыталась выжать из его яиц жизнь после того, как он сказал бармену, будто у меня две вагины. И должен признать, впечатление он произвел.

Сабина взяла Дилан за руку и повела к дивану, продолжая хохотать надо мной.

— Понимаю. Садись. Вольфи, принеси нашей гостье бокал вина, пожалуйста.

— Ты хочешь, чтобы я принес ей вина после того, как она меня оскорбила? Будь ты женщиной, с которой я встречаюсь, это бы так просто не сошло.

— К счастью для тебя, я не женщина, с которой ты встречаешься. А еще я хочу познакомиться с новым главным юристом Lions.

— У нее еще нет этой должности, — сухо заметил я, хотя это было неправдой. Я уже сказал отцу, что она отлично подойдет, потому что она чертовски хороша в своем деле. Но ей знать об этом пока рано.

Я пошел на кухню налить этой мелкой плутовке вина. Будь у меня под рукой слабительное, я бы всерьез задумался подмешать пару таблеток. Не мог поверить, что сестра так дружелюбна. Сабина всегда была на моей стороне. А теперь болтает с врагом?

— Папа сказал, что работа уже твоя, — прошептала сестра достаточно громко, чтобы я услышал.

— Ради всего святого, не говори ей этого. У нее и так самомнение зашкаливает.

Я протянул Дилан бокал и сел в кресло рядом с диваном.

— Рыбак рыбака, — отрезала она, сделала глоток и застонала. И все это тут же отозвалось у меня в паху, что злило еще сильнее.

— Ты обязательно должна озвучивать каждое действие?

Сабина приподняла бровь и посмотрела на меня чуть дольше, чем следовало.

— Не груби. Лучше скажи, Дилан, каково это — путешествовать с мрачным Уэйберном?

— Он не любитель разговоров и светской болтовни и почти всю вторую половину поездки меня игнорировал. Но, несмотря на это, я прекрасно провела время, — Дилан натянула фальшивую улыбку и зыркнула на меня.

Ей что, пять лет?

— Очень зрело. Сложно поверить, что я все еще не решил, стоит ли брать тебя на работу при таком образцовом поведении.

— О, Вольфи, не будь таким чувствительным.

Сестра наслаждалась разговором, продолжая смеяться. Дилан рассыпалась в комплиментах квартире, и Сабина таяла на глазах.

— Она мне нравится. Она умеет с тобой держаться, — сказала Сабина и чокнулась с Дилан.

— Приятно видеть, где теперь твоя лояльность.

— Что поделаешь, я на стороне девочек, — усмехнулась Сабина. — Эй, Дилан, а не хочешь присоединиться к нам на воскресный ужин? Можешь поехать с Вольфом. Я как раз привожу нового парня знакомиться с семьей, так что ты будешь отличным отвлекающим маневром.

— У нее свои дела, — сказал я резче, чем собирался.

— Я с удовольствием приду. Спасибо за приглашение, Сабина. А как зовут твоего парня?

— Зи.

Уголки губ Дилан дрогнули, и она лучезарно улыбнулась моей сестре.

— Очень необычно.

Я закатил глаза.

— Необычно? Да это глупость. Он сменил имя на пару букв, которых даже нет в его имени. И что это вообще значит?

— Не всему обязательно нужен смысл. Он просто убрал важность имени из уравнения, — защитно сказала Сабина.

— Да, например, Вольф. Само имя уже заставляет людей напрягаться. Ничего дружелюбного. А уж характер в придачу… — протянула Дилан и театрально содрогнулась, пока Сабина заливалась смехом.

— Отлично. Значит, я все делаю правильно.

— Я так рада, что ты придешь. Себ тоже будет, а мои братья обожают устраивать допросы моим парням. Так что здорово, если кто-то будет на моей стороне.

— Эй, я с тобой. Мне нравится спорить с твоим братом. Это одно из моих любимых развлечений, — она допила вино и поднялась. — Я правда не хотела мешать вашему вечеру. Просто разозлилась, что он отправил Галлана за мной, хотя я сказала, что все под контролем. Это же так напыщенно, да?

— Я тебя слышу. Я вообще-то здесь, о мудрейшая, — сказал я, поднимаясь и распахивая дверь, чтобы она прошла.

Она хмыкнула.

— Ах да. Точно. Я прямо чувствую, как твоя угрюмая энергия высасывает из меня жизнь.

— Увидимся в воскресенье! Я возьму твой номер у Вольфа и напишу все детали! — крикнула Сабина.

— Я приду, — Дилан махнула рукой, задержалась в дверях и повернулась ко мне, приблизившись и выплескивая злость. — Не лезь за моей спиной, когда я говорю, что сама разберусь. В следующий раз я буду не такой милой.

— Я в ужасе, — без эмоций ответил я и захлопнул дверь.

Когда я обернулся, сестра потирала ладони и сияла.

— Я ее обожаю.

— Конечно. Самая раздражающая женщина, которую я встречал. Как тут не влюбиться? — я приподнял бровь.

— Мне нравится, как она тебя подкалывает. Я привыкла, что все перед тобой пасуют. Это чертовски прекрасно.

— Эй, я думал, ты меня любишь?

— Люблю, моряк. Но мне нравится видеть тебя немного выбитым из колеи. Чуть более живым, как все мы, — она поднялась и похлопала меня по щеке. — Я поеду. Джоунс ждет внизу.

Джоунс был нашим семейным водителем. Сабина жила у родителей после выпуска.

— Я совсем не выбит. Я сталкивался с куда худшим, чем эта мелкая Минкс. Террористы. Талибан. Нужно продолжать?

Она поставила бокал на кухонную стойку.

— Это тебе на пользу. Думаю, ты встретил достойного соперника, Вольфи, — она поднялась на носочки и поцеловала меня в щеку.

— В ее мечтах. И спасибо за приглашение врага на воскресный ужин.

— Почувствуешь себя снова на войне, — махнула она и направилась к лифтам.

Я закрыл дверь, и телефон на столешнице завибрировал. Сообщение от Дилан.

Минкс: Мне нравится твоя сестра, и брат у тебя тоже классный. Почему только у тебя одного расстройство личности?

Я пошел в главную ванную, включил душ и только потом ответил.

Я: Пристегнись, Минкс. Я только начинаю.

Минкс: Я тоже.

Это должно было меня раздражать, но вместо этого заводило. А значит — еще один душ. С фантазиями о моей боевой сотруднице, которая к тому же оказалась моей чертовски горячей соседкой.

И в этот раз, когда я представлял себя на коленях перед ней, дело было не в поиске оружия.

Если только не считать тем оружием то, что у нее между ног.