Учительница дочери. Ты сдашься мне

Глава 9

Кира

За Мирославой приезжает машина. Мимо как раз проходит Тамара Николаевна. Она одобрительно кивает, увидев меня рядом с Назаровой. А мне хочется закипеть изнутри.

Я поехала с Мирой исключительно из-за чувства учительского долга перед ней и какой-то материнской жалости. Разве могла я поступить иначе? Нет.

И если ее отца действительно нет дома, то опасаться мне нечего.

Автомобиль оказывается шикарным. Он здоровенный, просторный, едет плавно и мягко, несмотря на агрессивный вид. Я в таком раньше никогда не ездила. Ни разу в жизни.

Мира чувствует себя расслабленно, а я все равно напряжена. Дурацкая ситуация!

Пытаюсь выудить у ученицы немного информации об их отношениях с папой, но она увиливает. Понимаю, тема неприятная. Мирославе нужно будет время, чтобы раскрыться передо мной.

Да мне и самой неудобно задавать некоторые вопросы после того, что она увидела вчера у себя дома.

— Послушай, Мира, — решаю все же зацепить эту тему. — То, что ты видела… ну, между мной и папой…

— Забейте, ладно! — вполне спокойно произносит она. — Вообще пофиг.

Мирослава отворачивается.

— Просто ты тоже должна его понять, — зачем-то говорю я, и только потом осознаю, как двусмысленно все звучит. — Артур Александрович много работает, чтобы обеспечить… все. И иногда…

— Я же сказала! — голос девочки звучит теперь раздраженно. — Реально плевать!

Она достает телефон, быстро бегает пальцами по экрану и выставляет смартфон перед собой.

— Всем привет, ребятки! Готовы?! Сегодня вас ждет шок-контент!

На этих словах я перестаю ее слушать. Сейчас многие подростки мечтают стать блогерами, хотя лично я не вижу в этом никакого смысла. Может, так они тоже от реальности прячутся.

Чтобы скоротать время, достаю пачку тетрадей из сумки. Проверю пока. Потому поездка получается довольно недолгой по ощущениям.

Дом Назаровых уже знаю. Он отпечатался в памяти, и я многое запомнила. А еще мне становится не по себе, когда мы оказываемся внутри.

Здесь все мои мысли будто оживают.

И вот я уже вижу, как из-за угла выходит красивый и безумно сексуальный Артур. Как я разглядываю его ровный пресс, и не могу перестать это делать. А потом, как его наглые пальцы впервые по-хозяйски гладят меня через трусики.

Мне кажется даже, что я даже сейчас их чувствую. Как они проходят по чувствительным складкам, вызывая дрожь, непреодолимое желание и стыд.

Не думала, что такое возможно. Мне вообще ничего подобного не свойственно.

— … с вами все в порядке? — точно в тумане до меня доносится голос ученицы.

— А?! — переспрашиваю я, поворачивая на Миру голову.

— Вам плохо что ли? — Мирослава выглядит так, будто ей есть дело.

— Нет, все хорошо, — вымучиваю из себя улыбку. — Где у вас руки можно помыть?

— Прямо и направо.

Закрываюсь в ванной комнате, и только сейчас позволяю себе выдохнуть напряжение, что у меня скопилось. Это трудно. Не думала, что так восприму дом Назаровых.

Теперь я должна как-то вернуться к Мире и провести с ней время, позаниматься.

Но как, когда руки так трясутся?

Но мне приходится это сделать, потому что прятаться в ванной комнате вечно я не смогу.

— Ну, что, Мира, начнем? — интересуюсь, на ходу пытаясь найти в сумочке свой телефон.

Когда нахожу, поднимаю голову и вижу, как девчонка направляет на меня свой телефон. В руках у нее какая-то бутылка с красной жидкостью.

— Мира?!

— Ну, что, ребят, готовы дать старт челленджу «накажи училку»? — с усмешкой произносит Мирослава, и до меня, наконец, доходит.

Вот оно что! А слезы и слова — лишь умелая манипуляция?

Но я не успеваю как-то среагировать. Все происходит очень быстро. Мгновенно даже, я бы сказала. Содержимое бутылки выплескивается прямо на меня и, помимо яркого цвета обладает и отвратительным химическим запахом.

— Мира, ты что делаешь?! — возмущаюсь я, бегло осматривая последствия инцидента. Боюсь, эта вонючая жидкость разъест мне кожу.

— А вы что делаете, Кира Дмитриевна? Решили залезть в турусы моему отцу? На бабло потянуло? Так вот хрен вам, а не бабло, ясно?!

— Ты… ты все не так поняла… — напоминаю. — И это… это просто…

Нахожусь сейчас в таком шоке, что мне сложно подобрать слова. В горле тут же перехватывает дыхание. Одежда совершенно точно теперь пойдет в утиль, но я не смогу даже выйти отсюда спокойно, потому что из-за жуткого запаха меня ни одна такси отсюда не уведет.

Мирослава что-то еще говорит, но я не воспринимаю. Спешу в ванную, чтобы хоть частично смыть запах. И как только сделаю это — сразу же уеду. Не вижу даже смысла с ней больше разговаривать!

Я хотела как лучше.

Я старалась.

Я подавала ученикам пример.

А что получила взамен?

Срываю с себя платье и спешу застирать его. Нужно смыть краску хотя бы частично.

Как всегда меня подвела моя доброта. Нужно быть жестче. Надо меньше жалеть всех. Но я продолжаю делать это раз за разом, потому что так воспитана. У меня такой характер.

И даже сейчас я не злюсь на Миру. Нет, злюсь, конечно, но я понимаю, почему она так поступает. Ей обидно и даже больно. И со временем девочка поймет, что была не права.

А мне только бы побыстрее отсюда уехать.

Зря приехала.

Зря.

Я уже собираюсь заканчивать со стиркой, что оказалась абсолютно бесполезным занятием, но хотя бы запах получилось частично смыть, как дверь в ванную комнату вдруг открывается.

Уже набираю в легкие воздуха, чтобы повернуться и сказать Мирославе, что я думаю на этот счет, вот только перед моим взором возникает совсем другой человек.

Артур Александрович.

Он усмехается, оглядывая меня с головы до ног. И только когда особенно задерживается на груди, вспоминаю, что стою перед ним почти голой. Пытаюсь прикрыться руками. И это выглядит глупо.

— Ничего себе, какой подарочек меня ждет… — низко и хрипло поизносит Назаров. — Строила из себя скромницу. А тут сама прискакала. Но мне понравилось. Еще больше завела.

Он закрывает за собой дверь на защелку и делает шаг ко мне.

— Поиграем, малышка?