Уравнение трёх тел

Глава 2

Два выходных дня пролетели мимо, да ещё были подгажены Вадиком с его слезливыми попытками помириться. Дважды он подкарауливал меня у подъезда с твёрдым как алмаз желанием уладить конфликт, но стоило косо глянуть да прищуриться, как всю его нерушимую уверенность разносило в клочья. А дальше начиналось блеяние овцы, отбившийся от стада.

— Ксю, ну всё же так хорошо было...

— Сенечка, ты рубишь с плеча...

— Моя девочка, почему ты такая жестокая?

Хотелось треснуть его по лбу пакетом с продуктами. Даже режим беспринципной стервы на него не действовал, заладил своё:

— Кошечка, ну пусти переночевать, а то так трахнуть тебя хочется, что даже переночевать не с кем.

Но я ж не деревенская колбаса, не пальцем пиханая, так что осталась сурова и непреклонна.

А в пять утра подъём, астрономически резвые сборы и пешкодрапом на работу. Стасик, наш корпоративный водитель, ещё с вечера огорошил вестью о поломке «Газели». Заказать такси я побоялась. В прошлый раз, когда наша верная маршрутка выказала дрянной «рогатый» норов, и мне, и напарнице Ольке прилетело по первое число за необоснованные траты.

— Ишь, фифы, такси комфорт им подавай. Про мотоцикл «Иж два нога» слыхали? Вот и пользуйтесь, жопы Уже будут! А за самовольство я с вас обеих снимаю половину премии.

Короче, как серпом по чёлке.

В магазине царила суматоха, не смотря на столь ранний час. Заправщики в серых робах сновали по торговому залу и громко переругивались между собой.

— Он велел выкинуть эту рухлядь! — Сенька, молодой парнишка с кривым носом, отобрал у Никиты, коренастого и розовощёкого, потрёпанный офисный стул и покатил к дверям.

— Только попробуйте что-то сотворить с имуществом компании! — к ним подлетела всклоченная аки кактус Галина, старший менеджер, завхоз и в общем-то царь и бог в нашем крошечном Ватикане. — У меня каждая булавка на подотчёте...

— Но Артур Юрьич сказал... — возразил Стас.

— На помойку! — добавил Никита.

Я протиснулась между враждующими и юркнула за дверь с надписью «Служебное помещение». Позади раздался звон битого стекла. Моя сменщица, Янка, заголосила:

— Да вы совсем озверели, черти!

— У всех вычту из зарплаты, — с восторгом отозвалась Галина.

— Да в рот мне ноги! Кит! — фальцетом выдал Стас.

— Да че я, бля, специально? — поспешил оправдаться Никита.

На ощупь вошла в подсобку, не поворачивая головы, поискала рукой выключатель на стене, а когда нащупала что-то твёрдое и шевелящееся, взвизгнула.

Свет загорелся. В подсобке нас оказалось двое: я и рослый детина в деловом костюме и узеньком галстуке. Именно его грудь я лапала в стремлении включить свет.

— Ой, здрасте, — сказала растеряно и вконец обалдела.

А рослый детина был ничего, вернее о-о-о-о-очень даже хорош. Прилизанные чёрные лохмы, жгуче карие глаза, по-мужицки красивая мордашка. Кого-то он мне напоминал, только с ходу не могла сообразить, кого именно.

Черты лица выразительные, пропорциональные. Нос казался прямо-таки эталонным: прямой и достаточно длинный, а под ним... М-м-м, вместилище плотских утех — красивый и порочный рот, такие в фильмах обычно показывают крупным планом, а если речь идёт о рейтинге 18+ добавляют капельки влаги или клубничного сока. Вкуснятина.

И вдруг меня осенило! Это ж улучшенная версия молодого Райана Рейнольдса, как если бы природа одумалась в последний момент и перевоплотила его в брюнета, потому что... Бинго! Так будет куда лучше.

Я бесстыже пялилась на незнакомца, он отвечал мне взаимностью. Блуждал по моему лицу наглым взглядом. Ниже интересностей не нашлось, потому как от шеи до пят я была закутана в тёплые слои одежды.

В подсобку влетела рассерженная Галина, старший менеджер с паскудный характером.

— Артур Юрьич, вы хоть представляете, что... — задыхаясь, зачастила она.

Красавчик даже головы не повернул, бросил повелительно:

— Выйди.

И очковая кобра поперхнулась своим же ядом. Пасть разинула, вывернула в мою сторону покрасневшую физиономию, снова захлебнулась желчью и позорно ретировалась.

Мы опять остались наедине. Расстегнула пару верхних пуговиц на шубке из искусственного меха. Пять минут назад меня морозило, а сейчас почему-то окатило жаром.

— Ты кто? — отрывисто спросил Артур.

Без Юрьевичей обойдётся, ишь как уставился.

— Ксения, — почему-то ответила шёпотом, потом опомнилась, кашлянула и скинула верхнюю одёжку. — Вас выйти не затруднит, а то у меня смена начинается через пятнадцать минут. Хотелось бы переодеться и привести себя в порядок.

— Раздевайся. Кто мешает?

— Ты... Вы.

— Так я или мы?

— А?

Никак не соображу, что происходит. Он очень сильно подавлял своими немигающими глазами. Я не робкого десятка, могу и словцом обрить, и зуботычин насовать, ежели заслужил, а тут вдруг съёжилась.

Он сделал шаг вперёд. При его росте под два метра, расстояние, разделявшее нас, сократилось почти вдвое. Машинально отступила назад, упёрлась спиной в стеллаж с папками.

— Раздевайся и приступай к работе.

Вот это двусмысленность! И вроде не подкопаешься, переодеться в униформу было необходимо, а после отправиться исполнять должностные обязанности. Почему тогда в голове копошились иные варианты развития событий?

Хотелось отвернуться. Или проверить, что он станет делать, если в самом деле сниму не только шубу и сапоги, но и платье с рейтузами, а потом ка-а-а-а-ак окунусь в головой в тот водоворот, куда затягивал его прожигающий взгляд.

Дверь открылась в очередной раз. Артур оглянулся через плечо. Меня в ту же секунду отпустило. Это что сейчас было?

На пороге маячил Никита, главарь бестолковости, и пожимал плечами:

— Артур Юрьич, ну, правда, само вышло! Я креслице того, качу себе спокойно. Вы ж велели на помойку? Я туда и подвигал. А тут эта, Галина Осифовна, под руку! Дык в стойку с энергетиками и влетел. Она плашмя, морозилка вдребезги! Ток вина не моя! Че она подкрадывается и орёт?

— Я те покажу, охламона кусок, кто тут подкрадывается и орёт! — заверещала милейшая Галина.

Иначе, как Галка Пэмээска мы её не звали, ядовитая бабень со склочным характером и нелюбовью ко всему живому.

Артур отошёл от меня. Выдохнула. Пока они разбирались, что же там стряслось в зале и кто всему виной, быстро заперла подсобку на ключ и столь же рьяно переоделась. Откуда вообще взялся этот Артур Юрьевич?

Пихнула вещи в кабинку и тенью шмыгнула в торговый зал. Сменщица Ирка похихикивала в кулак, наблюдая из-за касс за перепалкой глуповатого Никитки и амбициозной, но не менее туповатой Галины.

— Я велела ничего здесь не трогать! Всё имущество компании у меня на подотчёте! — разорялась низенькая тётка в лиловом брючном костюме, который делал её похожей на переваренную свёклу.

— Так Артур Юрьич сказал, — отбивался Никита уже известным аргументом.

Было видно, что у Галчонка имеются веские возражения, однако озвучить их она не решалась. Ляпнуть, будто плевать она хотела на приказы Артура Юрьевича, — грубо и непрофессионально, тем более что сам Артур стоял неподалёку и с безучастным видом разглядывал испорченную морозильную камеру с разбитой стеклянной крышкой. Поодаль валялись истинные виновники: затёртый до дыр кожаный стул с крестовиной на колёсиках и шаткий стеллаж с логотипом известного бренда энергетических напитков.

Ирка подвинулась, чтобы я смогла подойти к кассе и начать пересчитывать наличность.

— Видала, кого к нам прислали? — заговорила она шёпотом.

— Такого сложно не заметить, — ответила тоже тихо и набрала на калькуляторе цифру «4000», ровно столько сотенных купюр оставалось в кассе на сдачу.

Быстро пересчитала мелочь, начала прибавлять и её, когда мозг зацепился за цифру.

Чёрт! Совсем вылетело из головы обещание вернуть Диме сорок тысяч. Поутру и не вспомнила об интригующей переписке, а потом скопом навалились хлопоты и Вадик, и я думать забыла о чужих деньгах на моей карте.

— Это же Артур Смолин! — шипела на ухо Ира. — Координатор интегрированного управления строительством всего дальневосточного отделения, между прочим! Ого-го какого полёта птица! И холостяк к тому же.

Понятно, чего это Ирку так пробрало, даже не поленилась выучить наименование должности, об которую не то что языком споткнуться, двойной вывих с преломлением заработать можно. Холостяк! Ещё и большая шишка! Добавьте сюда внешнюю привлекательность и станет ясно, чего это моя сменщица не торопится домой. В нашу мясную лавку сирых и незамужних подвезли элитный деликатес — состоятельного брюнета приятной наружности.

Посмотрела на координатора из-за монитора.

— Вычту из зарплаты! Это же форменное разгильдяйство! Сегодня же оформлю строгий выговор за порчу... — сыпала административными проклятиями Галочка.

— Всё прибрать, товар переложить в соседний ларь. Заказать новую крышку взамен разбитой, — стальным голосом перебил визги менеджера Артур. — Работнику вынести устное предупреждение на первый раз. Вам всё понятно? — он сурово глянул на Галку, и та сравнялась по цвету щёк со своим костюмчиком.

— Эт, шеф, я чес слово случайно, — потупился Никита.

— Закончите уже с моим кабинетом, — устало попросил Артур, потёр виски и двинулся обратно в служебные помещения.

По пути окатил меня свежей волной странного взгляда, покачал головой и был таков.

— Закончить с его... что? — подумала, что ослышалась.

— Во-во, тут начинается самое интересное! — затарахтела Ирка, наваливаясь локтем на прилавок. — Он приехал сюда ради постройки новой заправочной станции. Ну, ты знаешь, на том самом пятаке, где раньше восточный переезд стоял. Теперь там пустырь, путепровод же построили, а вместо него решили АЗС забабахать. Наши подсуетились, земельку прикупили и прислали к нам этого, — она с нежностью воззрилась на дверь, за которой недавно скрылся Артур. — А офиса компании у нас в городе нет, не положено, мы ж не миллионник. Где ему работать? В гостинице или на съёмной хате? Во! Он и решил окопаться у нас на заправке. Корпоративный дух, близость к коллективу и всё такое прочее. Приехал сегодня в шесть утра, весь такой хмурый и неприлично отдохнувший, Пэмээску (то есть Галину) хвать за мягкие окорочка — прикинь, эта тварь дрыхла в кабинете у себя на диванчике, пока мы тут с Янкой жопу надрывали в роли бариста для дальнобоев. Ругань затевать не стал, видать, ему не по чину. Спокойно так сказал, чтобы манатки собирала и сваливала в подсобку, кабинет, мол, отныне его. Вот с той минуты и стоит ор коромыслом. Артурчик всех сотрудников созвал, даже заправщиков с грузчиками да дворником припахал, и велел весь хлам из кабинета на помойку выставить. Галка в штыки, кинулась начальству звонить. В половине седьмого утра! Знаешь, как она присмирела уже через полминуты! Кто-то свыше ей такую перцовую клизму вставил — мама не горюй! А Артур вызвонил всю Серегину бригаду (это она заправщиков имела в виду, которые, как и мы, работали посменно: две дневных смены, столько же ночных и пару суток дома), вручил Киту ключи от своего «BMW», раз уж «Газель» наша накрылась медным тазом, и велел срочно всех привезти на работу. Пообещал всем оплатить сверхурочные.

Не буду утомлять тебя всеми подробностями. Короче, к десяти утра подвезут обои, краску и новую мебель. Всем желающим поучаствовать в обновлении интерьера — он прям так и сказал, прикинь, — выпишут недельную премию. До трёх часов дня нужно будет намарафетить ему офис по высшему разряду.

Она тарахтела, не умолкая, даже дышала сбивчиво, так спешила вывалить на меня ушат новостей, случившихся всего за одну ночную смену.

А мне почему-то стало не по себе. Артур Смолин. Где-то я уже слышала это сочетание имени и фамилии. И лицо показалось смутно знакомым. Схожесть с известным голливудским актёром тут ни при чём. Некая часть меня узнала его. Насущный вопрос: кто же он?