19. Полина

─ Так, если вы сейчас же не заткнётесь, то сегодня мы точно никуда не поедем. И винить в этом будете только самих себя, ясно объясняю или ещё вопросы остались?

Стою, уперев руки в бока, и сверлю гневным взглядом близнецов. Влад лупит Стаса по плечу, целится в голову — впрочем, безрезультатно, и брат в долгу не остаётся. Тяжело вздыхаю и жду, когда же они утихомирятся. В итоге, драка сходит на нет к моему облегчению. Стоят, притихшие, смотрят на меня абсолютно одинаковыми глазами, преисполненными невинности и раскаяния.

─ Мы всё поняли, ─ заявляет Влад и чуть не салютует, ─ поехали.

Идея прокатиться с братьями по магазинам и обновить их гардероб к лету возникла в моём воспалённом переживаниями сознании совершенно спонтанно, когда уже не могла выносить одиночества в четырёх стенах и бесконечных самокопаний. Мысли о Брэйне измучили в конец: плакала, материла себя и его, обжиралась мороженным — в общем и целом, вела себя, точно последняя идиотка и размазня.

Потом меня, конечно, отпустило, потому что, несмотря на бушующие внутри чувства, поняла: Брэйн совсем ничего не сделал для того, чтобы устраивать такие драмы. Я должна верить ему, а иначе нет смысла оставаться рядом. Недоверие способно разрушить любые отношения, потому, если хочу оставаться с ним рядом — а я хочу и очень даже — нужно выбросить эту чушь из головы, забыть болтовню тех девушек, будто не было и жить дальше.

Честно признаться, была уверена, что вернувшиеся из поездки родители примутся усиленно промывать мозг на предмет моих новых отношений. Но, как оказалось, ни бабушка, ни близнецы ничего им не рассказали, и это очень удивило. Однако расслабляться не стоило — в любой момент могла грянуть буря. И не буря даже, а вселенский шторм!

─ Так мы едем? ─ осторожно спрашивает Стас, всегда более чуткий, чем Влад, который, хоть и чуть серьёзнее, но в сущности, ещё абсолютный ребёнок. ─ Ты какая-то странная…

Вздыхаю, понимая, что братья ─ не те люди, с которыми сто'ит всё это обсуждать. Улыбаюсь и достаю телефон, чтобы вызвать такси, что отвезёт нас к торговому центру. Раз решилась провести этот вечер с братьями, активно перебирая шмотки, так тому и быть. Обо всём остальном буду позже думать.

─ Всё хорошо, просто устала, ─ выдаю наиболее приемлемую версию правды, почти не покривив душой. Стас медленно кивает, но подозрение из его взгляда никуда не девается. Всё-таки, пусть им и всего пятнадцать, они умные мальчики.

Такси приезжает через десять минут, братья некоторое время ожесточённо спорят, кто именно достоин чести сесть вперёд. Бесконечные ссоры и препирательства утомительны, но мальчики, похоже, не умеют по-другому. Сколько лет должно пройти прежде чем их мозги встанут на место? Пока они ругаются, сажусь на переднее сидение.

─ Эй, так нечестно! ─ вопит Влад, а я показываю ему язык.

─ Надо было меньше ругаться, ─ заявляю, на что Влад возмущённо фыркает.

В итоге им ничего не остаётся, как сесть сзади и дружно дуться на меня весь пусть до торгового центра. Зато теперь они, скооперировавшись против вредной старшей сестры, больше не ругаются.

Такси медленно лавирует по переполненным автомобилями дорогам, а я смотрю в окно на проплывающий мимо город с его огнями и яркими вывесками и понимаю, что больше всего на свете хочу сейчас оказаться в бревенчатом доме на берегу озера рядом с Брэйном. Внутри саднит чувство вины, что так холодно с ним попрощалась. Теперь вообще не уверена, что он захочет меня видеть. Надо было всё-таки поговорить с ним. Может быть, мне показалось и зря придумала повод для ревности? Глупо же воображать, что у него не было никого до меня. Тем более, он говорил о своём прошлом, весьма, кстати, богатом. Но ведь и я не монастырская послушница…

─ Поля, смотри, это же тот мужик, который к тебе тогда приходил, да? ─ Стас приближается к моему уху и указывает рукой куда-то в сторону. Я так глубоко задумалась, что не сразу понимаю, что именно он увидел на перекрёстке. ─ Кажется, всё-таки он.

Фокусирую взгляд на противоположной стороне улицы и вижу Брэйна, рядом с которым, уцепившись ему в локоть, идёт какая-то девушка. Никогда её раньше не видела, но что я в сущности знаю о его жизни, кроме места работы? Пытаюсь отвернуться, чтобы не видеть, как мило, улыбаясь до ушей, что-то рассказывает ему девица и как внимательно он слушает её. Со стороны они кажутся парой, и осознание того, что у него может кто-то быть ─ давно и прочно ─ больно ранит. Внутри что-то сжимается до боли, а к горлу подступает ком. Хочется выбежать из машины, настигнуть их и просто посмотреть Брэйну в глаза. Нет, я не из тех, кто устраивает скандалы посередине улицы, потому остаюсь сидеть на своём месте, борясь с приступом тошноты. А может, просто боюсь? Того, что мне рассмеются в лицо, назвав однодневной игрушкой, с которой так весело было проводить время, а вот она ─ она навечно? Наверное, мне такое не пережить, от того и остаюсь, словно приклеенная, в ставшем вдруг невыносимо, до удушия, тесном автомобиле?

Брэйн кажется мне таким красивым, излучающим силу и энергию спокойствия, что наравне с желанием выцарапать ему и его подружке глаза, хочется наброситься на него и целовать на глазах у всех. Понимаю, что это какое-то безумие ─ нельзя так сильно хотеть мужчину, невозможно так быстро к нему прикипеть, но ничего не могу с собой поделать.

Спутница Брэйна заглядывает ему в лицо, о чём-то щебечет, а я слышу напряжённое сопение брата за своей спиной.

─ Знаешь, сеструха, какая-то она стрёмная, ─ протягивает Стас, а я не сдерживаюсь и смеюсь, хотя мне совсем не до веселья.

─ Нормальная она.

─ Влад, придурок, видишь вон ту девушку?

─ Какую? ─ переспрашивает Влад. ─ А, вон ту… ну, такая… серенькая.

Вот за что их люблю кроме прочего: они всегда на моей стороне.

─ Ладно вам, ─ выдавливаю из себя, ─ нормальная девушка. Тоже мне, эстеты нашлись.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍─ Но она и правда, никакущая, ─ фыркает Стас, а я поворачиваюсь, чтобы понять: не шутит ли он?

─ Скажите пожалуйста, откуда это в вашем возрасте такие познания в женской красоте? Нашлись ещё тут ценители.

Загоняю боль поглубже: сейчас не время и не место устраивать сцены.

─ Ну, ты из нас совсем карапузов-то не делай, ─ растягивает Влад губы в улыбке. А я действительно, может быть, впервые в жизни понимаю, что братья уже давно не маленькие.

Таксист молчит, только украдкой поглядывает на меня, а мне становится тошно. От того, что поверила, что такой как Брэйн захочет остепениться и не станет искать утешения в объятиях другой. И пусть мои братья наперебой утверждают, что девушка эта ─ серая мышка, которая мне в подмётки не годится, мне всё равно хочется разбить себе голову о приборную панель.

─ Может быть, уже поедем? ─ спрашиваю таксиста. ─ Пожалуйста…

Тот нехотя пожимает плечами и говорит:

─ Можно попробовать в объезд, но так дольше будет.

─ Так давайте! Или до утра тут стоять будем?

Но на самом деле мне хочется вернуться домой, запереться в комнате и напиться, чтобы не помнить, какими глазами смотрела девушка на Брэйна. Хочу выкинуть из головы все воспоминания о нём, словно и не было его никогда в моей жизни, но сможет ли алкоголь, пусть даже и самый крепкий, вытравить Пашу из сердца? Подскажите мне, где такое адское пойло продаётся ─ куплю, не задумываясь. Почку продам, но куплю.

Паша… лучше бы и не знакомились, не встречались, не виделись никогда. Почему одна ночь, которую провела с мужчиной перевернула всё внутри? Настолько сильно изменила меня, что теперь из сильной женщины превратилась в кусок половой тряпки?

─ Что с тобой? ─ спрашивает Ася, когда я врываюсь к ней в дом. ─ Ты сама на себя не похожа.

─ Потому что я дура! Понимаешь? Дура!

Ася бросает кухонное полотенце на пол и обнимает меня за плечи. Понимаю, что больше не могу терпеть, до такой степени внутри что-то болит. Не думала, что увиденное на улице настолько сильно вонзится в сердце, что дышать разучусь.

─ Ну, не плачь, ─ просит Ася, когда я, незаметно для самой себя начинаю шмыгать носом, а слёзы помимо воли катятся из глаз. ─ Кто тебя обидел, что произошло?

Пытаюсь что-то сказать, но горло передавил спазм, а рыдания рвутся на волю. Ненавижу себя в этот момент. Свою слабость, разрывающуюся на части душу, проклятые воспоминания. А больше всего ненавижу то, что не могу перестать вспоминать о нём.

─ Так, пошли на кухню, ─ решает Ася и, обняв меня за плечи, ведёт в нужном направдении. Я благодарна ей, потому что настолько глубоко ушла в свои переживания, что совсем ничего не соображаю. Мне определённо нужен кто-то, кто отведёт за руку, усадит, напоит… чаем и скажет, что делать дальше.

Когда мы оказываемся в кухне, Ася усаживает меня на диванчик в углу, а сама присаживается напротив. Понимаю, что она хочет узнать причину такого странного поведения. С той ночи, когда она отжигала под пьяный глаз мы ни разу даже не созвонились, потому она не знает, что случилось между мной и Брэйном. Нужно ей всё рассказать, но для начала не мешало бы успокоиться.

─ У меня вино есть, ─ говорит Ася и поднимается, чтобы достать из бара бутылку. ─ Думаю, выпить по бокалу красного лишним не будет. Кровь, говорят, отлично чистит и цвет лица улучшат.

Киваю, судорожно вцепившись в край лавочки, обитой тёмно-синим бархатом. Ася, нахмурив брови, ловко расправляется с деревянной пробкой, и уже через пару мгновений передо мной стоит бокал, наполненный рубиновой жидкостью до краёв. На самом деле желание напиться прошло, но расслабиться необходимо, потому берусь за тонкую ножку и опрокидываю в себя почти половину. Не чувствую вкуса, но ощущаю тепло, что разливается внутри, согревая.

─ Успокоилась? Расскажешь теперь, что произошло?

Киваю, пытаясь найти слова, чтобы объяснить мой внезапный порыв, но нужные не находятся.

─ Санёк где?

─ Дался он тебе, ─ хмыкает Ася. ─ В командировку уехал.

─ Вы хоть помирились?

Ася отводит взгляд, потом машет рукой и слабо улыбается.

─ Как тебе сказать? ─ вздыхает Ася, не глядя на меня. ─ Он очень изменился в последнее время, сам на себя стал не похож. Мне кажется, у него кто-то есть, потому и цепляется из-за любой мелочи.

В голове проносится мысль, что Саша всегда был редкостным козлом, только Ася изо всех сил старалась не замечать очевидных вещей, но молчу, потому что не намерена гадить в душу лучшей подруге.

─ Но ладно, ─ улыбается, откинувшись на спинку лавки. ─ Ты явно не затем, чтобы моего мужа обсудить сюда пришла. Выкладывай, что у тебя стряслось!

─ Помнишь тот вечер, когда мы в ресторан пошли?

─ Тот, когда я напилась? ─ смеётся, запрокинув голову. ─ Честно признаться, смутно. Но в общих чертах что-то припоминаю.

─ Я о том татуировщике, в студии которого ты уснула… помнишь его?

Ася вмиг становится серьёзной и смотрит на меня, чуть наклонив голову в сторону.

─ Помню, что он здоровый очень, лысый и весь в татуировках, ─ перечисляет, загибая пальцы, ─ но ничего более конкретного, увы. А! Он же ещё через забор перелезал, чтобы нас во двор впустить. Точно! Как же я могла об этом благороднейшем поступке забыть?

Ася снова улыбается, не переставая сверлить меня серьёзным взглядом.

─ В общем, он приезжал ко мне домой и мы с ним…

Подруга приподнимает вопросительно левую бровь, а я чувствую, что краснею. Никогда раньше не стеснялась разговаривать о своей личной жизни с ней, но вот сейчас, когда дело касается нашей с Брэйном ночи, в горло словно свинец залили.

─ Вы с ним что?

Вздыхаю и рассказываю, впрочем без лишних подробностей, что произошло между мной и татуировщиком. По мере рассказа брови Аси взметаются вверх, норовя оказаться на затылке. Она не осуждает меня, нет, но порядком удивлена.

─ Однако, ─ хмыкает Аська, делая большой глоток из своего бокала. ─ Признаться честно, я бы испугалась с ним в одну постель лечь. Но ладно, у каждого свой вкус. Но плакала ты по какому поводу? Он настолько сильно разочаровал тебя? Или больно сделал?

Да, сделал, и эта боль теперь рвёт меня на части, словно предал кто-то очень близкий.

─ Я видела его сегодня с девушкой…

─ Хм… ничего себе, ─ протягивает Ася и подливает ещё вина. ─ Ну, кобель обыкновенный, чего из-за этого рыдать?

─ Как у тебя всё просто.

─ Ну, а зачем усложнять? ─ удивляется и хмурит брови. ─ Было у вас однажды небольшое приключение, это же не повод рвать на себе волосы.

Она права, но легче от этого не становится.

─ Просто… он мне говорил, что хочет, чтобы у нас всё получилось. В клуб свой любимый на завтрак привёл, лапшу на уши вешал. А потом…

Всхлип вырывается из горла, и Ася снова удивлённо смотрит на меня. Определённо, в таком состоянии она видит меня впервые.

Когда заканчиваю рассказ о подслушанном в туалете клуба разговоре, Ася залпом допивает вино и, подперев щёку рукой, смотрит на меня долгим взглядом, словно в душу заглянуть пытается.

─ Знаешь, подруга, а ведь ты втрескалась в него по самые уши.

Протестующе вскидываю руки, словно пытаясь отгородиться от этой правды, которую не хочу признавать. Нет, ни в кого не влюбилась, просто обидно, что я ─ такая умница-разумница ─ поверила козлу.

─ Не выдумывай ерунды! ─ требую, на что Ася заливисто смеётся. Чувствую, что краснею и прикрываю ладонями лицо.

─ Ничего я не выдумываю, с чего бы это? Но то, что ты влюбилась вижу невооружённым взглядом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍─ Бред.

─ Ага, конечно, мне-то можешь не заливать, ─ улыбается Ася и берёт меня за руку. ─ Поля, поверь мне, влюбиться не страшно. Понимаю, что после того, что ты видела тем более сложно в этом себе сознаться, но ты и сама виновата.

Смотрю на неё, пытаясь понять, в чём я-то виновата.

─ Надо было ещё тогда, в клубе выяснить, что это были за девицы, а не придумывать себе ерунды. Он взрослый мужик, чего ты от него хотела? Что он девственником ходил всё это время?

─ Нет, я знаю, что у него были женщины, он и сам об этом говорил, просто…

─ Что? Раз говорил, нужно было слушать, а не придумывать себе повод пострадать.

Ася права, потому что я и правда, психанула тогда. Пусть и не показывала ему, как сильно это ранило, но попрощалась с ним холодно, в студию приехать вечером отказалась… Господи, какая же я дура!

─ А та девушка, с который ты видела его… может быть, его сестра или знакомая. Всякое бывает. Ты же не в постели с другой его застукала. И даже в этом случае нужно ориентироваться по ситуации. Не всегда сто'ит рубить сгоряча, поверь мне.

Киваю и улыбаюсь. Всё-таки я правильно сделала, что приехала сегодня к Асе, потому что сама никогда бы не разобралась в себе и этой ситуации.

─ Спасибо тебе, ─ произношу и целую Асю в щёку. ─ Ты умница.

─ Само собой, ─ расплывается в улыбке и крепче сжимает мою руку. ─ Тебе нужно с ним поговорить. Рассказать о том разговоре, расставить все точки над I.

─ Думаешь? А если он решил, что я не нужна ему? Если та девушка ─ нечто серьёзное, а я так, минутная слабость? Может быть, она вообще его жена?!

От осознания, что он может быть женат бросает в дрожь.

─ Так и узнаешь, ─ заявляет тоном, не терпящим возражения. ─ Он же не в курсе, что ты их видела, потому и подготовиться к разговору не успеет. А по реакции сразу поймёшь: правду говорит или выкручивается.

Киваю, понимая, что поговорить с Брэйном ─ лучшее, что можно придумать в этой ситуации. Я не люблю прятать голову в песок и как бы ни было больно стараюсь разобраться в причинах и следствиях.

* * *
─ Спасибо, я здесь выйду, ─ говорю таксисту, когда автомобиль останавливается на перекрёстке недалеко от студии Брэйна.

Мужчина кивает, и через несколько мгновений, расплатившись, оказываюсь на тротуаре. До сих пор не пойму, где нашла смелость приехать сюда. Я бы позвонила Брэйну или отправила сообщение, но мы так и не обменялись телефонами или какими-то другими контактами. Это странно, но факт: Паша ни разу даже не намекнул, что хочет знать мой номер. Наверное, не хотел, и я зря сюда приехала. Зачем? Чтобы намеренно сделать себе больно, узнав, что была для него всего лишь минутной забавой? Но не хочу придумывать себе то, чего нет. Пусть потом буду страдать, но не окутаю себя облаком бесполезных иллюзий.

Но поворачивать поздно и, тяжело вздохнув, иду к студии, до которой остаётся несколько метров. А что, если его не будет на месте? Он ведь что-то говорил про небольшой отпуск, а я припёрлась. Наверное, Брэйн сидит сейчас в своём домике у озера с той девушкой, распивает вино и думать забыл, что я такая на свете существую. Чувствую, как дрожат руки, а перед глазами плывёт мутное облако. Вокруг, несмотря на поздний вечер, снуют прохожие, занятые своими делами. Наверняка у каждого внутри сидит своя боль и радость, что разрывают изнутри. Сколько людей на свете, столько историй, которые могли бы стать сюжетами увлекательных книг. Но каждый из нас держит в себе всё, что мешает дышать и быть счастливым, боясь выплеснуть что-то лишнее в окружающий мир. Как бы проще нам всем жилось, умей мы высказываться. А ещё слушать.

Поворачиваю за угол кирпичного здания, уже понимая, что никого внутри нет: вывеска не горит, а из небольшого окна не льётся свет. Чёрт, чёрт… Зачем приехала? На что надеялась?

Приваливаюсь спиной к железной двери и сползаю на пол. Меня распирает от невысказанных слов и непролитых слёз, а черви сомнения изгрызли уже до основания. Я так хотела поговорить с ним, узнать его версию, но не повезло. И где теперь его искать?

Закрываю глаза, пытаясь успокоиться. Надо уезжать отсюда, ехать домой. Принять снотворное и заснуть, потому что слишком взволнована, чтобы прийти в себя без посторонней помощи.

─ Поля? Это ты? ─ доносится из темноты знакомый голос, от которого теплеет на душе. ─ Ты как тут оказалась?

Загрузка...