Влюбишься! Жена на девять месяцев

Глава 14

Ярослав

Тая останавливается посередине ресторана, совершенно по-детски запрокидывает голову и с легкой улыбкой наблюдает, как пушистые снежинки падают на прозрачный купол, а мороз рисует витиеватые узоры на стеклянных стенах.

Ее широко распахнутые глаза горят, жаль, что линзы преломляют и сжирают их сиреневое сияние. Естественная красота Таи скрыта под макияжем и краской. Дорисовываю остальное в воображении. Мысленно смываю с нее всю маскировку и раздеваю донага. Языкатая мажорка, на удивление, гармонично вписывается в окружающую обстановку.

Зимний дворец дождался свою Снежную Королеву.

Она с неподдельным интересом рассматривает каждую деталь, как дикарка, неприкрыто восхищается дизайном и атмосферой. Зовет Салтыкова гением и тешит мое самолюбие, сама того не подозревая.

Логично было бы признаться, что я и есть тот самый «блудный босс», ведь нам с ней работать вместе, но в какой-то момент здравый смысл улетел в теплые края вместе с моей кукушкой, помахав крылом на прощание. Вместо того чтобы поговорить с дочкой инвестора по-взрослому, я тайком отправляю официантке сообщение с просьбой подыграть мне.

Идиот? Клинический.…

Но меня так цепляет настоящая Тая, которой плевать на слова обычного таксиста и хочется быть собой, что я не в силах отказать себе в маленькой мистификации. Наше общение ни к чему не обязывает обоих. Воронцовой не надо добиваться хороших рекомендаций босса и можно смело высказывать собственное мнение, а мне нет смысла лебезить и пресмыкаться перед ней, опасаясь, что ее отец перекроет кислород моему проекту.

В общем, я встрял в вязкое болото. Барахтаться бессмысленно – только быстрее уйду на дно.

Разумеется, я открою Тае правду, но чуть позже. Вместе посмеемся над ситуацией.

- Что скажете, Таисия Власовна? Достаточно пафосно и дорого-богато для вашей будущей свадьбы? – выплевываю ревниво. Хотел поддеть ее, а завелся сам.

Тая меняется в лице, как если бы ее окатили ледяной водой, хмурится и устремляет взгляд в пол. Потеряв интерес к интерьеру ресторана, молча идет к дальнему столику, будто хочет забиться в угол и спрятаться от всего мира.

- Неужели у всех таксистов есть эта удивительная чёрта – совать свой нос в чужую личную жизнь? Заводские настройки или обязательное условие при приеме на работу? - ядовито цедит после паузы. - Эффект случайного попутчика со мной не действует, уймись.

- Да нет, это не праздное любопытство, а профессиональная необходимость, - галантно отодвигаю стул, приглашая Таю присесть. Она косится на меня как на полоумного, ждет подвох. Медлит, и мне приходится насильно надавить ей на плечи, чтобы наконец припечатать эту упрямую попку к сиденью. - Персоналу предстоит обслуживать вашу свадьбу и на задних лапках перед вами бегать. Нам надо понимать, к чему готовиться.

- Если все будут бегать так, как ты, Яр, то вас ждет только один исход, - делает паузу, пока я бесцеремонно и вальяжно падаю на свое место. - Увольнение с волчьим билетом, - фыркает с угрозой.

Зараза!

Как назло, мы сидим четко напротив, яростно мечем друг в друга молнии. Маленький круглый столик между нами выполняет функцию барьера, но надолго его не хватит.

Мы, как два дуэлянта, собираемся стреляться. Вместо пуль – слова. Оружие заряжено. У меня с первой встречи полный барабан. У Таи, судя по недовольному личику, тоже. Не вовремя подошедшая официантка сыграет роль секунданта или попадет под шальную пулю.

- Иногда лучше есть, чем говорить, Таисия, - холодно протягиваю ей меню.

Небрежным жестом приказываю персоналу удалиться и откидываюсь на спинку стула, уткнувшись взглядом в перечень блюд, которые знаю в совершенстве, как и все здесь… в своем ресторане.

- Взаимно, Ярослав, - степенно произносит она, отзеркалив и тон, и позу.

Перемирие. Или передышка перед боем.

Некоторое время сидим в тишине. Чёрт возьми, становится скучно!

Посматриваю исподлобья на Таю, то и дело пересекаясь с ней взглядом. Барабаню пальцами по чашке с остывающим кофе, не притрагиваясь к нему. Я ничего не заказывал, потому что у меня жуткое похмелье после зелий Тихона, зато завороженно наблюдаю, с каким аппетитом поглощает все блюда моя спутница. С каждой калорией она становится добрее и счастливее.

Усмехаюсь. Мне импонируют девчонки, которые не изнуряют свое тело жесткими диетами, чтобы протиснуться в дверную щель. Леди должна быть… вкусной. И Тая именно такая.

В моей голове она снова обнажена, как модель из мужского журнала. Красивая, аппетитная, горячая.…

- Кхм-кхм.

Отдышавшись, я делаю глоток холодного кофе, пока не захлебнулся слюной.

- Спасибо, я заплачу за себя, - заявляет Тая, отодвигаясь от стола. Одной высокомерной фразой портит весь образ. Залепить бы ей рот скотчем – цены бы ей не было. Идеальная девушка, хоть завтра женись! Если бы не этот длинный, юркий язык...

- Не надо, Тая, все в порядке, - сдержанно перебиваю ее и подзываю официантку.

- Не обсуждается, Яр! Я сегодня проела твою годовую зарплату, - Воронцова скептически осматривает пустые тарелки, будто ей их подкинули. Если честно, я тоже обескуражен.

- Мда уж, - выгибаю бровь. Изучаю сначала стол, а потом и саму девчонку, румяную и довольную. - По тебе и не скажешь. На вид – Дюймовочка, которой хватает ползёрнышка, а на деле…. то оленину Тихона за вечер приговорила, то кухню ресторана в один присест опустошила.

- У меня стресс и акклиматизация, - надувает губы обиженно, трясет кошельком. – Поэтому я сама! Если тебе неудобно, когда платит девушка, я могу передать карту под столом. Незаметно, - заговорщически подмигивает мне.

Забавная…

Рассмеявшись, я украдкой кидаю официантке эсэмэску с инструкциями. Когда она подходит к нам, то убедительно выпаливает:

- За счет заведения, Таисия Власовна. Как и все последующие обеды. Салтыков приказал. Он у нас такой щедрый, - добавляет от себя, подобострастно хлопая ресницами и преданно мне улыбаясь.

Рассекретит, как пить дать! Пора сматывать удочки, иначе белая пиранья догадается обо всем и сожрет меня на десерт.

- Мм, спасибо, - смущенно кивает Тая. – Добрый самаритянин, - бубнит себе под нос, а я с трудом сдерживаю смешок.

Чёрт! Надо завязывать! Поиграли – и хватит.

Я провожаю ее домой, чтобы никуда не влипла по пути, не потерялась и не забрела ненароком в чужой номер. От этой беды столичной чего угодно можно ожидать. Всегда надо готовиться к худшему и радоваться, если оно не наступило.

Топчусь на крыльце и замерзаю, пока Тая борется с дверью. Терпеливо жду, когда она войдет в дом, закроется и окажется в безопасности. Но.… не с нашей удачей.

- Что там? – устало уточняю.

- Заело, - шипит она, дергает ручку и бьет по ней ладошкой. Сама же ойкает, сломав ноготь.

- Не может быть. Замки новые, - лениво подхожу ближе. – Дай посмотрю.

Прижимаюсь к ней сзади вплотную, одной рукой обнимаю за талию, вторую – протягиваю к замочной скважине, из которой торчит ключ.

Поворот, ещё один, щелчок…

Глубокий вдох – и я собираюсь важно сообщить Тае, что замок побежден, но вместо этого шумно втягиваю носом ее сладкий карамельный запах. Бьет по мозгам похлещё абсента. Обостряет все органы чувств. Я жадно впитываю жар хрупкого тела, которое сейчас полностью в моей власти, крепче сжимаю его в объятиях, перехватываю растерянный девичий взгляд, когда она поворачивает ко мне голову.

Зря.… Всё это было зря…

Гребаная настойка…

Рывком разворачиваю Таю к себе лицом, впечатываю ее спиной в дверь и врезаюсь в удивленно приоткрытые губы поцелуем. Толкаюсь глубже, не встретив сопротивления.

А-а-а, какой кайф….

Твою ж мать, Салтыков! Это эпик фейл!

Я совсем не целомудренно терзаю её мягкие, податливые губы, тем самым подписывая смертный приговор и себе, и проекту. С другой стороны, у человека должна оставаться мечта, а без нее как дальше жить?

Тая почти не дышит, лишь лихорадочно сминает и царапает воротник моей куртки, проходится ноготками по шее, оставляя следы. Я отчаянно надеюсь, что она меня остановит, потому что сам я не в состоянии, но нет… Позволяет целовать себя, дрожит, льнет ближе, будто только вынырнула из проруби и дико мерзнет.

Ни стыда, ни совести, ни приглашения в дом.

- Таюш-ш-ш, - шиплю, на секунду прервав наш поцелуй, когда она кусает меня.

Угораздило же так вляпаться! Как будто мой мозг пропустил все установки Арса через кривое зеркало, а сам стек в штаны. Фаберже под ударом, причем в прямом смысле, потому что Тая вдруг дергается в моих руках и заряжает мне коленом по бедру. Благо, у нее прицел сбит, иначе выполнила бы угрозу своего отца в один пинок.

- Да что ты лезешь ко мне постоянно! – возмущенно фыркает, отталкивая меня.

Резко открывает дверь, едва не сломав мне нос ее краем, но я чудом успеваю отклониться. Влетает в дом, от души хлопает деревянным полотном, так что петли жалобно скрипят.

Переигрывает – нам обоим понравилось. Обреченно сплюнув, я собираюсь развернуться и уйти, но слышу скрип. Тая вдруг выглядывает через дверную щель.

- Теперь точно уволен! – угрожает она, но выйти не решается. Похожа на шипящего котенка, спрятавшегося под диваном. – Салтыкову скажу!

Не выдержав, прыскаю от нервного смеха. К счастью, он тонет в грохоте закрывающейся двери. Убедившись, что Тая заперлась, невозмутимо направляюсь к своему домику. Всю дорогу улыбаюсь, как идиот. Отправляю ей пару официальных сообщений от имени Салтыкова, получаю такие же сдержанные ответы.

Что ж, на меня она мне так и не жалуется. Значит, блефовала. Или пожалела бедного таксиста.

Ухмыляюсь – и тут же хмурюсь.

Проблема в том, что сегодня я закопал себя очень глубоко, до самого ядра Земли, и не представляю, как объясню ей все. Извиняться придется долго, изворотливо и с поклоном. Поэтому на следующее утро я возвращаюсь к Воронцовой не с пустыми руками. Судя по тому что я о ней узнал, задобрить ее можно вкусной, горячей едой. Захожу по дороге в ресторан – и с целой сумкой «жертвоприношений» направляюсь к алтарю столичной богини.

Стучу в дверь, хотя у меня есть дубликат ключей – на крайний случай. Боюсь, Тая не оценит, если я ворвусь к ней рано утром. Терпеливо жду, пока принцесса проснется, протрет глаза и соизволит выйти.

Однако дверь мне открывает не Воронцова…

На пороге – какой-то сморчок. Длинный и худой, как глист в скафандре, голый по пояс, мокрый – только после душа. Лениво зевает, смотрит на меня как на говно.

Чёрт! Я же не мог перепутать номер – и завалиться к одному из своих туристов?

Версия рабочая, но быстро разбивается о суровую реальность, когда за его спиной появляется Тая. Сонная, в халате и пушистых тапках, волосы собраны в хвост, зато линзы на месте. От своего благоверного она тоже настоящую внешность прячет? Сюрприз будет в первую брачную ночь. Или всю жизнь собралась под маской ходить?

«Привет», - лепечет Тая одними губами, удивленно улыбается, а меня вся эта картина люто раздражает.

- Ты кто? – по-хамски тыкает мне ленточный червь.

В долгу не остаюсь. Тонуть, так с оркестром.

- Кто-кто? Доставка в пальто, - грубо цежу и небрежно бросаю сумку на пол. – Кушайте, не обляпайтесь.

- Мы ничего не заказывали, – бубнил он недоуменно. – Таська?

Таська, мать вашу. Как будто только из-под коровы её вытащил после утренней дойки. Оттряхнул, отмыл – и оставил себе.

- За счет заведения. Олл инклюзив сраный, - зло выплевываю, накинув капюшон, и разворачиваюсь, чтобы свалить в закат.

Супер. Теперь за ней есть кому присмотреть.