Влюбишься! Жена на девять месяцев

Глава 26

Таисия

Йети снова орет на меня, как оголтелый. Роняет посуду, которую я не добила, ругается грубо, нервничает на пустом месте. Нормально же разговаривали.… Дикарь неотесанный! Не успеваю опомниться, как он нападает на меня, как сорвавшийся с цепи цербер.

Тело оказывается в капкане больших, мощных лап, а мозг отказывается воспринимать его невнятный рык. Ни слова не разбираю! В голове белый шум. Видимо, у меня выработалась защитная реакция: я отключаюсь каждый раз, когда Яр повышает голос.

- М-м-м-м, - сдавленно мычу ему в рот, но он лишь нагло углубляет поцелуй. Неистово толкается языком, будто до горла хочет достать. Душит, губы покусывает, а я теряюсь от такого животного напора.

Довела мужика…

В считанные секунды я оказываюсь без одеяла, которым прикрывалась, как щитом, а потом и без халата. Обнажена, впечатана в матрас и зафиксирована тяжелым мужским телом.

Яр горячий, как раскаленные камни в бане. Дотронешься - обожжешься. Плеснешь воды – пар повалит.

Под ним жарко и… уютно. Как будто он только что спас меня из ледяного озера, забрал в домик лесника, продрогшую и испуганную, и согревает в объятиях. Что-то похожее я испытывала в нашу первую ночь вместе. Тепло, доверие, защищенность. Хотя на тот момент мы знали друг друга от силы несколько часов. Но это не помешало нам зайти слишком далеко…

Боже, я испорченная девушка, однако пора признаться самой себе, что с первой встречи меня тянуло к этому неотесанному мужлану. Он полная противоположность Глеба и других холеных мажоров, с которыми я сталкивалась в столице. Именно в этом его главное и безоговорочное преимущество.

Яр естественный. Его очарование в грубости и прямолинейности. Он не станет притворяться, если ему что-то не нравится. Скажет в лицо все, что думает, и плевать ему на размер твоего банковского счета. Сделает то, что считает правильным, даже если при этом рискует потерять все.

Благородный Йети? Таких не бывает. Ограниченная магаданская коллекция. Вымирающий вид.

Я ненавидела его, как мне казалось, а теперь идеализирую. Скользкая дорожка, потому что ведет только к одному выводу…

Я влюбилась. А он?

- А-ах, - шумно вздыхаю, когда он наконец отрывается от моих губ, позволяя сделать глоток кислорода, от которого моментально начинает кружится голова. - Что ты сказал, Яр?

Он жалит поцелуями мою шею, оставляет засосы на белоснежной коже, которые никакими средствами потом не замаскировать. Такие же были на мне после той ночи в лесу.

Пора принять неизбежное: все у нас случилось. Яр не лжет. Жаль, что я не помню…

- Люблю, Таюш, - рокочет непривычно ласково. – Хоть ты та ещё заноза в заднице, но без тебя совсем фигово, - нашептывает, спускаясь к ложбинке груди.

- Ты не романтик, - выдыхаю со стоном, а у самой все трепещёт от его откровенных прикосновений.

- Я и не претендую, - усмехается, обжигая дыханием пупок.

Его ладони на моей талии. Поцелуи все ниже и бесстыднее…

Как он там оказался? Когда успел? И где в этот момент был мой здравый смысл?

К чёрту всё!

Как же хорошо….

Поднимаю затуманенный взгляд, а надо мной плывут облака – и я улетаю вместе с ними в небо.

- Яр, можно спрошу кое-что? – неловко ерзаю в постели, пока ещё в состоянии сопротивляться.

Силы неравные. С каждым поцелуем невидимая стена, которую я годами возводила вокруг себя, рушится по кирпичику. Скоро ни одного не останется.

- Только осторожно, Таюш, потому что у меня в руках такая бомба, что меня может разорвать в любую секунду, - хрипло рычит он, умело лаская мое тело, будто успел изучить его в совершенстве, составил проект эрогенных зон – и теперь мастерски воплощает идею в жизнь.

Он не только в отелях и снегоходах разбирается. Интересно, у него было много девушек? Надеюсь, не бесконечная вереница, как у Глеба.

- Яр? – зову строго. Скорее, от страха. Останавливать его совсем не хочется.

Тяжелый, рваный вздох – и он нависает надо мной, хмуро смотря в глаза.

- Я смотрю, ты любительница поболтать в постели?

- Не знаю. Не приходилось... У меня никого не было, кроме тебя, - честно выпаливаю и ловлю победную ухмылку на его нахальном, но красивом лице. Собираюсь с мыслями, чтобы выдать на одном дыхании: - А ты помнишь ту ночь?

Он медлит с ответом, будто боится сказать что-то не то и снова обидеть меня.

- Смутно, - аккуратно произносит. По глазам вижу, что не лжет.

- Что если… - облизываю пересохшие губы, приковывая к себе его жадный взгляд, - нам не понравилось? – под конец фразы мой голос предательски срывается.

Лицемерка! Он ещё ничего толком не сделал, а мне уже все нравится.

- Не проверим – не узнаем, - хитро подмигивает и опять меня целует.

Так хочется верить ему, но все слишком гладко и хорошо. Я боюсь быть обманутой.

- Пообещай, что я не буду жалеть, - лепечу чуть слышно.

Яр тяжело сглатывает, опять прерываясь. Прячет возбуждение за свойственной ему иронией.

- Разве что меня… Я в нашей паре такими темпами долго не протяну. Поседею раньше срока, и командируют меня в сумасшедший дом, - бархатно смеется он, но резко осекается, споткнувшись о мой хмурый взгляд. Нежно гладит меня по волосам, осторожно убирает пряди со лба, проводит тыльной стороной ладони по щеке и серьёзно, гипнотизирующе говорит: - Таюш, ты можешь мне доверять. Я тебя не обижу.

Любит… Не обидит…. Я будто в сказку попала, правда, для взрослых. Потому что любить меня Яр намерен по-настоящему. И, кажется, я совсем не против.

- М-гу, - киваю, давая ему зеленый сигнал. Тянусь к его футболке, которая вдруг стала жутко мне мешать, подцепляю непослушными пальцами край ткани, оголяю кубики пресса. - Сними, - приказываю одними губами.

Лукавая улыбка расплывается по его довольному лицу. В один миг он оказывается без одежды, будто только этого и ждал. В следующий – неистово ласкает меня. И целует. Всюду.

- Яр-р-р, - неуверенно сопротивляюсь.

- Тш-ш-ш, Таюш-ш, всё хорошо. Доверься, - шипит этот змей-извращенец.

Закусываю губу, проглатываю протяжный стон и откидываюсь на подушки. Теперь я понимаю, КАК он уговорил меня той ночью. Я и сейчас на все согласна, лишь бы он не останавливался.

Чем выше любовь, тем ниже поцелуи…

Мы вместе под открытым небом. В провокационной позе. В самом сердце тайги. Буквально на улице, если не считать тонкого прозрачного стекла. Никто не может видеть нас, кроме мимо пролетающих птиц, но необычная обстановка придает остроты ощущениям.

На купол падает снег, а внутри – мы вдвоем. Бесстыдно горим вместе.

Чувства накалены до предела, сердце барабанит в груди, кровь закипает и концентрируется огненной сферой внизу живота. Вот-вот взорвется.

Удивительно, что неотесанный Йети может быть таким нежным, чутким и… терпеливым. Он не торопится, а размеренно ласкает меня, будто я всё ещё невинна. Впрочем, подсознательно я таковой себя и чувствую. Все, как в первый раз. Трепетно, волнительно, горячо. Эмоции на пределе. Меня смущает все, что Яр делает со мной. И то, как я бессовестно реагирую.

Ещё один неприличный поцелуй там…. Ещё одно прикосновение… И я не выдерживаю…

Взметаюсь вверх – сквозь стеклянный купол прямо в небо. Разлетаюсь на миллиард частиц, растворяясь в пушистых облаках. Искусанными губами повторяю имя своего единственного мужчины.

Главное, опять не забыть. Это просто преступление!

Яр обнимает меня, наваливается всем телом – и я прекрасно понимаю, что сейчас произойдет. Он и так слишком долго терпел.

- Дрожишь, - не спрашивает, а ставит перед фактом. – Страшно?

- Немного….

- Настойки не хватает?

- Нет-нет! – отчаянно качаю головой. – Ну ее! Я хочу все помнить.

«Не обижу», - звучит в ушах на повторе.

Я расслабляюсь, полностью отдаваясь ему. Душой и телом. В конце концов, чего мне бояться?

Первый раз у нас уже был. Я больше не девственница.

Что может пойти не так?

- Ай, Яр! – вскрикиваю так громко, что мы замираем в объятиях друг друга. - Почему так больно?

Он больше не двигается, почти не дышит, настороженно изучает меня, а потом с опаской и легким оттенком вины протягивает:

- Хор-роший вопрос….