Я устала быть сильной

14. Бабочки

– Я – адвокат, а не проститутка, – выдыхаю сердито.

Но теперь я начинаю сомневаться: а в то ли образование вложились мои родители, если за секс мне готовы заплатить такую сумму?

Внезапно вспоминаю предложение Архипа Евгеньевича. А зачем мне Басов, если можно поймать рыбку покрупнее? Правильно?

– Но, если, – понижаю голос и смахиваю невидимую пылинку с пиджака Рафаэля, опускаю взгляд, – ты захочешь со мной сотрудничать, как со специалистом, то расценки знаешь и знаешь, где меня найти.

– Ты издеваешься? – фыркает Рафаэль, снова вздернув мою голову за подбородок так, чтобы я смотрела ему в глаза. – Даже Доманский столько не берет.

– Ну, если я для тебя слишком дорогой адвокат, то у нас огромный штат специалистов на любой вкус и кошелек. – усмехаюсь.

– Ммм, – губы Рафаэля растягиваются в зловещей улыбке, – обожаю ультиматумы. Обсудим это позже. А сейчас расскажи, о чем вы говорили с Дэном.

– Это конфиденциальный разговор, – хмурюсь.

Пальцы на моем подбородке резко сжимаются.

Испуганно выдыхаю и машинально дергаюсь, но я будто в тисках.

– Когда дело касается жизни моего друга, мне плевать на конфиденциальность, – рычит Рафаэль тихо и снова ослабляет хватку. – Что он говорил?

– Что не уверен, что выживет, – шепчу и смотрю в черные зрачки, стремительно расползающиеся по синеве радужки. – И хочет, чтобы я защищала его женщину в суде, если потребуется. Больше ничего не скажу.

Рафаэль отпускает меня и лезет в карман за телефоном. Хочу побыстрее выйти из комнаты, но он, не глядя, придерживает меня за локоть.

– Подожди. – бросает мне и набирает номер, дожидается ответа. – Собирай всех. Оставь только охрану на доме и минимум на объектах. Точку скину. Замаскируйтесь там, чтобы не палиться. Таран тоже возьмите на всякий случай.

Мне кажется, мои глаза расширяются настолько, что вот-вот выпадут. Они что, будут штурмовать какое-то здание? И откуда у него таран?

– Ты поедешь с нами, – оборачивается Рафаэль, пристально глядя на меня и убирая телефон обратно в карман.

– З-зачем? – заикаюсь от неожиданности.

– Потом объясню. – усмехается он. – Стрелять умеешь?

– Нет! – отшатываюсь от него.

– Да не бойся, я пошутил, – улыбается Рафаэль весело. – Про стрелять. Дэну про то, что слышала, ни слова.

Выдыхаю и сердито хмурюсь, но, в то же время, мне немного льстит, что этот мужчина доверяет мне свои секреты.

Когда мы выходим из комнаты, в квартире уже больше людей, чем было до этого.

– Поговорили? – нетерпеливо уточняет Денис и смотрит на часы. – Рафаэль, поехали. Я буду ждать внизу.

– Да, идем, сейчас указания раздам. – кивает Рафаэль и, когда Денис выходит из квартиры, останавливается перед бритоголовыми бугаями, кивает на его дочь. – Диану в мой дом. Никого не впускать и не выпускать, кроме моей машины.

– Подождите, – в разговор влезает какой-то молодой парень в татуировках, – а я?

– А ты можешь идти домой, – вздыхает Рафаэль.

– Вообще-то, Денис Дмитриевич нанял меня телохранителем Дианы, – возмущается парень.

– Руслан, – перебивает его Рафаэль резко, – в мой дом может попасть только две категории людей: мои работники или мои друзья. Ты ни к одному из этих списков отношения не имеешь.

– Я вашу охрану уделал, – зло усмехается Руслан.

– Это ничего не меняет. Но, если ты вдруг надумаешь на меня работать…

– Три месяца, – тянет ладонь парень. – Максимум. Дальше по желанию.

– Договорились, – быстро соглашается Рафаэль и крепко жмет его руку. – Только сейчас твои таланты мне нужны в другом месте. Запиши адрес, приедешь – тебе выдадут снаряжение.

Руслан поднимает взгляд к потолку и тяжело вздыхает.

– А ты отличный кукловод, – усмехаюсь, когда мы выходим из квартиры и ждем лифт.

– Спасибо, – губы Рафаэля вздрагивают в улыбке. – Просто люблю добиваться желаемого.

– Это я заметила, – вздыхаю.

– Молодец. – Рафаэль пропускает меня в лифт, нажимает кнопку первого этажа и опирается ладонями в стенки по краям от меня, заключая в своеобразный капкан и заполняя собой все пространство. – Значит, я могу надеяться, что ты будешь послушной девочкой?

От близости его тела дыхание перехватывает. Пульс разгоняется и мне становится жарко, а в глазах темнеет, будто я словила паническую атаку. Стараюсь дышать медленнее и глубже, чтобы не показать волнения, но тело реагирует трепетом в животе. Если это так называемые “бабочки”, то они у меня явно какие-то нездоровые.

– Надежда умирает последней, – улыбаюсь сквозь силу и, к моему облегчению, двери лифта открываются.

Рафаэль со вздохом отталкивается от стенок и выходит первым, а я глубоко втягиваю воздух в легкие и медленно направляюсь следом.

– Ты сдурел? – повышает голос Денис, когда замечает Рафаэля и меня.