Я устала быть сильной

42. Чудо

– Нет, – вздыхаю с улыбкой. – Я обещала вести себя скромно, поэтому не могу вам позволить меня красть.

– Ммм, – задумчиво щурится Богдан. – Обычно я не спрашиваю разрешения, чтобы украсть понравившуюся женщину, но ты ставишь меня в тупик. Впервые?

– На таком мероприятии? – забираю свой бокал обратно. – Да. К слову, я ожидала чего-то более беспредельного и опасного. А тут все достаточно культурно.

– Да не то слово, – усмехается Зорин. – Ну, раз ты впервые моя гостья, то я расскажу тебе об одной традиции. К концу сходки я выбираю одну понравившуюся мне женщину и дарю ей подарок. Что-то типа приза зрительских симпатий. Мне кажется, я уже определился и хочу вручить его тебе.

– Ой, это как-то совсем неожиданно, – теряюсь и оборачиваюсь. – Тут очень много красивых девушек.

– Согласен, – кивает Богдан. – Но мое решение от этого не изменится. Пойдем?

– Я обещала скромно посидеть на диване, – озираюсь еще раз, ища глазами Чудовище. – Рафаэль будет ругаться.

– Я тебе открою один маленький секрет: твой спутник с таких мероприятий всегда уходит по-английски. Так что, чтобы не скучать в одиночестве, рекомендую тебе не отказываться от моего предложения и все-таки позволить себя украсть. – усмехается. – Поверь, подарок того стоит.

Закусываю губу. Конечно же, Рафаэль не мог меня бросить. Но, идея с подарком так заманчива. Одно то, что несмотря на обилие молодых и невероятно красивых женщин, приз достанется мне, очень льстит.

– Пойдем, – с прищуром змея-искусителя кивает мне Богдан и так обезоруживающе улыбается, что я решаюсь.

В конце концов, я не думаю, что это займет много времени, а Чудовищу будет полезно понервничать. Нечего было исчезать, так надолго оставляя меня без присмотра.

– Хорошо, – усмехаюсь и отставляю бокал. – Только не долго.

– Как скажешь, – хмыкает в бороду Богдан.

– А чем вы занимаетесь помимо казино? – уточняю, когда мы с Зориным, выйдя через боковую дверь, поднимаемся по широкой мраморной лестнице.

– Ты думаешь, мне его мало? – усмехается он, оборачиваясь на меня.

– Не знаю. – улыбаюсь. – Я просто не понимаю, на чем в казино строится доход.

– На холде. Казино забирает себе процент от выигрыша.

– И все? Это сколько же надо спустить, чтобы владельца казино не интересовал никакой другой заработок? – вздыхаю, а Богдан хохочет.

– Ты – чудо. – успокаивается, пропуская меня в коридор третьего, верхнего, этажа и показывая рукой на большую двухстворчатую дубовую дверь. – Проходи.

Бесстрашно сделав несколько шагов внутрь, сдуваюсь, потому что это… спальня. Большая дубовая кровать с балдахином в углу комнаты бросается в глаза не сразу. Притормаживаю, но мощная рука мягким прикосновением ладони к голой спине подталкивает меня внутрь.

– Вы здесь и живете? – испуганно оборачиваюсь и отступаю на всякий случай. Сама слышу, как мой голос вибрирует от скакнувшего адреналина.

– Нет, но иногда остаюсь на ночь. – пожимает плечами Богдан, захлопнув дверь, и проходит мимо меня к картине, низко висящей на стене.

Напряженно наблюдаю за ним. Не сразу замечаю электронный дисплей в углу. Надо же, так это сейф!

– Проходи, не стесняйся, – усмехается Зорин, стоя ко мне спиной.

Помедлив, подхожу ближе. Богдан достает что-то блестящее из сейфа и, захлопнув его, оборачивается. Смотрит на меня, снова склонив голову.

– Что-то не так? – хмурюсь, сжимая клатч крепче.

– Все так, – улыбается и кивает мне на шкаф с зеркалом. – Пошли, я хочу сам примерить.

Покосившись, глубоко вдыхаю, стараясь успокоиться, и все же направляюсь в сторону шкафа. Тем более, он в другой стороне от кровати.

– Вставай вот так, – разворачивает меня лицом к зеркалу Богдан, стоя за моей спиной.

Разглядываю его отражение и запоздало замечаю в нем хищные, опасные черты.

– Это ободок? – нервно усмехаюсь, когда он поднимает над моей головой широкую полоску кожи, инкрустированную сверкающими камнями.

– Нет, – перекинув мне ее через голову, Зорин прикладывает украшение к шее и застегивает.

– А, чокер! – улыбаюсь и опускаю голову, чтобы ему было проще совладать с застежкой.

– Нет, это ошейник с бриллиантами, – хмыкает Богдан сзади.

Вздрагиваю и выпрямляюсь, прикасаясь к горлу, на котором красуется тяжелое массивное украшение.

– Ну, стилисты называют это чокером. – улыбаюсь коротко и с надеждой смотрю на Зорина, разворачиваясь к нему.

– Это ошейник, – терпеливо повторяет он. – Это означает, что теперь ты принадлежишь мне. Раздевайся, я хочу оценить твою красоту полностью.

– Я… – таращусь на него, теряясь. – Я не проститутка.

– Конечно, нет. – Богдан протягивает ладонь к моему лицу и медленно проводит по щеке. – Ты – экзотический цветок в моей оранжерее.

Вздрогнув, пытаюсь отстраниться, но Зорин реагирует моментально и притягивает к себе, обхватив за затылок. Смотрю в черные-черные бездонные глаза и задыхаюсь от ужаса.

– Я – адвокат, – шепчу, теряя голос.

– Значит, я сегодня буду трахать адвоката.