Я метнулась к столу, схватила первое попавшееся по руку — вилку и без колебаний прижала её к его паху.
Он замер.
— Шагнешь ещё ближе — останешься без яиц, — прошипела я, сжимая вилку сильнее.
Наши взгляды встретились.
В его глазах мелькнуло удивление, но потом он медленно поднял руки вверх и рассмеялся.
— Ладно-ладно, вижу, ты женщина сильная, серьёзная. Таких я уважаю.
Я не расслаблялась. Мало ли, что у этого чёрта на уме.
— Дрова. Еда. Всё, что я просила. Немедленно.
— Конечно, — он хмыкнул и попятился назад к шкафу. — Чего сразу так на ножи-то?
Он сложил охапку дров, достал мешок с чем-то съестным, затем порылся в сундуке и вытащил два кристалла.
— Этот для огня, — он кинул мне первый, — этот светится в темноте. В подарок.
Я сдержанно кивнула, спрятала кристаллы в узел и подхватила дрова.
— Если что ещё понадобится — обращайся, — добавил он. — Но не бесплатно.
Я не ответила, просто забрала то, что мне причиталось, вышла и со всех ног рванула к дому.
Дом встретил темнотой и холодом.
Я захлопнула дверь, быстро сложила дрова в печь. Достала кристалл, потёрла его пальцами, как показывал мужик, и вспыхнуло пламя.
Огонь затрещал, разгоняя мрак.
Я огляделась. Свет от второго кристалла позволил мне немного рассмотреть жилище.
В углу заваливалась набок сломаная табуретка, на стенах висели кривые полки с какими-то непонятными предметами. Я нашла несколько металлических котелков, пыльных, но целых.
Осторожно открыла мешок с едой.
Там было что-то вроде сушеного мяса, несколько морщинистых корнеплодов и крупа.
«Ну, на первое время хватит».
Я растопила снег, порезала кое-как мясо и «овощи», бросила их в котелок.
Пока всё кипело, я села рядом с Лариссом. Его дыхание было ровнее, но всё ещё тяжёлым.
Я взяла его за руку, сжала.
— Мы справимся, — прошептала я. — Мы должны.
Так я и сидела рядом с Лариссом, держа его за руку, пока котелок с едой тихонько побулькивал в печи. Тепло медленно начинало распространяться по дому, но холод все еще цеплялся за нас и пробирал до костей.
Ларисс пошевелился, едва слышно застонал.
— Эй… — я наклонилась ближе. — Ты меня слышишь?
Он приоткрыл глаза. Багряные зрачки были мутными, взгляд расфокусированным.
— Где… — его голос был хриплым, слабым.
— В каком-то богом забытом месте, — буркнула я, поправляя одеяло на его груди. — Ты был без сознания.
Он поморщился, словно пытался что-то вспомнить.
— Владыка…
— Лишил тебя сил, — я постаралась говорить ровно, но в горле встал ком. — И отправил нас в это… запределье.
Ларисс закрыл глаза, его лицо исказилось от боли, но, кажется, не физической.
— Ларисс, — я тряхнула его за плечо, — не смей отключаться снова!
Он тяжело вздохнул и посмотрел на меня.
— Прости…
Я моргнула.
— За что?
— За всё.
Я сжала челюсти.
— Не сейчас. Ты должен прийти в себя.
Он попытался слабо улыбнуться, но получилось криво.
— Ты... злишься?
Я выдохнула, провела пальцами по его волосам.
— Я разберусь с этим позже. Сейчас главное — еда и тепло.
Я встала, зачерпнула похлебку и принесла ему.
— Давай, попробуй.
Он медленно сел, прижав руку к груди, но мне не понравилось, как он напрягся.
Я взяла ложку, поднесла ко рту.
— Ешь.
Ларисс медленно открыл рот, позволив мне накормить его. Он не сводил с меня глаз, словно пытался понять, что я чувствую.
Я и сама не знала. Злилась ли я на него? Наверное.
Но сейчас было не до эмоций.
Когда он поел, я уложила его обратно и накрыла еще одним потрепанным покрывалом.
Потом села у огня, скрестив ноги.
Пламя гипнотизировало, но мысли не давали покоя.
— Ты ведь выживешь, да? — тихо спросила я, не оборачиваясь.
Ларисс молчал.
Я посмотрела на него через плечо.
— Если ты умрешь, то я тебя прибью, ясно?
Едва слышный смешок.
— Я постараюсь не умирать, — пробормотал он, прежде чем снова провалиться в сон.
Я вздохнула, подтянула колени к груди.
Теперь мы здесь.
Одни.
В суровом мире, о котором я ничего не знала.
Но если судьба решила бросить мне вызов, то я не собиралась сдаваться.
Я подбросила в печь еще несколько поленьев, глядя, как огонь жадно охватывает древесину, разгораясь ярче. В комнате стало теплее, но холод все еще сквозил откуда-то снизу.
Ларисс лежал на кровати, если эту хлипкую конструкцию вообще можно было так назвать. Он выглядел чуть лучше: хотя бы смог доесть похлебку и теперь просто молча смотрел в потолок. Я вздохнула, забралась под шкуры и осторожно придвинулась ближе.
— Вот уж не думала, что наш медовый месяц пройдет именно так, — пробормотала я, устраиваясь рядом.
Ларисс слабо фыркнул.
— И я не думал... — мне показалось, что голос демона становился всё тише и слабее.
Ларисс криво усмехнулся.
— Владыка умеет делать сюрпризы.
— Еще какие, — пробормотала я, зябко поежившись.
Я придвинулась ближе, забралась почти на него, зарылась носом в его шею. Ларисс замер, потом тяжело вздохнул и слабо сжал меня в руках, словно оберегая.
— Спи, — прошептал он.
Я не ответила, просто сильнее прижалась. Сил больше не оставалось, да и эмоций тоже. Только тепло его тела, чуть хрипловатое дыхание у моего уха, усталость и… странное, незнакомое чувство.
Будто мы больше не на чужой территории.
Будто мы теперь только вдвоем.
Я закрыла глаза.
Кровать еще раз скрипнула, но, к счастью, выдержала.