Моё платье всё ещё было влажным от снега, а на лице ощущалась неприятная липкость после стресса и беготни туда-сюда. Я снова взяла ведро и направилась за снегом.
Выйдя за порог, огляделась на всякий слуяай. Всё было тихо, только лёгкий ветер раскачивал ветви деревьев. Но тревожное чувство так и не отпускало.
Я зачерпнула полное ведро чистого снега и поспешила обратно в дом. Закрыв дверь, поставила ведро у печи — пусть потихоньку таит.
Дождавшись когда снег превратится в воду, достала чистую ткань, смочила её в тёплой воде и вернулась к Лариссу. Осторожно провела по его лицу, убирая следы пота. Он не сопротивлялся, только тихо вздохнул.
— Лучше?
— Гораздо… Спасибо, Тамара…
Я улыбнулась и продолжила обтирать его шею, грудь, руки — осторожно, чтобы не причинить дискомфорта. Когда закончила, сменила ему рубаху на чистую, а потом сама переоделась в сухую одежду.
Наконец, устроившись рядом, я глубоко вздохнула.
— Мы справимся, да?
Ларисс чуть повернул голову и посмотрел на меня.
— Конечно. Мы уже справляемся.
Я улыбнулась, ощущая, как тревога немного отпускает. Как бы ни было сложно, теперь я знала: я не одна.
На следующий день Лариссу действительно стало лучше. Он уже мог сидеть без посторонней помощи, самостоятельно есть и даже ненадолго вставать. Конечно, долго на ногах не держался, но всё же это был огромный прогресс. Подбадривала я его как могла, всё таки движение это жизнь.
Я наблюдала, как он осторожно отпивает воду из кружки, а потом с довольным вздохом откидывается на подушки. В глазах тёплый блеск, а на губах слабая, но такая довольная улыбка.
— Всё благодаря тебе, Тамара, — вдруг сказал он, глядя прямо на меня.
— Ну, я старалась, — пожала я плечами, пряча смущённую улыбку.
— Нет, ты не просто старалась, ты спасла меня. Заботилась, рисковала — он усмехнулся, но потом посерьёзнел. — Я горжусь тобой, горжусь тем, что именно ты моя жена.
Сердце как-то странно сжалось. Слова прозвучали так искренне, что я даже не сразу нашлась, что ответить.
— Ну… кто-то же должен был тебя вытащить из этой задницы, мой генерал, — пробормотала я, пряча взгляд.
— Да уж. Хорошо, что этим «кем-то» оказалась именно ты.
Чёрт, почему от этих слов мне вдруг стало так тепло?
Я отвернулась, делая вид, что что-то поправляю на столе. В груди разливалось странное чувство… нежность? Радость? Или… или я влюбилась?!
Вот ведь… я и правда начала привязываться к этому упрямому, проблемному демону.
Но едва я успела опомниться от своих мыслей, как этот самый демон решил, что раз ему чуть получше, то пора начинать свои обычные развлечения.
— Тамара, иди сюда.
— Чего тебе? — насторожилась я, оборачиваясь.
Но Ларисс только лениво потянулся, устраиваясь поудобнее.
— Хочу тебя рядом.
— Ты ещё слабый, отдыхай.
— Так ты же всегда говоришь, что движение это жизнь. Дай мне подвигаться немного… — он ухмыльнулся и протянул ко мне руку.
Я фыркнула, но всё же подошла. Только вот стоило мне оказаться рядом, как сильные пальцы обхватили меня за запястье, а через секунду я уже сидела у него на коленях.
— Эй! — возмутилась я, но он лишь довольно зарычал, зарываясь лицом в мои волосы.
— Удивительно… ещё вчера я был почти при смерти, а сейчас держу в руках свою любимую жену. Кажется, жизнь налаживается.
— Любимую? — переспросила я, прищурившись, а у самой сердце из груди уже готово было выпрыгнуть.
— А что, ты сомневаешься? — он приподнял бровь, наклоняясь ближе.
— Ну не знаю, не знаю…
— Не сомневайся, я покажу тебе свою любовь, докажу, что достоин быть рядом с такой женщиной как ты.
Он сказал это так серьезно, что я моментально покраснела.
— Ларисс, тебе нужно беречь силы… — попыталась я воззвать к его разуму.
— Вот и берегу, набираюсь энергии… — прошептал он, скользнув губами к моему уху.
Вот же жеребец покалеченный! Едва силы начали возвращаться, как сразу ко мне приставать начал!
Я собралась было возмутиться, но в следующее мгновение его губы прикоснулись к моей шее, и все мои мысли разом улетучились…
Ларисс не торопился. Его губы скользили по моему телу, оставляя за собой тёплые поцелуи, пальцы медленно пробегались по изгибам спины.
— Знаешь… — его голос звучал низко, хрипло, — мне казалось, что я уже не очнусь. Что всё… конец.
Он на мгновение замер, прижимая меня к себе ближе. Я чувствовала, как его сердце стучит под моей ладонью.
— Но ты не позволила мне уйти, Тамара.
Я хотела что-то сказать, но он вдруг накрыл мои губы своими, поцелуй был глубоким, чувственным. Это была благодарность. Это была нежность. Это была… любовь…
Я растворилась в этом поцелуе. В тепле его тела, в силе его рук, которые осторожно, но уверенно сжимали меня.
Он не торопился. Будто хотел запомнить каждое мгновение, каждый изгиб моего тела, каждый вздох, каждый стон. Его губы, горячие и настойчивые, скользили по моему плечу, а пальцы медленно развязывали шнуровку платья.
— Позволь мне отблагодарить тебя… — прошептал он, легко касаясь губами моего виска.
Я задрожала. Не от холода. От желания.
Я почувствовала, как он осторожно опускает меня на кровать, как скользит ладонью по моему бедру, как его дыхание срывается, когда я прижимаюсь к нему крепче.
— Ты моя, Тамара…
— А ты, мой генерал…
Следующие дни тянулись медленно.
Ларисс с каждым часом становился всё крепче. Он уже мог нормально ходить, подолгу сидеть у печи, даже что-то помогать по дому, хотя я и не позволяла ему слишком нагружаться.
А вот мне стало скучно.
Я пыталась найти себе занятие: готовила, убиралась, стирала, перетряхивала купленные вещи, но все дела быстро заканчивались, а сидеть без дела было просто невыносимо. Я ходила из угла в угол, злилась на себя за нетерпеливость, потом бралась за шитьё и пыталась сшить из ткани простыни.
Но всё это не помогало отвлечься. Мы ждали вестей от Ориса. И ожидание изматывало.