Замуж за Орка (не) по своей воле (СИ)

Глава 11

Новый поцелуй был совсем не лаской: орк нарочно хотел причинить мне боль. Наказать за что-то. Мысли метались, я чувствовала во рту привкус крови, и так как знала, что это не его кровь, то поняла, что моя. И чем больше я вырывалась, пытаясь остановить это безумие, тем злее становился орк. Свободной рукой он уже почти лишил меня платья, задрав подол до пояса. Я чувствовала его возбуждение, и в голове проносились слова: «Привыкай ублажать меня, но о втором ребёнке даже и не мечтай!»

Первоначально я не верила, что он реально это сделает!

Прямо здесь изнасилует меня?!

Нет!

Пусть я ничего не помнила, пусть он мой муж и сильнее меня, но так не должно быть! Я не заслужила такого отношения, я спасла ему жизнь, а он?!

А он целенаправленно шёл к своей цели: опёрся на локти, ослабляя тяжесть своего тела, и приподнялся. Только не для того, чтобы освободить меня, а чтобы снять лишнюю одежду с себя. При этом он не ослабил хватку и по-прежнему фиксировал мои руки и ноги.

Понимая, что ещё чуть-чуть, и он сделает задуманное, я начала ещё яростнее вырываться, впилась ногтями в его ладонь. Но эффекта не было. И тут у меня мелькнула мысль о кинжале. О том самом, маленьком, но таком кровожадном ноже, который Рзо насмешливо называл зубочисткой.

Стоило лишь подумать о нём и по наитию раскрыть ладонь, как я почувствовала знакомое тепло. Как это случилось, я не поняла, но вот уже сжимала в ладони знакомую рукоять и, не задумываясь, начала тыкать лезвием по руке орка.

«Зубочистка» оказалась опасным оружием.

Не поняв, что точно произошло, орк освободил мои запястья и, подскочив на ноги, снова ринулся в воду. Всё произошло молниеносно: он двумя руками прижимал меня к себе и вертел головой чуть ли на все триста шестьдесят градусов, ища угрозу. Ему и в голову не пришло, что это сделал я.

И лишь когда он почувствовал давление лезвия на своей шее, посмотрел на меня. Снова его глаза были полны ненависти.

— Ты посмела забрать свой кинжал у меня, пока я был в отключке! Женщина, ты не имела права этого делать! — прорычал орк, выходя из воды.

К слову, он успел зайти в реку почти по плечи, и снова моё платье намокло. Хотя за последнее время я уже привыкла к этому. Мокрая ткань липла к телу, и мне снова стало холодно. Стараясь не стучать зубами, я, не отводя взгляда от лица разъярённого орка, сглотнула кровавую слюну и ответила:

— А ты не имеешь права насиловать меня!

— Ты моя жена! И если раньше твои обязанности выполняла Оласа, то сейчас, пока я не возьму себе вторую жену или не выберу наложницу, тебе придётся делить со мной ложе.

Он шёл по пляжу и говорил со мной так спокойно, будто и не чувствовал опасности от прижатого к его горлу острого лезвия кинжала. А меня возмущали его слова про жён и наложниц. Я не знала, кто такая эта Оласа, но уже ненавидела её.

— Делить ложе? Изнасилование на песке — это не исполнение супружеского долга. Это насилие! Я не позволю тебе насиловать меня! — гордо заявила я.

При этом мне приходилось одной рукой держаться за его шею, а второй всё ещё сжимать рукоять кинжала. И снова в голове были уже знакомые кровавые картинки.

Орк, в принципе, мог просто отбросить меня в сторону и тем самым обезопасить свою шею. Но он этого не сделал, лишь сильнее прижал меня двумя руками и, свернув с пляжа, пошёл в сторону леса.

— Значит, тебе можно целовать меня на том же песке и тереться своим телом об меня, а мне нельзя?! — зло усмехнулся орк, и его лапища скользнула от коленок по ноге и сжала всё ещё оголённое бедро.

— Неправда! — завопила я, и забывшись, начала одёргивать подол и отталкивать руку орка.

— Убери свой кинжал в ножны, а то поранишься сама! — рыкнул громила и снова подхватил меня под коленки. — Иначе перекину через плечо и понесу, как мешок!

— Поставь меня на землю, и я пойду сама, — сказала я, и, вспомнив, для чего мне нужен кинжал, снова приставила его к шее орка. — Не заставляй меня проливать твою кровь!

— Ты забыла? Моя кровь — это твоя кровь. Умру я — умрёшь и ты! Брачный браслет убьёт тебя, как только моё сердце перестанет биться. Так что поаккуратней со своей игрушкой. Если хочешь ещё пожить.

Слова орка ввели меня в ступор. Получалось, что, спасая его там, на берегу, я реально спасала себя. Но я ведь этого не знала! Только никто в это не поверит. Все решат, что я заботилась лишь о себе.

Почему-то эта мысль меня сильно расстроила. Но показывать это орку я не хотела. Рука, в которой был кинжал, дрогнула. Кровожадный клинок по-прежнему тянулся к почти невидимой артерии на бычьей шее зелёного громилы, а кровавые картинки так и мелькали в голове. Поэтому от греха подальше я опустила руку.

Орк никак не прокомментировал это, целенаправленно куда-то шагая. Как он ориентировался в тёмном лесу, не знаю. Для меня тут всё было одинаково и вообще темно. Если на пляже хотя бы был ещё поздний вечер, то стоило нам войти в лес, как тут же настала ночь.

— Поставь меня, я сама пойду, — повторила я, но уже без угрозы.

— Ты поранишь свои ноги. У тебя слишком тонкая кожа, — ответил орк, даже не посмотрев на меня.

Но я почувствовала движение его пальцев по коленкам и на спине, будто он проверял правдивость своих же слов. И, кажется, он получал от этого действия удовольствие, потому что движения эти повторились.

— Странно, что боги подарили тебе такую нежную кожу и такое красивое тело, но при этом лишили тебя сердца и очернили твою душу, — изрёк орк, и, посмотрев на кинжал в моей руке, добавил: — Призови ножны и убери его в них, мы почти пришли. А увидев в твоей руке оружие, любой будет вправе достать своё и потребовать твоей крови!

Хотела уже было спросить, что значит «призвать ножны», но не решилась и снова понадеялась на удачу. Вдруг получится самой разобраться с этим «призвать»? Ведь с кинжалом получилось.

Разжала пальцы и отпустила шею орка. Прижала свободную руку к груди и, закрыв глаза, представила ножны. И так же, как и с кинжалом, это сработало быстро. Вот уже они в моей руке — я почувствовала прохладу метала и выдохнула, спрятав сам кинжал в ножны. Радостная от того, что получилось, я раскрыла глаза и посмотрела вверх.

И тут же забыла, о чём хотела спросить или что хотела сказать орку. Потому что встретилась с его задумчивым взглядом. Он умудрялся идти, не смотря вперёд, и при этом не сбиваться с пути. Хотела попросить его, чтобы перестал так пристально смотреть на меня. Но вот он что-то решил и сказал, кивнув на кинжал:

— Можешь не возвращать его мне. Приложи к браслету. Он, как и раньше, станет невидимым. И во благо дочери, не маши им направо и налево. Многие в клане надеялись, что мы сгинем в Долине Смерти. Не давай другим повод убить себя, ты нужна Карате. Только ты сможешь возродить в ней магию, отдав свою!

Из слов орка я снова не поняла и половины. Но хотя бы вспомнила про браслет на левом предплечье, который я вообще не ощущала, но по которому меня узнал тот эльф-аристократ. Следуя подсказке орка, я приложила ножны к красивому серебряному браслету и поразилась, как легко это получилось. Кинжал будто встал в пазы и тут же исчез, растворился. Но стоило мне прикоснуться к браслету рукой и подумать о кинжале, как он снова становился видимым.

Это было забавно, но пришлось заставить себя остановиться, а то орк точно решил бы, что я ударилась головой.

— Поправь подол и обними меня за шею. С отцом буду говорить только я, а ты молчи. Про дочь будут спрашивать, отвечать тоже буду я. Поняла?!

Ничего не поняв, я всё же кивнула и, поправив подол, смогла дотянуть его до колен и прикрыть ноги. Потом уже обняла орка за шею двумя руками.

— А малышка? — спросила я, потому что как-то боязно мне стало за нашу девочку после слов орка.

— Рзо не даст Карату в обиду. Он, скорее всего, спрятал её у ведьмы клана. Потом я сам схожу к старой Сувире и заберу её.

Не успела я ответить, как мы вышли из леса и оказались на открытой местности. Высокий забор из брёвен закрывал вид, но пламя множества костров освещало большую поляну, на которой расположилось поселение орков.

— Старший сын Кагана вернулся! — закричал кто-то.

— Крагтаранг! — тут же подхватил кто-то ещё.

Мой орк молча шёл к раскрытым воротам.

— Зовите вождя! — прогремел чей-то бас со смотровой башни, и ворота начали закрываться.

Зелёный громила не ускорил шаг, лишь сильнее прижал меня к своей груди и тихо сказал:

— Что бы ни случилось, не вынимай свой кинжал из ножен! Лучше вообще не показывай его никому!

— Чужаки! — снова пробасил кто-то и начал отдавать приказы: — Стража! Приготовиться! Это морок! Эльфийская ведьма! Убить её!