Замуж за Орка (не) по своей воле (СИ)

Глава 46

Неосознанно я убрала руку за спину и подумала о кинжале.

— Убери! — сказал тихо Рзо и размял пальцы, а потом сжал их в кулаки.

Мысленно убрав кинжал в ножны, положила руку на спину Тара. Мой орк дышал глубоко, его кожа была горячей, это дарило спокойствие. Оберег на груди жёг кожу, но я не чувствовала боли, потому что Тар не только делился со мной своей силой, он забирал мою боль. И не только физическую — именно в этот момент я поняла это.

Разве для той, которую ненавидят, делают такое?

Об эльфе-аристократе я старалась не думать и не смотреть в сторону приближающихся всадников. Осмотрелась и представила себе, что они видят.

Эльфы явились нежданно, и вот вождь орков встречает их, сидя на троне в окружении своей семьи.

Младший брат Тара стоял с той же стороны трона, что и мы. С другой стороны стояли Рвал, Карбелий и Мэгра, точнее наоборот: средний сын Хальриты охранял свою рыжую и с краю встал сам. По мне, так рыжая орчанка могла и сама за себя постоять, но ей нравилось, как поступил её муж. Я поняла это по её взгляду. Уж не знаю, что могло случиться между ними с того момента, как он унёс её связанную с берега, и до того, как она заявила всем, что они не просто муж и жена. Она Лемна Мэгра! Получалось, что он обязан ей жизнью и в их союзе она главнее, несмотря на то, что он больше и сильнее. И Карбелия это не слишком заботило, походу. По крайней мере, этот зелёный бугай никак не выказывал своего недовольства.

Все братья выглядели устрашающе. Впрочем, даже младенец на руках у вождя не лишал отца Тара мужественности. Орк-гора Каган был способен внушить страх врагам и сидя с ребёнком на руках и миниатюрной женщиной на коленях. Стоило ему свести брови и оскалить огромные клыки, а затем ещё и пробасить свои могучим голосом, как я вспомнила нашу первую встречу и испытанный тогда страх.

Именно таким вождь орков и предстал перед гостями.

Приветствуя короля эльфов, Каган не встал с трона и не поклонился до земли. Вождь сказал длинную витиеватую речь (чего я точно не ожидала от орка), а закончил её словами:

— Это великий день! И я рад любым гостям, пришедшим в мой дом в этот день. Ведь я могу поделиться с вами нашей радостью. У моего первого сына родился первый сын! Его нарекли Эр Катон.

— Это благая весть! — ответил король эльфов и поднял одну руку, обращаясь к небесам: — Боги Межмирья предрекали моей дочери и твоему сыну рождение лишь одного ребёнка, но я рад, что они передумали и наградили их ещё и сыном помимо дочери. Мальчик — это наследник, продолжатель рода. Теперь в крови вождей вашего клана будет и наша благородная кровь. Уверен, Эр Катон станет великим вождём!

— Ну может, боги ещё и передумают. И Эйтоуроса ещё родит сына — какие их года. Вот только он уже будет вторым сыном Эр Крагтаранга, — ухмыляясь, ответил Каган. — Но не стоит расстраиваться, уверен, у вас найдутся ещё принцессы королевских кровей, и мы снова породнимся. И уже сын Катона сможет сказать, что его мать — благородная эльфийка королевских кровей!

На то, чтобы обработать полученную информацию, отцу Эу понадобилось не так много времени. Его благородное лицо на долю секунды исказила гримаса гнева, но он быстро взял эмоции под контроль.

— Боги не ошибаются в своих решениях, — спокойно произнёс король эльфов.

— Полностью согласен с тобой, сват! — пробасил Каган, нарочно перейдя с официального обращения на родственное, так сказать. — Да вечные им лета, а нам — их благость во веки веков!

Мысленно я добавила «Аминь», но вслух, конечно же, не произнесла ни звука. Я видела, как перестроились сопровождающие и тот самый эльф-аристократ теперь стоял уже подле короля и что-то ему тихо говорил.

— Вождь Каган, мы прибыли к вам, получив весть о возвращении из Долины Смерти нашей любимой дочери с супругом и нашей внучкой, — пафосно заговорил король, резко сменив тему. — Мы с нетерпением ждали этого дня, чтобы познакомиться, увидеть это дитя — дар богов. Узреть в ней надежду и убедиться, что пророчество было истолковано верно, что ребёнок, рождённый в этом браке, получил ту силу, о которой говорилось в пророчестве.

И говоря «мы», он имел в виду именно себя любимого, в этом я не сомневалась. Но не это меня тревожило: я всё ждала, когда король напрямую скажет, зачем они явились. Уж точно не просто посмотреть! Но отец-эльф не спешил открыто заявлять права на внучку. Как ни странно, он не смотрел на меня при разговоре с вождём орков, он смотрел и обращался напрямую к нему и ни к кому более. Видать, считал, что лишь вождь достоин того, чтобы с ним говорить. Или же у него были другие причины не смотреть именно на меня? Этого я пока не знала.

— Поэтому вы явились раньше и не по воде, как было оговорено ранее? — спросил вождь. Передав внука супруге, он освободил руку и демонстративно сжал кулак. — Благо мы ждали гостей, и потому мои стражники не изрешетили вас: тебя, дорогой сват, и твою свиту!

— Уверен, ведьма сообщила о нашем прибытии! — резко ответил король.

Его взгляд, брошенный на Сувиру, был полон ненависти. Ведьма же ответила ему не только взглядом, но и словом. Вот уж кто не имел никакого уважения и смирения перед ушастым королём, и мог это продемонстрировать, не боясь обратки.

— Смрадный запах вашей эльфийской магии я почуяла, как только вы вышли из портала, Ваше Величество! — прохрипела старуха и поправила болтающееся ухо. — А топот ваших копыт меня чуть не оглушил окончательно!

— Молчи! Закрой свой поганый рот, старая болотная мерзость! — сказал кто-то из свиты и попытался затоптать ведьму, направив свою лошадь на неё.

— Лорд Сайринал, не стоит пачкать копыта благородного животного гнилой кровью, — остановил король прыткого эльфа. — Боги Межмирья соблюдают закон равновесия, поэтому пусть живёт.

— Всё верно, ведь если что-то случится с нашей ведьмой, то это же может случиться и с любым из ваших подданных, дорогой сват! — пробасил Каган, разжав и снова сжав кулак.

— Спасибо за милость и заботу, сир! — прохрипела Сувира и поклонилась вождю орков. — Моя магия всегда к вашим услугам, великий Каган!

Эта маленькая перепалка должна была накалить обстановку, но я, наоборот, почувствовала облегчение. Ведьма демонстрировала своё неуважение, и при этом вождь поощрял её и давал понять, что она под его защитой. Ну а обращение «сир» явно должно было быть использовано к королю, и Сувира это знала.

Королю эльфов пришлось сделать вид, что инцидент исчерпан, и он перешёл к более важной теме. Наконец-то заговорив об истинной причине своего визита.

— Эльфийская магия — самая древняя и самая сильная в Межмирье, и спорить об этом нет смысла. Ваша ведьма когда-то была эльфийкой, её магия имеет наши корни, и она обучалась этой науке с малолетства. Её наставниками были эльфы, магистры магии. Именно поэтому мы прибыли за нашей внучкой. Это дитя — надежда Межмирья, и пока она ещё юна и не познала всех азов магии, ей нужны наставники, способные помочь обуздать магию всех стихий!

Выслушав речь короля эльфов, Каган уже не просто сжал кулак. Вождь что-то тихо сказал Хальрите. Серокожая орчанка встала с его колен и вместе с ребёнком скрылась за широкой спинкой золотого трона. Помимо этого, Карбелий отвёл Мэгру за свою спину, а Тар закрыл меня полностью своей. Положив руку на холку Снежинки, он без слов приказал ей сделать два шага назад. Осмотревшись вокруг, я поняла, что так же поступили все орки. Теперь круглая площадка оказалась оцеплена плотной стеной из массивных тел зелёных орков-воинов. Женщины и дети были укрыты за широкими спинами мужчин.

Король эльфов со своей свитой стоял почти в центре напротив деревянного помоста. И пока Каган сидел на троне, лица короля и вождя были на одном уровне. Но стоило вождю подняться во весь рост, и теперь уже орк смотрел на эльфа сверху вниз.

— Ты хочешь сказать, что пришёл забрать дочь Эр Крагтаранга? — переспросил вождь, обратившись к королю эльфов. — Забрать Карату, мою внучку, потому что считаешь, что её некому обучить магии стихий? Пришёл в мой дом, чтобы забрать то, что тебе не принадлежит?