Академия в Тридевятом царстве, или Понаехало тут попаданок!

Глава 55

Нет, конечно, с первого раза даже волшебный меч такую махину, как этот дуб, разрубить не смог. Оно и понятно, ведь ствол дерева, на котором, как какая-то сосиска в оболочке, моталась Маруся, и втроём было непросто руками обхватить. Но на то «меч-леденец» и был артефактом, чтобы рано или поздно это всё же случилось.

И девушке пришлось думать интенсивнее, чтобы и впрямь не оказаться тем самым сундуком, который разлетится на щепки, едва столкнётся с землёй. Но что можно было сделать в столь безвыходной ситуации?! Ведь кроме как огромной деревяшки, подвешенной на цепях, её друзья ничего не видели!

Но помирать всё равно не хотелось, и Маруся решила сражаться до последнего.

Присмотревшись к Кощею, она заметила, что тот едва шевелит губами. Скорее всего, он читал какое-то заклинание, чтобы поддерживать видимость иллюзии! А это значило, что его нужно было обезвредить в первую очередь… Вот только что она могла сделать в таком положении? Пока что только наблюдать.

Елисей, размахнувшись в очередной раз, вновь долбанул по толстому дубу, и в этот раз удар был таким сильным, что Кощей едва не свалился, покачнувшись. В этот момент что-то незримо изменилось, словно иллюзия поплыла и исказилась, и у Маруси уже появилась надежда, но потом всё вернулось на круги своя. И ректор вернулся на своё место, продолжив плести своё заклинание.

Но девушка, кажется, поняла, что ей нужно теперь делать…

Перестав раскачиваться, Маруся попыталась ослабить свои путы в районе рук и, о чудо! Ей это удалось! Делала она это крайне осторожно, всё время поглядывая на своего мучителя, но тот был так увлечён растратой своей магии, что, кажется, ничего не заметил.

— Давай, Елисей, ещё чуть-чуть… — подбадривала Алёнка раскрасневшегося и вспотевшего парня, и Маруся поняла, что времени у неё ещё меньше, чем она думала.

Нащупав в одном кармане клубочек, что всё это время находился вместе с ней в ловушке, а в другом письмо, что передала ей дочь Кощея, она ещё чуть ослабила казавшиеся поначалу весьма крепкие верёвки. Но то ли она так хотела жить, то ли магия Кощея и в самом деле начала ослабевать, они поддались ей вновь. И вот, полностью освободив обе верхние конечности, Маруся, прицелившись, швырнула Тузика прямо в лоб Кощея. И как только тот вскинул удивлённые брови, уставившись на девушку, она, развернув письмецо, дунула на него со всей силы, посылая волшебную пыль, заботливо предоставленную «любящей» дочерью «дорогому» отцу, насколько это было возможно.

Тот, не ожидав подобного подвоха, на этот раз свалился с ветки. Но так совпало, что в тот же миг Елисей нанёс свой последний удар, который, наконец, смог разрубить ствол векового дуба и тот, заскрипев, начал заваливаться на бок. И Маруся полетела вниз вместе с ним.

Кощей, однако, шмякнулся первым, чем напугал всю честную компанию, а дуб уже приземлился на него сверху. Всё происходило настолько быстро, что Маруся толком и не поняла, увидели ли её друзья в истинном облике или она для них по-прежнему была сундуком. Жаль, но выяснить ей это так и не удалось, потому как последнее, что она почувствовала — это удар о землю, после которого она уже ничего совсем не ощущала, ибо потеряла сознание.

***

В глазах троилось, и всё же Маруся попыталась подняться. Боль и головокружение то и дело возвращали её в исходное положение, в бане было жарко и сыро, а на полу ещё и весьма некомфортно. Сколько же она здесь пролежала? И как вообще здесь оказалась?..

Осознание пришло чуть позже. Деревня, баня, родной мир…

Нет! Только не это!

Вот сейчас Маруся вскочила, словно ошпаренная. Неужели ей всё это привиделось?! И Елисей, и Академия в Тридевятом царстве, и друзья подруги? И недруги, чёрт бы их побрал! А ведь столько надежд было на эту новую, совершенно иную жизнь! И женихи… Женихов-то сколько! А, оказывается, всё это было просто фантазией, вызванной последствиями удара головой об пол… Обидно-то как! Аж до слёз…

Не желая мириться с происходящим и всё ещё на что-то надеясь, она бросилась к двери, когда услышала позади себя ехидный смешок. Замерла, решив вначале, что он ей показался…

— Что-то ты рановато… — произнесло лохматое существо в каких-то отрепьях, и вскоре Маруся узнала в нём того самого банника, которому она по башке хорошенько приложила!

Значит, не показалось! Значит… Сердце бешено заколотилось в груди. Маруся развернулась к нему всем корпусом и пошла, словно танк, не видящий преград на пути к победе.

— Так это ты меня из того мира вытащил, интриган старый!

— Что ты! Что ты! — тут же запротестовал тот, на всякий случай делая пару шагов назад. — Я тебя как раз-таки туда отправил! А уж выбралась ты сама…

— А ну, отправляй меня обратно! — потребовала Маруся, ища взглядом знакомое полено. — Не то я тебя, ух!..

— Тише ты, глупая! — призвал её к спокойствию банник. — Ну что ты кричишь? Этим точно делу не поможешь!

— Да что бы ты понимал! — всхлипнув, неожиданно даже для себя, разревелась Маруся, чем вызвала полное недоумение на лице местной нечисти. — У меня там учёба, женихи, подруги! Аааааа…

В пору было головой об стенку биться, но тут банник ещё подлил масла в огонь.

— Не реви! Всё равно уж ничего не изменишь… Там и время-то по-иному течёт, быстрее, чем у нас здесь…

— Намного?! — Маруся задержала дыхание для очередного приступа плача.

— Сам не знаю, — пожал тот плечами. — Да только сказывали, что так…

— И что, ничего сделать нельзя?!.. — почти окончательно впав в отчаяние, воскликнула девушка.

И тут они оба, не сговариваясь, потянулись взглядом к полену — тому самому, которым банник давеча огрел Марусю, хотя ей и показалось, будто прошло несколько дней, и что всё так же лежало на полу и ждало своего часа.

— Что? Опять? — неуверенно спросил банник.

Но Маруся кивнула ему, давая на то своё согласие. Повернулась к нему спиной, крепко зажмурила глаза.

Банник тяжко вздохнул… И тяжёлое бревно, опустившись на затылок девушки, вновь вернуло её на знакомое болото...