– Да, вы правы, – с необъяснимой неохотой отвечает он, – Здесь так же должен быть мсье Рафаэль Лурье. Но в данный момент он отправился в город по нуждам особняка. К сожалению, я не знаю как скоро он вернется.
Причем, по его интонации у меня почему-то складывается ощущение, будто Роланд вообще надеется, что тот вернется как можно позже. Или не вернется вовсе.
Что, в свою очередь, вызывает у меня еще больше настороженности.
Да что ж такое то творится в этом особняке?
– А теперь, Патрисия и Сильви отведут вас в вашу комнату и помогут вам привести себя в порядок.
– Большое спасибо за вашу заботу, но я предпочла бы все сделать самой, – осторожно отвечаю я, чем вгоняю служанок в невообразимый ступор.
У обеих моментально бледнеют лица, на них проступает испуг.
– Мадам, неужели, мы успели как-то вас прогневать? За что вы с нами так? – едва не падает мне в ноги Патрисия.
От неожиданности отступаю на шаг назад, едва сдерживаясь, чтобы не шарахнуться в сторону. Никогда еще я не чувствовала себя так странно. По лицу Патрисии было видно, что если бы я приказала ей, она бы с радостью кинулась бы мне ноги целовать.
– Ничего такого, – спешу я успокоить ее, – Просто так уж получилось, что я все привыкла делать сама.
– Вы скоро станете владелицей этого поместья, – стреляет глазами в мою сторону Роланд, – Вам по статусу не положено обходиться без слуг.
А вот эта пусть мягкая, но настойчивость мне уже кажется тревожной. Особенно после того, как неизвестно кто подмешал мне что-то в питье.
– Вы правы, – с мягкой улыбкой отзываюсь я, – И, в дальнейшем, я обязательно пересмотрю свои привычки. Но сейчас я хотела бы заняться теми вещами, которыми привыкла заниматься сама.
– Что ж, ваше право, – хмуро кидает Роланд, но по его взгляду чувствую, что он не одобряет мое решение.
И, самое главное, непонятно почему – то ли потому что оно идет вразрез с каким-то его планом, то ли потому что просто не привык к подобному.
***
После того, как я благодарю слуг и отпускаю их заниматься своими делами, Сильви и Патрисия доводят меня до комнаты, в которой раньше жила Джозефина.
С замиранием сердца, я открываю тяжелую дубовую дверь и вхожу, окидывая взглядом просторное помещение, залитое мягким светом. Первое за что цепляется взгляд – это высокие окна, прикрытые тяжелыми портьерами благородного оливкового оттенка с золотыми кистями.
Затем, я скольжу глазами по остальной части комнаты и обращаю внимание, что она обставлена практически аскетично. Но, в тоже время, каждая деталь убранства, говорит о роскоши. Только, не той, что сразу бросается в глаза, ослепляя драгоценностями и позолотой, а скрытой, практически незаметной.
Широкая кровать с резным изголовьем у стены украшена тонкой резьбой в виде виноградных лоз. На ней идеально разглаженное шелковое покрывало. Под потолком по центру комнаты висит люстра – изящная, с хрустальными подвесками. На полу расстелен ковер нежно-кремового цвета, настолько мягкий, что ступни тонут в нем, как в пушистом снегу.
По углам комнаты стоят высокие шкафы, а за стеклянными дверцами аккуратно расставленные книги и изящные статуэтки.
Стоит только пройтись по комнате от одного конца до другого, как я чувствую, что меня переполняет спокойствие и уверенность. Будто это место было создано для уединения и душевного отдыха.
Именно то, в чем я сейчас так сильно нуждаюсь.
– Благодарю вас, – поворачиваюсь я к горничным, – Вы можете быть свободны.
– Но мадам... – снова переживает Патрисия, – Может, мы все-таки можем что-то сделать для вас?
– Обещаю, что если мне что-то понадобится, то я сразу же обращусь к вам, – честно отвечаю я.
С одной стороны, я могу понять их нервозность. В особняк приезжает новая хозяйка, которая с порога отказывается от их помощи и ведет себя отстраненно. Скорее всего, они думают, что как только я стану полноценной владелицей, то всех здесь уволю, вот они и переживают.
Но с другой... после того, что произошло в трапезной, я всерьез задумываюсь над подобным вариантом. По крайней мере, так я буду чувствовать себя гораздо спокойней.
Вот только, не слишком ли подобное решение опрометчиво? Смогу ли я вообще найти хоть кого-нибудь, кто согласится работать в этом особняке? Особенно, если вспомнить какие о нем ходят слухи...
Может, для начала стоит поговорить с каждым из слуг наедине? Возможно, у меня получится выведать что-то полезное и решить для себя как лучше поступить.
Но этим я займусь уже завтра.
Сейчас я чувствую себя изнуренной и уставшей. После изматывающего побега, после выяснения отношений с Леоном, новостей о проклятье поместье, странных событиях и поведении некоторых слуг, я хочу только одного.
Хорошенько выспаться и прийти в себя.
А потому, как только горничные уходят, я запираю дверь. На всякий случай, для собственного спокойствия, приспосабливаю кочергу в качестве засова. После чего переодеваюсь в домашний наряд и, раскинув руки в стороны, валюсь на кровать.
Некоторое время просто смотрю в потолок, очередной раз жалея о том, что так поздно узнала о том, что у меня есть тетя. Вернее, уже была…
Затем, мысли сбиваются к тому, что особняк было бы неплохо привести в порядок, как и внутренний сад. А еще, решить что делать с неуродившимися вишнями.
Через некоторое время я окончательно проваливаюсь в глубокий и неожиданно спокойный сон. Из которого, впрочем, меня внезапно выдергивают странные звуки, что доносятся из коридора. Звуки, от которых меня бросает в ледяной пот, а волосы на голове едва ли не встают дыбом.