Беглая жена дракона. Наследница проклятого поместья

Глава 28

Красочная картинка видения рассыпается, а я стою, жадно хватая ртом воздух и все еще не верю в то, что это было не по-настоящему. В груди все еще тянет от ужаса, как будто Гэбриэл на самом деле держал меня за горло, а его холодные слова отдаются эхом в голове.

Облегчение приходит с опозданием — осознание, что это было видением, приносит краткий момент облегчения, но руки дрожат. Сердце бешено стучит, а по телу пробегает неприятная дрожь.

Страх по-прежнему не отпускает меня. Неужели, то, что я видела, и правда может случиться? Я убежала от него, чтобы не допустить своей гибели в Морозных Утесах, но вместо этого увидела новое… не менее ужасное.

Неужели, Гэбриел найдет меня и здесь? Но как такое возможно…

Паника охватывает меня за плечи. Я пытаюсь успокоиться, провожу рукой по лицу, но пальцы предательски дрожат. Смогу ли я изменить и это будущее?

Нервно сглатываю и, убрав руку от лица, замечаю, что передо мной на крыльце стоит Леон. Он смотрит на меня с выражением полнейшего недоумения, но когда ловит на себе мой взгляд, его лицо приобретает более раздраженные черты.

— Леон? — неловко произношу я, не зная, что еще сказать. В конце концов, я еще не отошла от видения и мне еще сложно собрать свои мысли воедино.

Однако, он сам берет разговор в свои руки.

— Оливия, рад видеть тебя, — говорит он, но я чувствую, что в его голосе его нет ни тепла ни радости, — Давай забудем то, что произошло у Юдеуса. Я тогда вспылил, признаю. Уход тети тяжело ударил по мне.

Его слова звучат настолько сладко, что у меня внутри сразу зарождается нехорошее предчувствие. Однако, я поспешно давлю его и решаю дать Леону шанс. Не время сейчас выяснять отношения.

— Конечно, Леон. Я не против это забыть.

— Отлично, — тут же откликается он, а его голос резко становится деловым, — Раз так, предлагаю перейти к делу. Подумай хорошенько: зачем тебе это старое, убыточное поместье? Даже вишня тут больше не приносит нормального урожая. Ты ведь знаешь, что оно обречено на упадок, и никакие усилия его не спасут.

Его глаза впиваются в меня, как холодные иглы, а неприятное ощущение внутри только разрастается. К чему он ведет?

— Продай его мне, — внезапно добавляет Леон, и между нами повисает напряженная тишина.

Я смотрю на него, чувствуя, как внутри все сжимается. Неужели, это поместье настолько нужно и ему тоже?

— А зачем оно тебе? — осторожно интересуюсь я.

— Не важно, — как мне кажется раздраженно отзывается Леон, — Так что, ты продашь его?

— Нет, — твердо отвечаю я, — Это память о тете, которую я не могу предать.

Леон мгновенно меняется. Его лицо искажается от гнева, а его голос становится грубым и раздраженным:

— Память?! О какой памяти ты говоришь? Ты не то что не видела эту бабку, ты даже ничего о ней не знала! Так почему тогда ты цепляешься за это место?!

И снова его слова отзываются во мне болью и возмущением, прямо как тогда, в кабинете Юдеуса.

— Именно поэтому я и не могу его продать! — уверенно отвечаю ему, — Да, может я о ней ничего не знала, но она знала обо мне все. Она пожелала оставить поместье мне, а я сделаю все что в моих силах чтобы сохранить ее наследие и узнать почему она так поступила.

Леон смотрит на меня так, будто вот-вот снова взорвется. Его лицо становится багровым, он сжимает кулаки и делает шаг ко мне.

— Ты сама напросилась! — шипит он мне в лицо, — Я дал тебе шанс! Ты могла получить кучу денег и уехать обратно в свою деревню, но теперь ты пожалеешь о том, что встала на моем пути! В любом случае, это поместье скоро будет моим!

От его угроз по спине проходит неприятный холод. Но прежде чем я успеваю ответить, на подъездной дорожке раздается шум копыт и громкий топот. Я вскидываю голову и вижу, как к особняку подъезжает еще одна карета.

Карета резко останавливается, колеса шуршат по щебню, и из нее, едва не падая, поспешно вываливается Юдеус. Его лицо бледно и искажено от ужаса, а глаза вытаращены. Хватая ртом воздух, он кидается ко мне.

— Мадам Шелби! — кричит он, едва переведя дыхание, — У меня для вас ужасные новости!

Мое сердце замирает, а Леон, все еще стоящий рядом, издает глухой, злобный смешок.

— Видишь? И это только начало, моя дорогая родственница, — прищурившись, с хищной улыбкой, роняет Леон, чей голос прямо таки сочится ядом и кровожадностью, — В конце концов, я знаю твой секрет! Теперь я вообще знаю о тебе все… Оливия Арно!

От слов Леона у меня перехватывает дыхание.

Как он узнал?

Наверняка начал что-то подозревать в тот момент, когда я убегала от Марка и запрыгнула в единственную свободную карету. В которой уже сидел он…

Впрочем, не важно как он обо всем узнал. Гораздо важнее, что теперь он в курсе про мою тайну, о которой никто больше не должен знать.

Мое сердце замирает, а в горле пересыхает.

Я сразу вспоминаю свое последнее видение и чувствую будто мое тело покрывается льдом.

Теперь все ясно. Как Габриэл нашел меня и откуда узнал об этом поместье.

Мне становится дурно от осознания того, что мое видение может повториться. На этот раз, в реальной жизни.

Паника поднимается внутри, но я заставляю себя дышать глубже.

— Леон, подожди! — кричу я, делая шаг вперед и вскидывая руку, но он уже отворачивается и направляется к своей карете, — Леон, давай поговорим!

— Мне не о чем с тобой говорить, Оливия! — кидает он с ядовитой усмешкой. — Но не волнуйся, скоро мы увидимся снова!

Затем, запрыгивает в карету и лошади тут же трогаются с места. А я остаюсь стоять на пороге, растерянная и ошеломленная, с полнейшим хаосом в голове.

В этот момент ко мне подбегает Юдеус, который все еще выглядит так, словно только что увидел призрака.

— Мадам Шелби! Это катастрофа! — тяжело дышит душеприказчик, качая головой.

— Что случилось? — перевожу я на него взгляд, ожидая от него чего угодно.

— Произошло страшное! Завещание мадам Беллуа и все подписанные вами бумаги... они пропали!

Я чувствую, как ледяной холод разливается по моему телу, а мир вокруг меня плывет. Я поспешно хватаюсь за дверной проем, чтобы устоять на ногах.

Завещание… пропало?

Леон! Это точно его рук дело!

Словно в подтверждение этого, в голове звучит его раздраженный голос: “Видишь? И это только начало, моя дорогая родственница!”

Меня бросает в жар и мне требуется некоторое время, чтобы хотя бы просто выдохнуть:

— Как… как это могло случиться?

Юдеус нервно кивает.

— Нижайше прошу прощения, мадам Шелби… это моя вина! Судя по всему, я недооценил намерения… кхм, другой стороны, не согласной с волей усопшей, — он с печальным выражением лица смотрит вдаль, где скрылась карета Леона. Похоже, даже Юдеус понимает, что кроме Леона украсть их было некому, — Они лежали в моем столе, а в соседней комнате находилась охрана. Но когда я вернулся, их уже не было. Хотя, охрана утверждает, что никого не видела.

Юдеус едва ли не бухается мне в ноги.

— Я понимаю что подвел как мадам Беллуа, так и вас, поэтому прошу, скажите что я могу для вас сделать!

— Мсье Сегаль, — мой голос звучит хрипло, будто издалека, — Я правильно понимаю, что Леон теперь может забрать это поместье себе?

Всего лишь проговариваю это, а внутри у меня уже все переворачивается вверх дном. Я только приблизилась к тайне своей семьи, а, возможно, и своего дара, как происходит такое…

— Успокойтесь, все не совсем так, — кладет мне на плечо руку Юдеус, пытаясь приободрить. Его прикосновение теплое и приятное, но оно не в силах унять дрожь, пробегающую по моему телу, — Даже без завещания Леон не сможет этого сделать. По закону, в отсутствие документа наследование переходит по прямой линии родства. А вы — ближайшая родственница мадам Беллуа. Так что это поместье в любом случае будет принадлежать вам. Единственное, что в отсутствии завещания вы не сможете получить его так быстро. Для начала нам потребуется доказать ваше родство, собрав все необходимые документы. А на это могут уйти месяцы.

Вроде, новость с одной стороны хорошая, но с другой, я понимаю, что никаких месяцев у меня в запасе нету. Учитывая, что творится вокруг этого поместья, и Леону, и графу Рено и даже Габриэлу любое промедление будет только на руку.

— А есть ли еще какой-нибудь способ унаследовать это поместье? — нервно сглотнув, спрашиваю я, — Какой-нибудь не настолько медленный?

— Вообще, есть, но… — странно мнется Юдеус.

Однако, я тут же хватаюсь за его ответ, как за самую последнюю соломинку.

— И что это за способ?

Взгляд Юдеуса полон сочувствия, но душеприказчик почему-то дергает головой и отводит взгляд в сторону.

— Единственный, кто может разрешить нашу проблему без этой ненужной бумажной волокиты — это герцог Аквинии Эльверон Лефар. И я первым делом направил ему письмо, вот только… — снова запинается Юдеус.

— Только что? — осторожно спрашиваю я, понимая, что ничего хорошего уже ждать от него не приходится.

— Надеяться на него особо не стоит, — нехотя выдавливает из себя Юдеус, — Так уж получилось, что наши отношения с мсье Лефаром сложно назвать хорошими. Боюсь, как бы он не проигнорировал мое письмо. Не говоря уже о том, что даже если он не отмахнется от него, у мсье Лефара наверняка полно и своих собственных дел.

Я делаю глубокий вдох и ненадолго прикрываю глаза.

Мне совершенно не нравится идея безропотно сидеть и надеяться на чудо. Я должна отстоять не только это поместье и свое право здесь находиться, но и защитить его со всеми обитателями.

И если для этого я должна буду заручиться поддержкой герцога, я сделаю все что в моих силах, чтобы добиться ее. А потом, нанять охрану и сделать так, чтобы Габриэл и близко не подобрался к этому поместью!

— Мсье Сегаль, — открываю я глаза и смотрю на него твердым уверенным взглядом, — Прошу вас, отвезите меня к герцогу. Я хочу поговорить с ним лично.

На лице Юдеуса мелькает испуг.

— Боюсь, он вряд ли… — роняет душеприказчик, но я решительно мотаю головой.

— Прошу вас, я не могу долго ждать. Вы спрашивали что вы можете для меня сделать? Выполните мою просьбу. Пожалуйста, отвезите меня к нему. А там… если он не станет меня слушать, это уже будут мои собственные проблемы.

— Хорошо, — наконец, сдается Юдеус, — Тогда, в ближайшее время я подготовлю все необходимое и заеду за вами. А пока, отдохните и ни о чем не переживайте.

Я мысленно усмехаюсь. Легко сказать “не переживайте”. Если бы только Юдеус знал обо всем, что со мной произошло за последние дни, он бы так не говорил.

И все же, странным образом сейчас я чувствую как у меня внутри разгорается пламя. Если Леон думает, что может так просто разрушить мою жизнь,а Габриэл считает, что так легко сможет забрать меня, они оба очень сильно ошибаются.

— И, еще, мсье Сегаль... — обращаюсь я к Юдеусу, который уже возвращается к своей карете, — Я хочу, чтобы вы знали. Я вас ни в чем не виню. Наоборот, я очень благодарна за вашу помощь.

В глазах Юдеуса мелькает восторг и признательность.

— Спасибо вам, мадам. Вы очень добры, — с искренней теплотой отзывается он.

Но, перед тем как он садится в карету, меня осеняет. Я вспоминаю еще одну причину, по которой я как можно быстрее хотела вступить в права на наследство.

— Мсье Сегаль, последний вопрос… — останавливаю его я, — Я по-прежнему не могу получить письмо моей тетушки?

От этого, казалось бы, простого вопроса, Юдеус вздрагивает так, будто бы его огрели по спине палкой. А потом, он бросает на меня полный боли и сожаления взгляд.