После моих слов замирают даже те, кто до этого недовольно обсуждал что-то друг с другом. Десятки напряженных взглядов буравят меня, до сих пор колеблясь принять такое важное для всех нас решение.
Вдруг один из мужчин, высокий и крепкий, делает шаг вперед.
— Мадам Шелби, — говорит он, снимая шляпу. — Если вы готовы работать вместе с нами, то и я не откажусь от своего долга.
Я чувствую, как сердце наполняется теплом и облегчением.— Спасибо вам, — отвечаю я, с трудом сдерживая радость.
Даже если откликнутся несколько человек, все равно это будет уже хоть какой-то прогресс.
Однако, похоже, что моя речь настолько тронула крестьян и пробудила во всех что-то большее, чем простой страх перед проклятием или сомнение в новых обещаниях, раз один за одним они начинают кивать. Сначала неуверенно, а затем все смелее. То и дело, до меня доносятся возгласы:
— Я тоже пойду!
— Мы все пойдем! — выкрикивает кто-то еще, и эта фраза разносится по собравшимся, словно волна.
Поднимается оживленный гомон. Люди обсуждают сбор урожая, прикидывают за какой срок они могут уложиться и гадают что такого я придумала, чтобы продать неуродившуюся вишню. Я же, в свою очередь, чувствую, как напряжение наконец-то отпускает меня.
Уже через несколько минут мы шумной толпой направляемся к саду. Я иду среди крестьян, радуясь, что они снова готовы взяться за работу. Впереди шагает Рафаэль, который не может сдержать ухмылки и кидает на меня заинтересованные взгляды.
К тому времени, когда мы приступаем к сбору, солнце уже высоко, а, значит, за сегодня нам вряд ли удастся собрать много вишен. Тем не менее, откладывать все на завтра я не хочу, а потому с удвоенным рвением принимаюсь за работу.
Я подхожу к первому дереву и протягиваю руку к ветке, усеянной ярко-красными ягодами. Чувствую под пальцами гладкую кожу вишен и не могу сдержать довольной улыбки.
Рядом со мной тут же появляется Рафаэль, который держит на вытянутых руках корзину, чтобы мне было проще скидывать туда вишню.
— Не ожидал, что у тебя получится так быстро их убедить, — говорит он, наблюдая за тем, как я аккуратно складываю вишни, — Особенно после того, как часть из них пропала.
— Спасибо, — искренне улыбаюсь я, — Честно говоря, я и сама не ожидала что получится именно так. Думала, со мной пойдет лишь часть, но пошли все.
— Думаю, это лишнее подтверждение тому, что мадам Беллуа сделала правильный выбор, решив передать поместье именно тебе.
Я рассеянно киваю, потому что мои мысли в этот момент крутятся вокруг только что оброненной фразы Рафаэля про пропажу людей. То, из-за чего эти крестьяне и заперлись по своим домам.
— Рафаэль, а ты можешь рассказать подробнее про эти исчезновения?
Он вздыхает, оглядываясь вокруг, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает.
— На самом деле, рассказывать особо нечего, — тихо говорит он, — Но после ухода мадам Беллуа пропало пять человек. Кто-то ушел в лес и не вернулся, кого-то не досчитались после работы в поле и в саду. Так или иначе, но никто не знает что с ними случилось.
Я чувствую, как холод пробегает по коже. Не удивительно, что подобное стало причиной укрепившегося суеверия. И именно поэтому я должна разобраться с подобными странностями раз и навсегда.
— Это ужасно, — с тяжелым сердцем отвечаю я, — А кто-нибудь расследует их пропажу?
Рафаэль криво усмехается.
— Вообще, да. Этим занимается стража. Но, поскольку пропавшие — не люди высокого чина, то дело застопорилось. Формально, расследование все еще идет и Ламберт даже несколько раз приезжал, чтобы провести опросы, но это не дало ровным счетом ничего. Время от времени я связываюсь с ним, чтобы узнать подробности, но, откровенно говоря, я не особо верю в результат.
Я сжимаю губы, ощущая растущее беспокойство и мысленно отмечаю еще одну причину, по которой нам срочно нужна собственная охрана. Эти исчезновения ни в коем случае нельзя оставлять без внимания. А еще, ни в коем случае нельзя, чтобы они повторялись.
Видимо, почувствовав мое состояние, Рафаэль продолжает работу молча. Так мы и собираем урожай до вечерних сумерек. Хоть усталость постепенно накапливается в мышцах, однако внутренний огонь не дает мне остановиться.
Лишь когда солнце уже касается горизонта и я замечаю с какой паникой крестьяне косятся на небо, я решаю остановиться на сегодня.
Всех отпускаю по домам, а сама не без помощи Рафаэля, Винсента и нашего конюха Жерара, который подгоняет повозку, отвожу весь собранный урожай в особняк. Там мы с горничными Сильви и Патрисией, и присоединившимся чуть позже поваром Килианом перебираем вишни. В одну кучу уходят целые крепкие ягоды, в другую помятые и давленые — те, из которых при всем желании не получится приготовить наши десерты.
Килиан предлагает их выбросить, а Патрисия возмущается, что их можно пустить на варенье. Я же не соглашаюсь ни с одной стороной ни с другой. Выбрасывать их слишком уж расточительно, точно так же как и варенье из пресной вишни получится не очень вкусным.
Вместо этого, я закатываю рукава и объявляю:
— Мы сделаем густое вишневое пюре с медом и корицей!
А потом, глядя на недоуменные лица слуг, поясняю:
— Во-первых, это легко и быстро: надо только перетереть вишню, смешать ее с медом и корицей, а потом варить на плите пока не загустеет, не доводя до кипения. В крайнем случае, можно добавить немного крахмала. Во-вторых, в таком виде пресный вкус будет незаметен. А в-третьих, это блюдо хорошо и долго хранится в прохладном месте и отлично идет как самостоятельный десерт, так и как наполнитель. Например, если его замешать в творог, получатся вкуснейшие сырники. А если добавить как начинку к тесту — мы приготовим ароматные пирожки.
— Я смотрю, любовь к вишням у вас в крови, — хихикает Сильви.
А я лишь с улыбкой развожу руками. Что поделать — тут она полностью права.
Мы принимаемся за работу. Я чувствую, как усталость отступает на второй план, уступая место вдохновению. Руки двигаются механически, но мысли плывут свободно. Запах свежей вишни смешивается с ароматом мёда и корицы, создавая уютную атмосферу.
Когда все позади и густое ароматное пюре, от которого текут слюнки, разлито по банкам, Патрисия интересуется:
— И что нам со всем этим делать? За короткое время мы это точно не съедим.
Я окидываю взглядом заставленный банками стол и киваю, соглашаясь с ее словами. Особенно, учитывая, что мы собрали еще далеко не всю вишню.
— Оставьте пару баночек, — прикидываю я, — А остальное раздайте среди тех крестьян, которые сегодня были на сборах и кто дольше всего ждет выплат. Я понимаю, что это ни в коем случае не заменит им деньги, которые они так долго не могут получить, но пусть это будет моим маленьким подарком за их терпение.
После того вопрос с мятыми вишнями оказывается закрыт и Килиан со служанками выносят излишки пюре с кухни, я снова берусь за готовку. На этот раз уже из хороших вишен. Аккуратно вынимаю косточки, делю их на две аккуратные кучки. Одну побольше — эти вишни пойдут на десерты без начинки и другие поменьше — с начинкой.
А после ужеу готовлю глазурь.
Вернувшись и снова застав меня за работой, Килиан качает головой.
— Мадам Оливия, вы уже едва стоите на ногах. Пожалуйста, идите отдохнуть. Я завершу всё сам.
— Спасибо, Килиан, — отвечаю я, но внутри чувствую, что должна это сделать сама, — Я хочу продолжить. Однако, если вы предложите свою помощь, я не буду возражать.
Килан добродушно усмехается и становится рядом. Через некоторое время к нам присоединяется и Сильви, которая шла спать, но решила заглянуть, почувствовав новый букет ароматов — бодрящей мяты, нежного йогурта и терпкого шоколада.
Впрочем, через некоторое время, когда уже практически все готово и остается сущие мелочи, я и правда начинаю вырубаться прямо на ходу. Заметивший это Килиан настойчиво отправляет меня спать и на этот раз я уступаю ему.
Поднимаюсь в свою комнату и падаю на кровать, не успев даже снять обувь.
Это был действительно насыщенный день.
Кажется, прошло всего несколько минут, а меня уже будит стук в дверь.
— Оливия, просыпайся! — сквозь сон слышу смутный голос Рафаэля.
С трудом разлепляю глаза и сажусь, пытаясь понять, где нахожусь.
— Что случилось? — спрашиваю сонно.
— К тебе приехал мсье Юдеус Сегаль, — доносится из-за двери.
В этот момент с меня разом слетают все остатки сна.
Юдеус!
Не так много вариантов почему он приехал — либо что-то разузнал по поводу пропавших документов и письма, либо договорился о встречи с герцогом. В любом случае, и то и то для меня чрезвычайно важно.
А потому, я подскакиваю и, быстро приведя себя в порядок, спускаюсь вниз. В холле меня встречает Юдеус, одетый в элегантный костюм.
Душеприказчик выглядит взволнованным — его правая нога то и дело отбивает какой-то ритм.
— Мадам Шелби, — кланяется он, заметив меня, — У меня хорошая новость. Я смог договориться о срочном приеме у господина Эльверона. Однако, нам нужно выдвигаться как можно скорее. Он собирается отбыть в соседнее герцогство и если мы не поторопимся, то нам придется ждать его возвращения как минимум неделю.