Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки

Глава 54

Я стояла рядом с Рейном, всё ещё ощущая тепло его поцелуя на губах, но холодный голос Селесты разорвал момент, как нож разрезает ткань. Зал, только что полный света и любви, погрузился в хаос. Гости кричали, их лица искажались, некоторые хватались за головы, другие отступали к стенам, их глаза помутнели от иллюзий Селесты. Я сжала руку Рейна, чувствуя, как гнев вспыхивает внутри, как огонь, который я больше не могла сдерживать. Двойняшки шевельнулись в моём животе, их тепло было как напоминание: я не одна, и я не позволю этой змее разрушить наш день.

— Ты перешла все границы, — прорычала я, шагнув вперёд, но Рейн удержал меня, его рука крепко сжала мою.

— Аделин, осторожно, — сказал он, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась сталь. Его глаза, всё ещё полные любви, теперь горели решимостью. — Она хочет вывести тебя из себя. Мы справимся, но вместе.

Я кивнула, хотя всё внутри меня кричало броситься на Селесту и стереть её ухмылку с лица. Она стояла у дальней стены, её рыжие волосы выделялись, как факел в темноте, а за ней маячила Лизетта, чьи глаза сияли коварством. Воздух вокруг них дрожал, искажённый иллюзиями, которые заставляли гостей видеть кошмары. Некоторые из них кричали моё имя, но не с радостью — с ужасом, как будто я была монстром. Я поняла, что Селеста плетёт заклинание, которое превращает меня в их глазах в предательницу.

— Она использует иллюзорный яд! — крикнула Катрин, стоявшая неподалёку. Её руки уже двигались, создавая звёздный узор, который пытался пробиться сквозь тьму. Кайрен был рядом, его эльфийский свет струился, как лунные лучи, усиливая её защиту. — Аделин, держись подальше от её чар!

Я стиснула зубы, чувствуя, как гнев борется с желанием защитить всех в этом зале. Мишель и Дариан уже пробивались через толпу к Селесте, их движения были быстрыми, слаженными. Мишель крикнула что-то про «рыжую змею», и её руки взметнулись, вызывая вихрь, который сорвал ленты с арок и швырнул их в сторону Селесты. Дариан, с мечом в руке, двигался за ней, его ухмылка была острой, как лезвие.

— Эй, Селеста, — крикнул он, перекрывая шум. — Если хотела испортить вечеринку, могла бы просто не явиться!

Селеста рассмеялась, её голос был, как звон разбитого стекла, и она подняла руку. Воздух вокруг неё сгустился, и я увидела, как тени начали оживать, превращаясь в фигуры, похожие на меня, но искажённые, с горящими глазами и когтями. Гости закричали громче, некоторые бросились к выходам, но двери захлопнулись, запечатанные её магией.

— Аделин, — прошипела она, её глаза сверкали злобой. — Ты думаешь, что можешь просто взять его? Империя моя, и я не позволю какой-то пироманке всё разрушить!

Я почувствовала, как двойняшки шевельнулись сильнее, их тепло дало мне сил. Я шагнула вперёд, игнорируя предупреждение Рейна, и посмотрела Селесте прямо в глаза.

— Ты ошибаешься, — сказала я, мой голос дрожал от ярости. — Это мой день, моя семья, и я не позволю тебе тронуть их.

Рейн шагнул рядом, его рука легла на мою талию, и я почувствовала его поддержку, как твёрдую опору в бурю. Он поднял руку, и воздух вокруг нас задрожал, отталкивая тени Селесты. Его присутствие было как щит, и я знала, что он не даст мне упасть.

— Катрин, Кайрен, разрушайте иллюзии! — крикнул он, его голос разнёсся по залу, как гром. — Мишель, Дариан, держите Лизетту!

Катрин кивнула, её звёзды вспыхнули ярче, и она начала плести узор, который разрывал иллюзии, как ткань. Кайрен поддерживал её, его свет усиливал её чары, и их слаженная работа была как танец. Я видела, как их руки соприкоснулись, и Катрин покраснела, но не остановилась. Мишель и Дариан, тем временем, бросились к Лизетте, которая пыталась скрыться в тенях. Мишель швырнула вихрь, который сбил её с ног, а Дариан приставил меч к её горлу, его ухмылка не предвещала ничего хорошего.

Я повернулась к Селесте, чувствуя, как гнев переполняет меня. Она подняла руки, и тени вокруг неё сгустились, создавая новую волну иллюзий. Но я была готова. Я шагнула вперёд, чувствуя тепло двойняшек, и вызвала огненный шар, который осветил зал, как солнце. Он был пропитан моей яростью, и я швырнула его в Селесту. Она уклонилась, но шар разбил её тени, и гости начали приходить в себя, их глаза прояснялись.

— Это всё, на что ты способна? — крикнула я, шагнув ближе. — Прячешься за иллюзии, как трусливая змея?

Селеста зашипела, её лицо исказилось, и она бросила в меня волну тёмной энергии. Рейн шагнул вперёд, его рука поднялась, и её атака разбилась о невидимый щит. Он посмотрел на меня, его глаза были полны решимости, но в них всё ещё горела любовь.

— Мы вместе, — сказал он, и я кивнула, чувствуя, как его слова дают мне силы.

Мы атаковали вместе. Мой огонь и его защита сплелись, создавая волну света, которая разорвала иллюзии Селесты. Гости закричали, но теперь это были крики облегчения. Катрин и Кайрен закончили своё заклинание, и звёзды над потолком вспыхнули, уничтожая последние тени. Мишель и Дариан держали Лизетту, которая вырывалась, но не могла противостоять их напору.

Селеста отступила, её глаза сверкали злобой, но я видела, как она дрогнула. Она бросила последний взгляд на меня, полный ненависти, и исчезла в вихре теней, оставив только эхо своего смеха.

Зал затих. Гости начали приходить в себя, их лица всё ещё были бледными, но страх уходил. Я повернулась к Рейну, чувствуя, как моё сердце колотится. Он обнял меня, притянув к себе, и я уткнулась в его грудь, вдыхая его запах — тёплый, как летний лес.

— Мы сделали это, — прошептала я, чувствуя, как слёзы облегчения жгут глаза.

— Ты сделала это, — сказал он, его голос был мягким, но твёрдым. — Моя императрица.

Я улыбнулась, чувствуя, как двойняшки шевельнулись, как будто радуясь нашей победе. Но я знала, что Селеста не сдастся. Она ушла, но это был не конец.