Бессердечный наследник

ГЛАВА 6

ХАНТЕР

Прошло всего три дня с начала занятий, а я уже хочу, чтобы этот год закончился.

По пути в ресторан на ужин мое раздражение растет с каждой чертовой девчонкой, пытающейся привлечь мое внимание. Обычно меня это не колышет, но сегодня после стычки с Джейд у меня нулевой лимит терпения к женскому полу.

— Хантер! — Мои челюсти сжимаются при звуке приторно-сладкого голоса Джессики Этвуд.

Я не замедляю шаг, слыша, как ее каблуки цокают по мощеной дорожке — она пытается меня догнать. Схватив меня за руку, она вылетает вперед и преграждает путь.

Остановившись, я смерил ее раздраженным взглядом.

Она не отпускает мою руку, откидывает волосы назад и фальшиво улыбается: — Поужинай со мной.

Я глубоко вдыхаю, чтобы не стряхнуть ее с проклятиями. Вместо этого я просто высвобождаю руку и обхожу ее, бросая короткое: — Нет.

Не поняв намека, Джессика пристраивается рядом.

— Тебе же нужно поесть, верно?

— Только не с тобой, — бурчу я.

Она снова хватает меня за руку, пытаясь остановить, но я резко вырываюсь и награждаю ее тяжелым взглядом.

— Да завязывай уже, черт возьми. Ты мне не интересна, женщина.

На ее идеальном лице мелькает обида. Слишком идеальном. Когда все вокруг безупречно, начинаешь ценить изъяны — они добавляют жизни баланса.

— Не обязательно быть таким грубым, Хантер, — поучает она, быстро оглядываясь, не слышал ли кто моих слов.

Я достаточно общался с такими, как она: дай им хоть каплю надежды — и не отвяжешься. К тому же, мама выбьет из меня всю дурь, если я когда-нибудь свяжусь с кем-то вроде Джессики.

Понимая, что с этой женщиной нужно быть ясным как божий день, я смотрю ей прямо в глаза: — Я тебе не социальный лифт. Ищи другого парня, который поможет тебе забраться на вершину, потому что я этим заниматься точно не буду. — Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но замираю на секунду. — И еще одно: никогда больше меня не касайся и не делай вид, будто мы вращаемся в одних кругах.

Покончив с ней, я шагаю к ресторану, хотя аппетит пропал напрочь. Стараясь игнорировать шепотки, которые вызывает мое появление, я иду к нашим зарезервированным столикам и сажусь рядом с Джейсом, который уже вовсю уплетал пиццу.

— Ты уверен, что не родственник дяди Лейка? — спрашиваю я. Эти двое способны съесть кого угодно под столом.

Джейс ухмыляется: — Ты чего такой, будто готов кого-то убить?

— Чертовы женщины, — ворчу я.

Официант приносит мой виски.

— Без еды? — спрашивает Джейс.

Я тянусь и забираю кусок его пиццы, просто чтобы он замолчал.

— Хороший мальчик, — воркует этот придурок.

Я сверлю его взглядом: — Жить надоело?

Джейс смеется, уничтожая очередной кусок за секунды: — Ты слишком меня любишь, чтобы убивать.

— Не искушай судьбу, — предупреждаю я, но не выдерживаю и слегка улыбаюсь. Несмотря на все наши шуточки про убийство друг друга, Джейс знает — я за него жизнь отдам.

К нам присоединяются Као и Ноа.

— Мне то же самое, — заказывает Ноа виски, тяжело вздыхая.

— Паршивый день? — спрашиваю я.

— Ты даже не представляешь, — бормочет он. Посмотрев на меня пару секунд, он добавляет: — Нам нужно устроить для первокурсниц курс индукции на тему «Держитесь, блядь, подальше от Ноа, Као, Хантера и Джейса».

— Эй! — вклинивается Джейс. — Меня в свою миссию по воздержанию не впутывайте.

— Тебе не надоели эти девчонки? — качает головой Ноа.

Джейс скалится: — У меня выносливость чистокровного жеребца.

Я не сдерживаю смеха: — Жеребец, ага, как же.

Као изучает меню: — Это значит, что вы все идете на бал без пар?

При мысли о бале я морщусь от отвращения.

Джейс вытирает рот салфеткой: — Я иду с Милой.

Као заливается смехом: — А Мила об этом знает?

— О чем я должна знать? — внезапно спрашивает сама Мила.

Я поднимаю голову и вижу, что с девчонками пришла Джейд. Я тут же утыкаюсь взглядом в свой стакан, чтобы не смотреть на нее, пока она садится напротив.

— Ты идешь на бал со мной, — заявляет Джейс так, будто у Милы нет права голоса.

— Как бы не так, — бурчит она.

Джейс оглядывает стол: — У кого-нибудь, кроме Као, есть пара?

— Нет, — выпаливает Фэллон.

Хану и Джейд качают головами, а мы с Ноа просто пялимся на Джейса.

— Значит, идем группой. Ты идешь со мной, — подытоживает Джейс, глядя на Милу. Та недовольно берется за меню.

Когда официант принимает заказы, я смотрю на янтарную жидкость в стакане, раздумывая, не уйти ли. Чувствуя на себе взгляд, я поднимаю глаза и сталкиваюсь с карими глазами Джейд.

Не разрывая контакта, я допиваю виски и встаю.

— Ты идешь? — спрашиваю я Джейса.

— Не уходи из-за меня, — говорит Джейд тоном, бросающим вызов.

В голове проносятся сотни колкостей, но любая из них покажет ей, что мне не все равно. Поэтому я просто награждаю ее холодным взглядом и выхожу из ресторана.

Джейс нагоняет меня.

— Все еще плохо между вами?

— «Плохо» — это, блядь, преуменьшение года. Я завязал с попытками.

— Серьезно? И как ты собираешься находиться с ней рядом?

— Так же, как с любой другой девчонкой.

С нулевым терпением и огромной долей презрения.

— Оу. — Джейс обеспокоенно смотрит на меня. — Не перебор? Это же Джейд. Она одна из нас.

— Она решила, что нашей дружбе конец, задолго до меня. Почему я должен считать ее «своей», если ей на меня плевать?

— Дерьмо. — Джейс хлопает меня по плечу. — Жаль, что до этого дошло. Я надеялся, вы разберетесь с прошлым, живя под одной крышей.

— Ну, надежды не оправдались, верно?

Вернувшись в апартаменты, я иду в душ. Не желая снова пересекаться с Джейд, я сажусь за задания, пока глаза не начинают слипаться. Спустя пару часов я закрываю ноутбук и уже собираюсь выключить свет, как дверь открывается. В комнату крадутся Фэллон и Хана с подушками под мышками.

— Эй, — шепчу я, двигаясь на середину кровати.

Фэллон забирается справа, Хана — слева. Они уютно пристраиваются под боком.

— Джейд сказала, вы снова поцапались, — шепчет Фэллон, выключая лампу.

— Угу.

— Ты как? — тихо спрашивает Хана.

Не знаю, зачем они таскают подушки, если все равно всегда засыпают у меня на руках.

— Я справлюсь, — отвечаю я.

— Люблю тебя, Хантер, — сонно бормочет Фэллон.

— В этой жизни и в следующей, — добавляет Хана.

— И я вас люблю.

Я лежу в темноте, слушая их дыхание. Когда они рядом, мне всегда легче. С самого детства мы спали вместе, когда наши семьи собирались в поездки или гости. У наших семей связь крепче, чем у многих кровных родственников — верность, безграничная любовь и яростная защита друг друга.

Даже зная, что они спят, я шепчу: — Спасибо, что вы рядом, когда вы мне нужнее всего.

ДЖЕЙД

Поднявшись ни свет ни заря, я приоткрываю дверь, чтобы сходить за кофе. Когда дверь Хантера скрипит и оттуда выскальзывают Фэллон и Хана, я понимающе улыбаюсь им.

На кухне я шепотом спрашиваю: — Кофе будете?

— О боже, да, — мямлит сонная Фэллон.

— Зачем я согласилась помогать с балом? — жалуется Хана. — Глаза не открываются.

— Потому что ты меня любишь.

Я усмехаюсь, делая кофе. Я знаю, как они близки с Хантером. Если бы им пришлось выбирать между нами, они бы в мгновение ока бросились к нему. Так уж устроены дела в нашем кругу. Зато Ноа и Као, хоть и дружат с Хантером, выбрали бы меня.

Именно поэтому я еще не окончательно сорвалась на него. Он ведет себя суперхолодно после нашей ссоры, но я не позволю этому вывести меня из равновесия.

Мы сидим в гостиной. Хана и Фэллон жалуются на комитет по подготовке бала.

— Черно-белая тема — это так заезжено, — ворчит Хана.

— А балы-маскарады вообще тошнота, — добавляет Фэллон.

— Все темы заезжены до смерти, — вставляю я. — Можете выбрать тему «Стервы и Бабники». Идеально подойдет для нашего кампуса.

Фэллон фыркает: — Представляю лицо комитета, если я это предложу.

— В итоге мы решили выбрать «Радугу», — говорит Фэллон. — Папа всегда называет маму своей радугой. К тому же, так все смогут надеть любой цвет.

— Мне нравится, — улыбаюсь я.

Я собираюсь в зал. Выходя из комнаты, я сталкиваюсь с Хантером. Он в шортах и майке. Я терпеть не могу шорты, но на нем... черт бы его побрал за такую внешность.

Я хмурюсь, гадая, почему он кажется мне привлекательнее всех остальных парней. Мои друзья тоже красавчики, но с Хантером все иначе.

Твое сердце бьется чаще, потому что он тебя бесит, — внушаю я себе.

Он ловит мой взгляд, наклоняет голову и выдает: — Ого, какой на тебе сегодня отличный оттенок стервозности.

Решив не портить утро новой дракой, я просто закатываю глаза: — Не сегодня, Сатана. Не сегодня.

Зная, что он пойдет в зал, я выбираю тропинку в лесу за кампусом и перехожу на бег.

Интересно, долго он будет врать о той ночи? Лес смыкается вокруг меня, и мысли уносятся к последней встрече с Брейди.

Два года назад...

Сердце колотится, когда я смотрю в зеркало. На мне любимое летнее платье, я даже сменила ботинки на сандалии.

Сегодня та самая ночь.

Брейди — мой лучший друг с первого класса, но год назад, когда нам исполнилось пятнадцать, все изменилось. Он был моим первым поцелуем, моей единственной любовью. Мы давно говорили о сексе, и я готова сделать этот шаг. Но сначала — вечеринка в честь дня рождения Джейса.

Папа, конечно, ворчит из-за платья («Оно открывает ноги!»), мама улыбается, а кузены Райкер и Мила посмеиваются. Папа всегда был сверхзаботливым.

— Главное, чтобы вы с Брейди не вздумали улизнуть куда-нибудь, — ворчит он. Его интуиция иногда пугает. Неужели я выдала себя?

— Папа, ты же знаешь, Брейди милый и заботливый, — успокаиваю я его.

— Он парень, а ты девушка. Никакая заботливость не пересилит гормоны, — отрезает папа.

Мы приезжаем в особняк Рейесов. Хантер встречает меня медвежьими объятиями.

— Как моя любимая девочка?

— Хорошо. — Я целую его в щеку. — Тебе идет черное.

— Это потому что оно подходит моей темной душе, — подшучивает он.

Вечеринка в разгаре. Я ищу глазами своих девочек — Милу, Фэллон и Хану. Они стоят с Брейди. Когда я подхожу и беру его под руку, мое сердце замирает. Брейди — интроверт, ему всегда неуютно в нашей шумной компании.

— Хочешь выпить? — спрашиваю я.

— Нет, спасибо, я в порядке.

Время идет, музыка гремит. Я знаю, что родители Джейса ушли на ужин и вернутся через пару часов. В доме восемь спален, и я планирую «одолжить» одну в восточном крыле — там тише всего. Девочки обещали прикрыть меня.

Я беру Брейди за руку.

— Пойдем прогуляемся?

Мы незаметно проскальзываем в дом и поднимаемся наверх. Музыка затихает, превращаясь в глухой бит где-то вдали.

— Я хотела кое о чем поговорить, — начинаю я, когда мы заходим в пустую комнату.

— Да? О чем? — Его теплые карие глаза смотрят на меня с обожанием.

— Мы встречаемся год... и я подумала, не пора ли нам перейти на новый уровень?

Брейди нервничает, сглатывает слюну: — Сначала мне нужно тебе кое-что сказать.

Я сияю от счастья: — Давай зайдем в комнату, чтобы нам не мешали.

Мы в комнате, свет выключен — Брейди слишком застенчив. Мы садимся на кровать.

— Я тоже хочу, чтобы мой первый раз был с тобой, Джейд, — шепчет он.

Я целую его: — Я люблю тебя, Брейди.

— И я тебя. — Он глубоко вздыхает, встает и нервно теребит край рубашки. — Об этом трудно говорить...

Я улыбаюсь, думая, что он просто волнуется из-за секса. Но прежде чем он успевает продолжить, дверь с грохотом распахивается. Яркий свет ослепляет.

— Что здесь, блядь, происходит?! — голос Хантера звучит как удар грома.

Я вижу его в дверях, а за ним — остальных друзей. Стыд накрывает меня волной раскаленной лавы.

— Н-н-ничего, — заикается Брейди, пятясь.

— Ничего, как же! — рычит Хантер. — А ну пошел вон от нее!

Брейди, сжавшись, бросается к двери, даже не взглянув на меня.

— Хантер! — я вскакиваю с кровати. — Ты перегибаешь палку!

Его глаза пылают яростью: — Ни хрена подобного. Любой идиот поймет, чем вы тут занимались в темноте.

Мои щеки горят. Я пытаюсь выйти, чтобы найти Брейди, но Хантер хватает меня за руку.

— Ты остаешься здесь. А я отвезу Брейди домой.

Он уходит, не слушая меня. Я стою в шоке, глядя на друзей.

— Хантер заметил, как только вы ушли, — тихо объясняет Мила, обнимая меня за плечи.

— Он все испортил, — шепчу я. Стыд медленно перерастает в горькое разочарование.