Чистокровная связь

Глава 14

Камиль

Нас с отцом наконец-то позвали в кабинет лечащего врача Евангелины. Мать отец отправил домой до этого. Она послушно уехала, даже если была против — ничем этого не показала. Между родителями чувствуется какое-то напряжение. Хотя возможно виной тому — всё произошедшее со мной.

Врач из тех, кто дорожит своим местом. И деньгами, которые получает. Хорошо устроится в жизни совсем непросто. Многие ради этого идут на сделки с совестью, а многие вообще её не имеют.

— У девушки — легкое сотрясение. Небольшие разрывы во влагалище...

Слышу это и скриплю зубами. Идиот... Какой же я идиот... И что теперь мне делать?

— Но ничего серьезного, — сразу пытается успокоить меня врач, скорее всего, замечая мою реакцию, — Шить не нужно.

Шить?! Её нужно было бы шить?! После меня... О чем я только думал...

— Достаточно будет применения местных средств — специальной мази.

— Какие-то еще повреждения есть? — отец в отличие от меня собран.

— Повреждений внутренних органов нет. Синяки, ссадины, — отчитывается врач.

— А сотрясение — обязательно нужен стационар?

— Ну... - врач прихватывает нижнюю губу зубами, смотрит на свой рабочий стол, — Вообще понаблюдать пару-тройку дней желательно.

— А если на дому? — встреваю я и впиваюсь ему в лицо взглядом.

Я хочу, что Лина была рядом. Чтобы я мог хоть как-то исправить то, что натворил. А еще — я хочу приручить её.

— В принципе мы можем выделить специалиста. Но это будут совсем другие затраты...

— Это не важно!

— В случае ухудшения состояния — обязательная госпитализация...

Мы практически договорились.

— Еще один момент, — это снова отец, — Девушка была девственницей до недавних событий?

— Да, — подтверждает врач.

— Тогда... Мне нужно, чтобы в медицинской карте стоял какой-то безобидный диагноз — вывих ноги, ОРВИ или что-то наподобие. Но никакого упоминания ни синяков, ни ссадин, ни разрывов, ни сотрясения.

Врач собирает губы в "утиную гузку".

— Тут есть одна сложность — если она после нашего лечебного учреждения обратится куда-то еще, то у нас неизбежно будут проблемы. И у вас тоже, — выдает он, перестав расшаркиваться.

— Не обратится, — отбивает отец.

— Я могу забрать девушку? — мне жизненно необходимо, чтобы Лина находилась под моим контролем. Так мне кажется, что я её не потеряю.

— Да, можете. А какие будут условия у нашего специалиста?

— Я выделю комнату на то время, что он будет находится рядом с девушкой. Ну, и всем необходимым он тоже будет обеспечен.

— Хорошо, договорились.

Мы с отцом выходим из клиники. Сейчас я вернусь за Линой, но пока нам надо переговорить.

— Обязательно было химичить с её историей болезни? — цежу я, когда мы усаживаемся в машину отца.

Водитель остается снаружи.

— Конечно, обязательно. Если бы ты держал член в штанах, мне бы не приходилось подчищать за тобой...

— Я...

— Не виноват? — голос отца сочится сарказмом, — Если бы ты вел тот образ жизни, который нужно, то ни у кого не было бы возможности тебя подставить.

— Спорный момент, — отбиваю я, — Если есть желание, то находятся и возможности.

— Может быть, ты и прав. Но... Изнасилование было. Ты хочешь за него сесть?

Прикрываю глаза.

— Не хочу... - вот она — хреновая правда — я не готов нести ответственность.

— Я так и думал. Что будешь делать с девушкой?

— Её не трогай! — тут же выхожу из себя. Да что со мной? Это же мой собственный отец!

— Камиль... Я и не собираюсь её трогать. Я всего лишь спрашиваю, что с ней собираешься делать ты? Она пострадала... Она... Не подходит тебе. У неё психологическая травма по твоей вине, с которой тоже нужно будет что-то делать. Вот поэтому я и спрашиваю — что ты с ней собираешься делать?

— Я... попробую всё исправить...

— Как такое можно исправить, сынок?

— Лина останется со мной! — снова взвиваюсь я.

— Будешь прибегать к насилию каждый раз, как приспичит?

— Нет! Я не собираюсь её обижать! И в клубе не стал бы, если бы был в своем уме! Я... попытаюсь...

Отец очень внимательно смотрит на меня. И я сдаюсь, убираю защиту.

— Не могу её отпустить. И объяснить почему — тоже не могу.

— Что ж... Я не буду лезть. Я лишь надеюсь, что ты знаешь, что делаешь. Мне хватит своей горы, которую я несу на плечах. Достаточно одной могилы... И того, что я так и не сказал Бахтияру, что его девушка ждала от него ребенка.

— Пап... Ты не виноват. Это был несчастный случай.

— Который я не должен был допускать. Как и того, что случилось с тобой. Но люди не всесильны. К сожалению.

На этом мы замолкаем, удерживая на себе каждый свою бетонную плиту вины.

Потом отец отправляется решать проблемы. Я иду за Линой. Я способен успокоиться лишь тогда, когда она снова окажется в моей квартире.

Она полусонная.

— Меня здесь не оставят? — спрашивает у меня.

Ей не до разборок. Видно, что у неё слипаются глаза.

— Нет, — отвечаю кратко. Не хочу вдаваться в какие-то объяснения. Они лишь увеличат пропасть между нами.

— Ну да... У меня ни документов, ни полиса... - бормочет она.

Святая простота. Всё, что нужно — это деньги, и всем станет всё равно на такие мелочи, как отсутствие документов. Но и про это тоже молчу.

Её вывозят на коляске к машине. Там я уже привычно подхватываю её на руки. Пока мы были в клинике, меня тоже осмотрели. К счастью, мне ничего не сломали — знали, как бить.

Как только, машина отъезжает от клиники, а Лина засыпает на моем плече, напряжение, которое сковывало всё моё существо всё это время потихоньку начинает отпускать. Её у меня не отобрали... И пусть всё очень сложно, я могу убедить её остаться со мной. Пока она не видит, подношу к губам её ладошку, целую изящные пальчики по одному, поражаясь тому, насколько у неё вкусная кожа.

Я хочу быть с ней. Я хочу быть её мужчиной. Хочу увидеть её первый оргазм. Хочу, чтобы она поняла, какой чувственной может быть, и что секс — это не зло. Дальше мне загадывать просто страшно.

Но просто вычеркнуть её из своей жизни не могу. Физически не приемлемо отвезти её в её жизнь до меня и там оставить. Её жизни до меня больше нет. Как и моей до неё.

Начинаю гладить её по щеке. Осторожно, чтобы не разбудить. И нюхать её волосы.

Меня заклинило. И как вернуться к прежним настройкам, если я не хочу к ним возвращаться?

Домой я её заношу. Она не просыпается. Через полчаса приезжает врач. Это женщина. Мы с ней обсуждаем условия её нахождения в моей квартире, она рассказывает мне, что нужно для лечения Евангелины.

Я бы предпочел, чтобы мы с Линой были вдвоем. Но лучше так, чем она будет в больнице.

Я всё жду, что девушка проснется, чтобы поговорить с ней. Но она продолжает спать. Врач заходит к ней несколько раз, но заверяет меня, что всё в порядке, что девушке лучше отдохнуть, а сон вызван в том числе и седативными препаратами. Я смиряюсь. Темнеет. Ухожу к себе.

— Ты не спишь? — это брат. Около одиннадцати вечера — отмечаю время на автомате.

— Нет.

— Принцесса твоя у тебя?

— Да. Спит.

— Серёжу нашли. Хочешь с ним побеседовать? — огорошивает меня Бахтияр.

— Очень...

— Приезжай тогда, — и скидывает мне адрес.