Чистокровная связь

Глава 21

Камиль

Сажусь на диване, на котором спал. Кряхчу, как дед. Чувствую себя, кажется, еще хуже, чем дед. Вижу, что родители смотрят на меня с сочувствием.

— Минуту подождите, — говорю им и иду на кухню.

Залпом выпиваю стакан холодной воды, только после этого в голове немного проясняется.

Возвращаюсь в гостиную, оглядываю брата и родителей. У всех серьезные лица, такие, как будто самое страшное уже случилось.

— Что?! — не сдерживаюсь. Выходит резко. Сам себе приказываю успокоиться. Кто-кто, а они-то уж точно ни в чем не виноваты.

— Ты должен уехать. На родину. Дед с бабушкой тебя уже ждут, — произносит отец. Уверенно. Видно, что решение уже принято и отменять его он не планирует.

— Когда? — хмурюсь. В голову сразу лезет множество мыслей. Сумбурных и противоречащих друг другу.

— Сейчас, — отец ставит точку в этом разговоре.

— Стоп... Как это сейчас? А вы? Здесь останетесь? А что, если это всё на вас перекинется? — сыплю вопросами, на которые ни у кого нет и не может быть точных ответов.

— А мы... Останемся здесь. И будем принимать меры, чтобы это всё прекратилось. Но делать это будет проще, если ты будешь подальше отсюда. И девчонку эту куда-нибудь спрячем... - отец смотрит на меня так, как будто младенцу втолковывает очевидные вещи.

Из всего, что он только что мне сказал, до моего сознания первыми доходят заключительные его слова.

— То есть Евангелина здесь остается? — на всякий случай уточняю — вдруг не так понял.

— Да, — четкий ответ. Они всё продумали и решили...

Но... Весь затык в том, что девушку я сейчас никому, кроме себя, доверить не могу. Потому что она никому, кроме меня, не нужна. Они все будут делать так, как нужно им, а её судьба их волновать не будет. Я представляю просто, что сейчас наскоро побросаю вещи в спортивную сумку, сяду в машину, а её — её оставлю...

— Нет! Так не пойдет! Она поедет со мной! — вырывается у меня прежде, чем я хорошо обдумываю эти слова.

И в гостиной повисает тяжелое, напряженное молчание. И неодобрение, которое я чувствую кожей и которое исходит от родителей. Бахтияр... Он что-то изучает на полу. Ковер ему мой понравился, наверное. Это по углам можно меня подталкивать к Лине, а вот так, напрямую, оказать мне поддержку, нельзя, он ведь послушный, правильный сын.

— Сынок... - говорить начинает почему-то мама, — Твои дедушка и бабушка этого не поймут. Девушка тебе никто... И ты подумал, в какое положение ты её поставишь там?!

— Да плевать мне, кто и что подумает, мама! — возмущение вспенивает мою кровь за считанные доли секунды, — Я думаю о том, чтобы она хотя бы жива после всего осталась! И нет — она мне не "никто"... По-моему, это уже ясно.

В этот раз тишина еще хуже. Она становится взрывоопасной.

— Не "никто"?! Камиль, ты сходишь с ума! Ты знать её не знаешь! — это отец, — У вас ничего общего! То, что ты её раз попользовал...

Перебиваю его.

— А что, если у этого "попользовал" уже есть последствия? Что вы будете с этим делать?! Если у неё будет ребенок от меня?

— Это... - начинает говорить отец и обрывает сам себя, потом рукой бьет по спинке стоящего рядом с ним кресла, — Этого всего не должно было случиться!

— Но случилось! — я тоже не могу молчать.

— Камиль... Там её не примут. Даже, если ты на ней женишься, — тихо проговаривает мама.

— Да какая женитьба? У нас сватовство должно было состояться! — не сдерживается отец.

— Вы мне об этих планах не сообщали. И, по-моему, сами уже запутались, что вам нужно...

— Мне сегодня позвонили и дали понять, что очень желали бы с нами породниться. Очень влиятельная семья. Учитывая, как нас пытаются свалить, их поддержка...

Он говорит, а я понимаю, что совсем не хочу другую девушку. Мне нужна Евангелина.

— Нет! — четко возражаю я, — Если, чтобы вы все всё поняли и приняли, нужно зарегистрировать брак с Линой, я пойду и сделаю это.

Отец прожигает меня взглядом, на остальных я не смотрю.

— Вот как... - прокатывает он на языке два слова.

— Да — так... - отвечаю я.

— Не торопись с женитьбой... Наворотишь дел, потом не разгребешь. Я позвоню отцу и предупрежу его, что вы приедете вдвоем с девушкой... - он почему-то капитулирует. Не знаю почему, — Но уехать вам нужно. Иначе быть беде.

— А вы? — всё-таки повторяю свой вопрос.

— У меня есть способ повлиять на ситуацию, — отвечает и тут же добавляет, — Собирайтесь. Поедете на машине. Так труднее отследить, куда вы делись. Машины и люди уже ждут.

— Почему именно сейчас? К чему такая спешка? — я не понимаю, зачем нас надо гнать в ночь.

— Так надо, Камиль. Не создавай еще больше трудностей. Ступайте, я переговорю с отцом.

Мы оставляем его одного в гостиной. Мать закрывает туда дверь, чтобы ему никто не мешал.

— Трудно тебе будет, Камиль, из-за того, что ты её защищаешь. А если окажется, что она всё-таки в сговоре с нашими врагами? — это мама высказывается.

— Не окажется, — отбиваю я, — А трудно... Не замечаю, чтобы мне сейчас было легко. И мама... Я хочу попросить — не нужно нападать на девушку. В конце концов, она сегодня мне жизнь спасла. Хотя бы из-за элементарной благодарности за неё.

Мать отводит свой взгляд от моего лица и коротко кивает.

— Я услышала тебя, сынок.

Я иду в свою спальню. Несколько минут просто стою и смотрю на спящую девушку. Ну, их всех... Это моя жизнь. И я просто физически не могу оставить Линку тут. Одну и без защиты.

— Лин... - зову ее, присаживаясь рядом и дотрагиваясь до плеча, — Просыпайся. Нам надо уехать.