Девушка в муслиновом платье

Глава 18

Сразу стало ясно, что у вошедших в сад джентльменов натянутые отношения, хотя они и прибыли в гостиницу «Телец» вместе. Все трое выглядели разгоряченными, и лорд Уидмор бросал на Саммеркорта такие свирепые взгляды, что узнал сидящего под яблоней человека в парчовом халате лишь после того, как мистер Уайтлиф воскликнул:

– Сэр Гарет Ладлоу! И леди Хестер с ним?

Он совершенно не ожидал увидеть Хестер рядом с сэром Гаретом и был так потрясен, что на мгновение замер, уставившись на них. Это дало возможность генералу вырваться вперед. Он оттолкнул плечом его светлость, окинул мистера Уайтлифа взглядом, который в прежние времена повергал в трепет его подчиненных, широким шагом подошел к сэру Гарету и громко сказал:

– Сэр, будьте так добры, позвольте мне побеседовать с вами наедине! Моя фамилия Саммеркорт! Да, сэр, Саммер-корт! Думаю, вам едва ли понравится, если я скажу, что приехал сюда из Лондона специально для того, чтобы разыскать вас! Я не знаю и не хочу знать, кто эти господа, – он бросил презрительный взгляд в сторону лорда Уидмора и капеллана, – но рассчитываю на то, что они проявят учтивость и подождут, пока я решу свое срочное дело с вами. Должен сказать, что мне не очень нравятся современные манеры поведения, хотя вряд ли стоило ожидать другого от неуклюжих болванов, которые не способны управлять парой лошадей!

– Это не мой капеллан, сэр, а вы ехали по узкой дороге со скоростью, которую иначе как черепашьей не назовешь! – вспылил Уидмор.

– Место капеллана, я вам скажу, не на козлах, а на кафедре! – рявкнул генерал. – А теперь, если вы будете настолько добры, чтобы удалиться, то мне, возможно, позволят изложить суть дела, которое привело меня сюда!

Мистер Уайтлиф, чье лицо выражало смятение и ужас, вызванные тем, что Хестер жила в этом уединенном месте со своим отвергнутым поклонником, отвернулся от нее и строго посмотрел на генерала. Он посчитал ниже своего достоинства реагировать на клевету в адрес его умения управлять лошадьми и поэтому сердито сказал:

– Смею заверить вас, сэр, что дело, которое заставляет лорда Уидмора и меня обратиться к сэру Гарету Ладлоу, достаточно важное и не терпит отлагательства. Кроме того, должен вам напомнить, что наш экипаж подъехал к этой гостинице раньше вашей кареты!

Генерал устремил на него свирепый взгляд:

– Да, конечно! Так оно и было! Я вряд ли об этом забуду, господин капеллан! Честное слово, я раньше никогда не сталкивался с подобной наглостью!

Лорд Уидмор, чьи слабые нервы еще не отошли от потрясения, которое он испытал, когда его экипаж на перекрестке дорог столкнулся с почтовой каретой, запряженной четверкой лошадей, вновь принялся доказывать генералу, что его капеллан в этом не виноват. Раздражаясь, он обычно переходил на крик, а так как голос генерала сохранил свою командирскую зычность, последовавшая перепалка оказалась такой шумной, что леди Хестер незаметно напряглась и, словно ища поддержки, положила свою руку на подлокотник кресла сэра Гарета. Почувствовав ее волнение, он накрыл ее руку своей и ободряюще обвил пальцами ее запястье.

– Не бойтесь, – тихо сказал он. – Они всего лишь шумят.

Она взглянула на него, губы ее изогнулись в улыбке.

– О нет, я не боюсь. Просто я не люблю слушать громкие злые голоса.

– Да, приятными их не назовешь, – согласился он. – Однако должен признаться, что нахожу эту встречу весьма забавной. Кендал, хотите держать пари на то, кто из моих замечательных гостей первым поговорит со мной наедине?

Наклонившись, чтобы расслышать эти слова, капитан улыбнулся и сказал:

– Не волнуйтесь, старый Саммеркорт себя в обиду не даст! Но кто этот другой господин?

– Брат леди Хестер, – ответил сэр Гарет и добавил, устремив взгляд на лорда Уидмора: – Судя по всему, он хочет расстроить мои планы.

– Простите? – переспросил капитан, не расслышав слова, произнесенные вполголоса.

– Ничего, я говорил с самим собой.

– Разве не странно, что они, позабыв обо всем, спорят из-за такого пустяка? – прошептала Хестер. Она только сейчас почувствовала, что пальцы сэра Гарета сжимают ее запястье, и попыталась высвободить руку. Его пальцы сдавили ее руку еще сильнее, она перестала сопротивляться и слегка покраснела.

Мистер Уайтлиф, от ревнивого взгляда которого этот эпизод не ускользнул, быстро шагнул вперед и гневным голосом потребовал:

– Отпустите ее светлость, сэр!

Хестер посмотрела на него с удивлением, а сэр Гарет вполне дружелюбно ответил:

– Идите к черту!

Слова капеллана, произнесенные пронзительным голосом, вернули разгоряченных спорщиков к делам более насущным, чем поцарапанная дверца экипажа. Перепалка неожиданно прекратилась, и генерал, который повернулся и сердито посмотрел на сэра Гарета, казалось, только сейчас заметил стоящую возле него даму. Хмуря брови, он спросил:

– Кто эта дама?

– Это не важно! – вмешался лорд Уидмор и устремил на сэра Гарета взгляд, выражающий одновременно запрет и мольбу.

Сэр Гарет посмотрел на него ласково и повернулся к генералу:

– Эта дама, сэр, леди Хестер Тил. Она имеет несчастье быть сестрой лорда Уидмора и не любит громкие перепалки.

Громовой голос генерала заглушил невнятные возражения его светлости.

– Чего ради я сюда приехал? – вопрошал он, потом набросился на капитана Кендала: – Ты кретин, я говорил тебе, чтобы ты не вмешивался в мои дела! Я должен был предвидеть, что ты заставишь меня гнаться за химерами!

Капитан Кендал, ничуть не смущенный этим свирепым выпадом, ответил:

– Да, сэр, в некотором смысле я сделал именно это. Но если вы изволите зайти в этот дом на несколько минут, то, думаю, убедитесь в том, что все хорошо.

У генерала вырвался вздох облегчения, и смягчившимся голосом он спросил:

– Нил, где она?

– Здесь, сэр. Я послал ее наверх вымыть лицо, – сказал капитан.

– Здесь? С этим?.. С этим… И ты говоришь мне, что все хорошо?

– Да, сэр. Вы многим обязаны сэру Гарету, и я объясню, почему.

Генерал не успел ответить, Аманда и Хильдебранд, привлеченные громкими голосами, вышли из дома и остановились, удивленные тем, что вокруг сэра Гарета собралось столько людей. Аманда смыла с лица следы слез, но выглядела необычно подавленной. Хильдебранд держал в руке стакан молока.

Увидев внучку, генерал кинулся к ней с распростертыми руками:

– Аманда! Ах, мое дитя, как ты могла так поступить?

Она бросилась к нему в объятия, крича, что раскаивается и больше никогда, никогда так не поступит. Капитан, с удовлетворением отметив, что она выполняет его строгие указания, устремил спокойный взгляд на капеллана, который, узнав Хильдебранда, поднял руку, направил свой роковой перст на удивленного молодого джентльмена и воскликнул:

– Милорд, вот тот негодник, который заманил сюда леди Хестер! Попался, несчастный мальчишка! Не пытайся оправдываться, ложь тебе не поможет!

Не зная, что ответить, Хильдебранд вопросительно посмотрел на сэра Гарета, но прежде чем тот успел заговорить, мистер Уайтлиф предупредил молодого человека, чтобы тот не пытался искать защиты у своего хозяина.

– О, Хильдебранд, вы принесли молоко для дяди Гари? – безмятежно произнесла Хестер. – Какой вы молодец, все помните! А я, по правде говоря, думала, что дала стакан Аманде. Должно быть, у меня ужасная память!

– А вы ей дали, только она уронила его, – ответил Хильдебранд. – Ваше молоко, сэр Гарет! Извините, что так долго, я о нем совершенно забыл!

– И лучше бы не вспоминал, – заметил сэр Гарет. – Сейчас не время для молока! Унесите его!

– Нет, пожалуйста, Гарет! Доктор Чантри велел вам пить много молока, и я не позволю отказаться от него только потому, что эти глупые люди вам надоедают! – сказала Хестер, взяв у Хильдебранда стакан. – И сэр Гарет не хозяин мистера Росса, – сообщила она капеллану. – Разумеется, мой зять тоже не является его хозяином, но это не важно! Я виновата в том, что он был с вами не до конца правдивым.

– Леди Хестер, я потрясен! Не знаю, как вы могли сюда приехать… – снова вступил в разговор Уайтлиф.

– Меня привез Хильдебранд на почтовой карете. Пейте молоко, Гарет!

– Я не то хотел сказать. Я знаю, что предложение сэра Гарета было неприятным для вас, и уверен, что вас выманили из Бранкастера с помощью уловки. Какими средствами или угрозами они добились того, что вы сегодня так любезны с ним, мне остается только гадать, но уверяю вас…

– Хватит! – сердито перебил его сэр Гарет.

– Это все выдумки! – вмешался Хильдебранд. – Я не заманивал ее сюда! Я привез леди Хестер сюда только потому, что дядя Гари… то есть сэр Гарет нуждался в ней! Она приехала, чтобы ухаживать за ним, и мы сказали хозяевам, что она его сестра, так что можете не смотреть на нас строгим взглядом! Не хочу быть невежливым к духовному лицу, но, по-моему, это большая наглость с вашей стороны! А что касается угроз в ее адрес, то мне хотелось бы посмотреть, кто осмелится ей угрожать! Вот и все!

– О, Хильдебранд! – со вздохом произнесла Хестер. – Вы так добры!

– Молодец! – одобрил сэр Гарет, протягивая юноше пустой стакан. – Уидмор, если вы можете выйти из состояния, напоминающего столбняк, соберитесь с мыслями и слушайте меня внимательно. Думаю, я смогу унять вашу тревогу за сестру.

Лорд Уидмор, который с момента появления Аманды находился в состоянии оцепенения, вздрогнул и забормотал:

– Как так? Честное слово, я не знаю, что думать! Это выходит за все рамки! Девушка, которую вы имели дерзость привезти в Бранкастер! И вы преследовали моего дядю потому, что хотели отвезти ее к родственникам в Аундл, не так ли? Не думайте, что я вам поверил! Я не такой болван!

– Уидмор, не говори глупостей! – воскликнула Хестер. – Как ты можешь быть таким нерассудительным! Истинная правда, что я приехала сюда ухаживать за Гаретом! У него была очень серьезная травма, и он чуть не умер. Но я приехала еще и для того, чтобы у Аманды была компаньонка, хотя в этом не было никакой необходимости, поскольку она находилась под опекой сэра Гарета. И хотя я сама не очень умная, но понимала, что такие люди, как ты, скажут обратное. И должна сказать тебе, Уидмор, что мне очень досадно быть сестрой такой заурядной личности, как ты!

Потрясенный этим беспрецедентным заявлением, лорд Уидмор не нашел что ответить. Аманда, закончив рассказывать деду о своих похождениях, воспользовалась паузой и сказала:

– Ах, лорд Уидмор, простите, пожалуйста, меня за то, что я поступила так невежливо и убежала с вашим дядей, не попрощавшись с вами, леди Уидмор и лордом Бранкастером и не поблагодарив вас за теплый прием! И вы, дядя Гари, простите меня за то, что я причинила вам столько беспокойства и неприятностей, за то, что говорила всем, что вы похитили меня, хотя Нил утверждает, что не похищали. Мне кажется, это похищение, когда заставляешь кого-то ехать с тобой насильно. Но все же я очень благодарна вам за вашу доброту и за то, что вы позволили мне взять Джозефа. И тете Хестер я тоже благодарна. В общем, я у всех прошу прощения, кроме Хильдебранда, – продолжала она тараторить без пауз, – так что, Нил, пожалуйста, не сердись на меня больше!

– Умница, – похвалил Нил свою суженую, обнял и прижал ее к себе.

– Аманда! – строго произнес генерал, когда она потерлась щекой о руку капитана Кендала. – Иди ко мне, дитя мое!

Капитан отпустил девушку, и дед велел ей бежать в гостиницу и собирать вещи. Аманда хотела было возразить, но капитан повторил приказ, после чего она вздохнула и побрела к дому.

– Итак, сэр! – сказал генерал, повернувшись к сэру Гарету. – Я рад тому, что вы повели себя с моей внучкой как благородный человек, и благодарен вам за то, что вы позаботились о ней. И хотя я не могу вас ни в чем упрекнуть, во всем этом деле не было ничего хорошего, ровным счетом ничего! Если станет известно о том, что моя внучка в течение трех недель жила под вашим покровительством, – а в том, что это произойдет, я уверен, так как слишком много людей знают об этом обстоятельстве, – то ее репутации будет нанесен такой урон, что…

– Господи, разве она не говорила вам о том, что все это время я находилась здесь? – вмешалась Хестер.

– Мэм, – сказал генерал, – в Кимболтоне вас с ними не было.

– Извините, сэр, – робко проговорил Хильдебранд, – но там ее никто, кроме меня, не видел, за исключением, разумеется, слуг, а они знали лишь то, что она подопечная дяди Гари. Я и сам так думал!

– Что думали вы, молодой человек, – строго сказал генерал, – меня ничуть не интересует! Попрошу вас больше меня не перебивать! Ладлоу, я уверен, что не придется призывать вас поступить так, как должен поступить в этой ситуации благородный человек! Вы знаете людей: невозможно было скрыть исчезновение моей внучки от соседей. Я не настолько наивен, чтобы полагать, будто они не строили всяких предположений, или что рвение, с которым вы ее преследовали, объясняется исключительно вашими альтруистическими побуждениями! Она молода, и голова ее забита всякими глупыми фантазиями, но я уверен, что такой опытный человек, как вы, сумеете очень быстро добиться ее расположения.

– Поверьте, сэр, вы мне льстите! – холодно ответил сэр Гарет.

– Ладлоу, вы хотите, чтобы я потребовал от вас сделать тот единственный шаг, с помощью которого еще можно спасти репутацию моей внучки?

– Я начинаю думать, что был не прав, когда обвинил Аманду в излишне живом воображении, – заметил сэр Гарет. – Извините меня, сэр, но то, что вы говорите, нелепо.

– Это не нелепость, а амбиции! – вставил капитан Кендал.

Лорд Уидмор, до сих пор занятый торопливыми и конструктивными размышлениями, неожиданно напомнил о себе восклицанием:

– Полная нелепость! Это просто смешно! Мисс Саммер-корт, ха! Да она же еще школьница! Смею вас заверить, что ее возраст оградит ее от каких-либо подозрений! Можете не волноваться, генерал: я разрешаю вам сказать своим знакомым, что она останавливалась у леди Уидмор в Бранкастере, если вы считаете необходимым удовлетворить любопытство этих презренных людей. Однако то положение, в котором оказалась моя несчастная сестра, – совершенно другое дело! Она уже не ребенок! Я не возлагаю на вас вину за то, что она имела глупость приехать сюда, Ладлоу, но я полагаю, что ответственность за ее столь долгое пребывание здесь лежит на вас! Я бы не поверил в то, что вы так беспечно относитесь к ее репутации, если бы не был в курсе того, что произошло между вами в Бранкастере. Мне остается только осуждать тот способ, с помощью которого вы надеялись заставить мою сестру дать вам ответ, отличный от того, который она дала вам совсем недавно, но мне не остается ничего, кроме как сказать, что у нее нет иного выбора, нежели стать вашей женой!

– Кендал! – воскликнул сэр Гарет. – Будьте так добры, вышвырните отсюда Уидмора! Я был бы вам очень благодарен, если бы он оказался в навозной куче!

– Да, прошу вас, – с чувством подтвердила леди Хестер.

– С превеликим удовольствием! – отозвался капитан и решительно шагнул вперед.

– Стойте! – выкрикнул вдруг мистер Уайтлиф столь пронзительным голосом, что все обратили на него свое внимание. – Его светлость ошибается! У леди Хестер есть другой выбор, который, смею утверждать, ей следует предпочесть в связи с поведением безответственного щеголя. Леди Хестер, предлагаю вам взять мое имя и тем самым оградить себя от грязных домыслов!

– Кендал, две навозные кучи! – распорядился сэр Гарет.

– Нет, я уверена, он исходит из лучших побуждений, – вмешалась Хестер. – Я вам очень благодарна, мистер Уайт-лиф, но мне нет необходимости менять фамилию, потому что Уидмор городит вздор и прекрасно об этом знает. И я буду очень вам признательна, если вы уведете его отсюда.

– Неужели вы останетесь здесь? – воскликнул изумленный капеллан.

Она не ответила, так как была слегка возбуждена, но это сделал за нее Хильдебранд, который с жаром сказал:

– Она может смело оставаться здесь, потому что я не брошу дядю Гари и, уверяю вас, постараюсь позаботиться о леди Хестер тоже. Впрочем, в этом не будет необходимости, потому что сэр Гарет совсем не тот, за кого вы его принимаете. Дядя Гари, позвольте мне вышвырнуть его!

– Нет, – сказал сэр Гарет. – Лучше помоги мне встать с кресла. Спасибо! Нет, меня не надо поддерживать. Итак, полагаю, что вы все уже высказались, и теперь я скажу несколько слов. Во-первых, позвольте вам разъяснить, что меня невозможно принудить к женитьбе на одной из этих особ, чью репутацию я якобы подорвал. Во-вторых, уверяю вас, я не подрывал ничьей репутации. Трудно представить, как мне это удалось здесь, в этой гостинице, а что касается ночи в Кимболтоне, то, как уже сказал Хильдебранд, вашу внучку, генерал, там считали моей подопечной. Позвольте также добавить, что я сам считал ее своей подопечной на протяжении всего нашего знакомства. Так что я не только не испытываю к ней нежных чувств, но и не вижу худшей доли, чем жениться на девушке, которая годится мне в дочери и имеет укоренившуюся привычку бросаться в объятия к военным. Если же вы полагаете, что ее доброе имя опорочено в глазах ваших соседей, то советую вам, не теряя времени, отправить ее за границу. Убежден, что капитан Кен-дал с радостью поможет вам достичь этой цели!

– Благодарю вас! – поддержал капитан. – С удовольствием помогу!

– Ничто не заставит меня… – начал было генерал, но капитан Кендал перебил его:

– Простите, сэр, позвольте сначала я скажу то, что должен сказать. До сих пор я молча мирился с тем, что вы не позволяли Аманде стать моей женой из-за ее молодости. Мы с ней привязаны друг к другу уже давно, но только теперь я осознал, что вы не хотите видеть меня своим зятем. Не буду много распространяться на эту тему, потому что номер, который она выкинула, заставил меня изменить мои планы. Теперь мне совершенно ясно, сэр, что ни вы, ни мисс Саммеркорт не контролируете ее, и если я сейчас не возьму ее в свои руки, то она окончательно погибнет! Со мной у нее такие номера не пройдут: я позабочусь о том, чтобы в Испании она не попадала в переделки. Можете также не сомневаться в том, что она будет счастлива со мной, – об этом я тоже позабочусь! Я хочу обвенчаться с ней без церковного оглашения и с вашего согласия. Если же вы будете упорствовать против нашего брака, то мне придется отложить эту церемонию до нашего приезда в Лиссабон. Вот и все, что я хотел сказать, сэр! – Он заметил Аманду среди деревьев и позвал: – Иди сюда, дорогая! Ты мне нужна!

– Знаете, генерал, я абсолютно уверена, что капитан Кен-дал тот мужчина, который ей нужен, – уверенным тоном вставила леди Хестер.

– Нил Кендал? – недовольно произнес он. – Боюсь, с ним она будет несчастлива! Я рассчитывал, что она найдет себе более достойную партию!

– Более достойную партию? – удивленно повторил сэр Гарет. – Дорогой сэр, у этого молодого человека явно на роду написано стать маршалом!

– Нил станет маршалом? – задумчиво произнес генерал, словно эта мысль была для него новой.

– Конечно! На вашем месте я с радостью уступил бы им. Если вы хотите держать вашу внучку взаперти до тех пор, пока Нил не уедет за границу, то я не удивлюсь, если очень скоро услышу о том, что она прокралась на судно, направляющееся в Испанию.

Генерал содрогнулся, представив свою Аманду в трюме корабля. Тем временем строгий возлюбленный сообщил ей по секрету, что если она будет себя хорошо вести и слушаться его, то он женится на ней, несмотря ни на что, и увезет в Испанию. После этих слов Аманда по очереди заключила в свои объятия капитана, своего деда, а затем леди Хестер и сэра Гарета.

Прошел еще час, прежде чем в гостинице «Телец» воцарилась привычная тишина. Генерал и молодые уехали первыми. И хотя он еще отнюдь не смирился с предстоящей помолвкой внучки, предложение будущего зятя поехать с новобрачными в Лиссабон показалось ему весьма привлекательным.

Лорд Уидмор не торопился уезжать, пытаясь то приказаниями, то уговорами заставить сестру немедленно вернуться домой, и капеллан, как мог, помогал ему в этом. Леди Хестер терпеливо выслушивала их, и хотя ей не хотелось огорчать брата, она твердо стояла на своем, заявляя, что ни за что не оставит больного. В конце концов, устав от увещеваний, лорд Уидмор сказал, что она взрослая и может поступать как хочет, а он, со своей стороны, умывает руки.

– В самом деле? – удивилась она. – Я так рада, потому что эти слова я хотела услышать от тебя уже давно! Пожалуйста, передай от меня сердечный привет Алмирии! А теперь извини, мне нужно нести Гарету лекарство!

Сэр Гарет, который отдыхал в саду в одиночестве после утомительных разговоров с гостями, заметив подошедшую с лекарством Хестер, сказал:

– Я так рад, что ты не бросила меня на произвол судьбы!

– Не говори глупостей! Вот, выпей! Это лекарство прописал тебе доктор Чантри, правда, запах у него ужасный.

– Спасибо. – Он взял у нее стакан и вылил содержимое на траву.

– Гарет!

– Я сыт по горло микстурами доктора Чантри! Уверяю тебя, вкус у них еще хуже, чем запах! Хестер, твой братец болван!

– Да, я знаю, – согласилась она.

– Я говорю серьезно. Я не считаю, что обязан предложить тебе взять мою фамилию, как это сделал большой любитель высокопарных фраз Уайтлиф, потому что предположение, будто я тебя скомпрометировал, кажется мне не только нелепым, но и отвратительным.

– Я согласна. Но давай не будем об этом говорить. Это было так глупо со стороны Уидмора.

– Мы больше никогда не будем говорить об этом, если ты заверишь меня, что не испытываешь никаких сомнений по этому поводу. Посмотри на меня!

Она подчинилась ему с легкой улыбкой на лице.

– Гарет, это глупо! Как ты можешь спрашивать меня об этом?

– Мне невыносима мысль, моя милая, что ты согласишься выйти за меня только по этой причине, – произнес он тихо.

– А мне невыносимо думать, что ты делаешь мне предложение по этой причине.

– Можешь быть совершенно уверена, что по другой. Я уже не первый раз прошу тебя выйти за меня, Хестер.

– Не первый, но мне кажется, сейчас у нас все по-другому, – сказала она робко.

– Совершенно по-другому. Когда я делал тебе предложение в Бранкастере, я питал к тебе большое уважение и привязанность, но я думал, что уже никогда не смогу полюбить. Я ошибался. Ты выйдешь за меня, моя последняя и бесценная любовь?

Она обхватила ладонями его лицо, заглянула в глаза, и вздох облегчения вырвался из ее груди:

– Да, Гарет, я с радостью стану твоей женой.