Единственная для звездных адмиралов

28. Шивон

— Это вирус, — жёстко заявляет Люк, скрестив руки на груди. — Это брокки. Боялись, что мы уйдём, и подготовились заранее — подсадили вирус, который нас сильно замедлит.

— Звучит логично. На любом корабле есть аварийная система остановки двигателя в случае перегрева, — размышляет Рэйн. — Но вирус? Как он вообще попал в систему корабля?

— Да, — Люк цокает языком, оглядывая нас обоих. — Когда мы связались с их кораблём, они могли внедрить его в нашу систему по радиосвязи. Небольшой код, который скрывался в сигнале. Он мог запуститься не сразу, а с задержкой. Или сразу, но бактерии Ши смазали картину.

Я напрягаюсь.

— Возможно, примеси не дали вирусу сработать как надо, поэтому топливная система до этого момента работала нормально, — произношу задумчиво. — Как только топливо стало чистым, вирус дождался нужного триггера…

— Очень похоже на то. — Люк кивает.

Рэйн всё ещё смотрит на него с недоверием, но в его глазах мелькает тень уважения.

— Это распространённая тактика? — уточняет он.

Люк хмыкает.

— Для пиратов — да. Это проще, чем лезть на корабль в открытую. Запустить код, который заблокирует прыжок, а потом спокойно добить врага.

Я сглатываю. На языке противный привкус. Вспоминаю о руке. Теперь уже обеих ладонях. Та, которая пострадала раньше, болит все сильнее. Глухая, тянущая боль. Я незаметно убираю её за спину, пряча от глаз адмиралов. Если они увидят некрасивые волдыри, отложат работу и займутся мной, а я не могу этого позволить. Пока точно нет.

Рэйн тяжело выдыхает, кажется, немного остывая.

— Ты уверен, что это именно вирус? — уточняет он.

Люк закатывает глаза.

— Ты видел панель? Это не механическая поломка. Не перегрев! — импульсивно повышает голос. — Сенсоры сошли с ума — именно так ведёт себя система, когда на неё нападает вирусный код.

Рэйн хмурится, но уже не спорит.

— И что, по-твоему, теперь делать?

Люк расслабляет плечи, профессиональная часть его личности переключается на режим решения проблем.

— Ну с двигателем, программно, пока головной компьютер считает, что топливной системе достаточно охлаждения сухим льдом, — Люк презрительно выделяет эти слова голосом, — двигатель будет работать. Сколько-то мы протянем…

— Ты про купирование симптомов сейчас говоришь, — перебивает го Рэйн, сыпя медицинскими метафорами. — Ты лучше про излечение скажи.

К моему удивлению, Люк даже не злится. Ощущает себя значимым.

— Вирус можно вычистить, — произносит Люк деловито. — Для начала нужно найти момент, когда этот код внедрили. Проверить переговорные логи. Вирус мог замаскироваться под обычный сбой связи.

Рэйн обдумывает это, а потом коротко кивает.

— На мостик, — приказывает по обыкновению строго.

Мы идем туда втроем. Я ступаю чуть позади адмиралов, но не отстаю. Почему-то чувствую себя обязанной быть рядом. То ли как арбитр, то ли как рефери, то ли как кто-то, кто может объединить этих мужчин.

— Вайгир, воспроизвести логи переговоров с брокками, — приказывает Рэйн.

Тот сразу принимается кликать по сенсорной панели, и вскоре на мостике разносится запись переговоров.

— Убавь высокие частоты, — велит Люк. — И замедли в два раза.

Голоса перестают иметь форму и звучат как-то дико. Я почти не слушаю. Но звук до меня доносится и без того отдалённо, как через вату.

— Вот, — показывает Люк в какой-то момент. — Слышал эти помехи?

На голограмме вместо затихания пик, но звука в этот момент не было.

— Это аномалия, — соглашается Вайгир.

— Не аномалия. В этот момент вирус и внедрили, — подтверждает Люк.

Рэйн поворачивается к Люку. Оба выглядят по-деловому заинтересованно, нисколько не агрессивно.

— Ты знаешь, как это починить? — спрашивает Рэйн.

Люк качает головой.

— Вручную удалить код вируса — можно, — отвечает он. — Но после этого потребуется полная перезагрузка всех систем, а значит, корабль должен стоять в доке.

Рэйн обдумывает.

— Вайгир, — зовёт он. — Где ближайшая ремонтная станция или дружественная планета, до которой мы сможем добраться при таком состоянии корабля?

Штурман быстро проверяет координаты, запускает звездный атлас.

— Есть станция «Аргенон-5», адмирал Савирон, — рапортует он. — Суточный перелёт. Придётся отклониться от курса на семьдесят градусов.

Рэйн хмурится.

— Это добавит нам дня три, а то и больше, к маршруту до Сеорина.

— Уже неважно, адмирал, — отвечает Вайгир. — Мы и так выбились из графика.

Рэйн сжимает челюсти.

— Летим на Аргенон-5.

Он отдаёт команду, и я пытаюсь выдохнуть спокойно, но…

Вдруг наваливается лютая слабость. Я бы хотела списать это на то, что нервное напряжение отпустило, но, кажется, проблема в другом.

Рука болит всё сильнее, будто вены горят изнутри. Во рту пересохло, хочется пить так, что горло сжимается спазмом.

— Ши? — голос Люка доносится издалека.

Я моргаю, встряхиваю головой.

— Что? — переспрашиваю, хватаясь здоровой рукой за какой-то из многочисленных столов управления.

Люк подходит и смотрит на меня внимательно.

— Ты бледная, — в голосе только констатация факта.

— Всё в порядке, — быстро отвечаю я, делая шаг назад.

Люк тянется, пытается взять меня за руку, а я инстинктивно дёргаюсь, не позволяя ему дотронуться. Это была ошибка.

Я делаю шаг назад, но пол уходит из-под ног. Как будто гравитация внезапно сменилась, и я лечу вниз, теряя ориентацию в пространстве. Чьё-то крепкое тело ловит меня, но я уже не чувствую ни тепла, ни боли. Только вязкий, липкий мрак.