Единственная для звездных адмиралов

32. Рэйн

Шивон сидит в капсуле восстановления. Живая. Дышащая.

Я смотрю на неё, не веря глазам. Она осунувшаяся, бледная, но она здесь. Она очнулась. На руке ни следа от волдырей.

Я вижу её, и вся злость, все слова, которые я приготовил по поводу того, что она скрывала свои раны, испаряются. Только глухое облегчение сжимает грудь, выдавливая из лёгких воздух.

Я не замечаю, как оказываюсь рядом с капсулой и беру её тонкие пальцы в свои. Просто касаюсь, ощущая тепло её кожи.

Люк стоит рядом. Мышцы напряжены, он застыл, будто боится к ней прикоснуться.

Шивон медленно моргает. Ресницы подрагивают, она пытается сфокусировать взгляд.

Потом она поднимает глаза на меня.

И что-то идёт не так. Точнее, все. Наперекосяк.

Она не улыбается. Не выдыхает с облегчением. Не произносит наших имён.

Она не узнаёт нас.

— Где я?.. — её голос хриплый, будто она не говорила целую вечность.

Я замираю. Люк тоже.

Шивон смотрит на меня, потом на него, потом на капсулу, потом снова на меня.

— Кто вы? — она забирает у меня свою руку и прижимает к телу.

Шрад.

Я не понимаю, почему мне так больно. Но что-то внутри меня ломается, трещит, рушится.

— Ши… — Люк делает шаг ближе, непроизвольно сжимает кулаки. — Ты шутишь?

Она моргает, смотрит на него долгим взглядом, в котором нет ни намёка на узнавание.

— Простите… — она чуть склоняет голову. — Мы знакомы?

Люк не отвечает. Он просто смотрит на неё, и я слышу, как он дышит.

Глубоко. Тяжело.

Будто пытается сохранить контроль.

— Это я, Люк, — наконец говорит он, медленно, отчётливо. — Ты знаешь меня.

Она медленно качает головой.

— Нет…

Люк резко отворачивается, и его плечи напрягаются так, будто он сейчас ударит кого-то. Или что-то.

Я сглатываю.

— А меня? — мой голос звучит ровно, но внутри всё горит. — Ты помнишь меня, Шивон?

Она смотрит на меня так же растерянно, как и на Люка.

— Прости… — её голос почти шёпот. — Я… я не помню…

Шрад.

Шрад!

Люк делает резкий шаг назад. Его трясёт.

— Невис! — рычит он. — Что с ней⁈

Фельдшер вздрагивает и тут же сканирует взглядом показатели.

— Всё в порядке, адмирал, — отвечает он напряжённо. — Восстановление прошло успешно, но…

— Но что⁈ — Люк уже закипает.

Невис бросает короткий взгляд на монитор и глубоко выдыхает.

— Я предупреждал по поводу когнитивных нарушений. Временная потеря памяти. Токсины повлияли на нервную систему, но, скорее всего, воспоминания восстановятся в течение нескольких часов… или дней.

Я внутренне содрогаюсь. Дней⁈

Я вцепляюсь в край капсулы, медленно сжимая пальцы.

— Ты говоришь, что она может нас не вспомнить? — уточняю тяжелым голосом.

— Я говорю, что её мозг пережил сильный шок, адмирал, — отвечает Невис. — Но воспоминания никуда не делись. Просто связь с ними сейчас нарушена.

— Я вообще-то тут, — недовольно вставляет Шивон.

Люк шумно выдыхает, проводит рукой по лицу и смотрит на меня.

Я не знаю, что во мне сейчас сильнее — ужас или ярость. Я только что чуть не потерял её. Отдал ей свою кровь. Бездна, мы с Люком спасали её!

А теперь она не помнит нас. Не помнит, что мы сделали ради неё. Не помнит, что она наша. Шивон, видимо, тоже ощущает Эстреа, чувствует наши эмоции и обеспокоенно переводит взгляд с меня на Люка.

— Простите… — произносит она снова. — Я не хотела…

От её слов меня скручивает изнутри.

Люк молчит. Сжимает кулаки. Дышит. Я вижу, как двигаются его скулы.

— Всё в порядке, — выдавливаю я наконец, накрывая её руку своей ладонью.

Она чуть дёргается, но не отстраняется.

— Всё хорошо, — повторяю я. — Мы с тобой.

Она смотрит мне в глаза.

— Я правда вас знаю?..

Я киваю.

— Очень хорошо, — отвечаю тихо.

Она пытается улыбнуться, но у неё не выходит. А потом её желудок громко урчит.

Я моргаю. Люк фыркает. Шивон морщится, её щёки слегка розовеют.

— Я… наверное, хочу есть, — произносит она растерянно.

Я чувствую, как напряжение спадает. Только на секунду.

Люк выдыхает и трёт переносицу.

— Конечно, шрад, — хрипло произносит он. — После всего этого ты просто голодна.

Она растерянно смотрит на него.

— Ещё… пить. И… мне кажется, я странно пахну.

Я невольно улыбаюсь. Она не узнаёт нас, но ведёт себя по-прежнему.

— Мы все странно пахнем, — ворчит Люк.

Я смотрю на него. Он явно хотел сказать что-то другое, что-то типа: «Мы все вспотели, пока спасали твою жизнь, вейнийка».

Да, нам после всех волнений тоже не мешало бы помыться. Но я точно знаю, что совместный душ сейчас под запретом. Мы не удержимся, увидев её голой, а она к нам не готова.

— Кто понесёт? — бросает Люк, пытаясь избавиться от напряжения.

Я уже подхватываю Шивон на руки. Она настолько лёгкая, что кажется невесомой.

— Единоличник! — фыркает сзади Люк, я лишь ухмыляюсь.

— Опоздавший! — бросаю ему через плечо.

— Эй, я могу идти, — протестует Шивон, но не слишком уверенно.

— Нет, не можешь, — в один голос отвечаем мы с Люком.

Она вздыхает.

— Ну ладно… — она утыкается мне в плечо, и внутри разливается щемящее тепло.

Не возбуждение, а трепетная нежность. Её сейчас хочется защитить и спрятать от всех невзгод. Она забыла нас, а значит, забыла и о Нексусе, об угрозах. Она не знает, что у неё есть только мы с Люком, и что мы готовы отдать за неё жизнь.

Люк идёт рядом, молча.

Когда мы заходим в небольшую комнату отдыха рядом с душевой, Люк проходит внутрь, включает воду, проверяя температуру, потом молча выходит за ширму, оставляя меня с Шивон.

Я ставлю её на ноги. Она едва держится, но всё равно упрямо цепляется за край раковины.

— Справишься? — спрашиваю я.

— Конечно, — отвечает она с неубедительной уверенностью.

Она поворачивается ко мне спиной и расстегивает комбинезон. У меня встает. На совершенно невинное действие, Шивон не успела ещё даже плечи оголить, только развела в стороны ворот комбинезона, а я уже готов наброситься и… Нет. Усилием воли заставляю себя не думать о её теле. Мысленно представляю себе мостик и принимаюсь считать консоли, затем экраны, после — пульты управления.

Шивон перешагивает комбинезон и стягивает трусики. Я не выдерживаю и отворачиваюсь, но не выхожу из душевой только по той причине, что хочу оказаться рядом и подхватить, если её вдруг шатнет или вроде того.

Наконец она встает под струи воды, я слышу, как вода бьется о её кожу, а не о металл решетки пола.

Выйдя, я встречаю ревнивый взгляд Люка.

— Долго пялился на неё? — спрашивает он сквозь зубы, но я не слышу настоящей ярости в его голосе.

— Не пялился, — улыбаюсь. — Считал консоли.

В глазах Люка мелькает удивление, смешанное с уважением, но потом он снова возвращается к своему обычному состоянию ленивого остряка. Он тянется к вешалке и снимает полотенце. Я под изумленным взглядом Люка вынимаю из шкафа один из махровых халатов.

— Не делай такое лицо, на моем старом ведрище есть некоторые плюшки, — я снисходительно поднимаю бровь, но Люк ничего не отвечает.

— Чем её покормить? — вдруг хмурится он.

— Ей нужно что-то питательное, но не тяжёлое, — размышляю я.

— Суп?

— Подойдёт.

— И ещё что-нибудь сладкое, — кивает Люк.

— Сладкое?

— Ага, — он пожимает плечами. — Она любит сладкое.

Он прав, она с удовольствием слопала те персики.

— У тебя ведь остались ещё те фрукты в банках? — ухмыляюсь.

Он кивает.

— Ещё клубника. Во фризере, — отвечает Люк одними губами, потому что за ширмой в этот момент выключается вода.

Шивон выходит к нам обнаженная.

Одну руку держит внизу живота, другой прикрывает грудь. Щеки пунцовые. Если бы она помнила нас и что между нами было, она бы не стеснялась. И вдруг Люк делает решительный шаг к ней так, что она не успевает отстраниться, обхватывает за талию, фиксируя рядом с собой, и нежно проводит пальцами по щеке.

Мне хочется возмутиться, ведь это… бесчестно — применять к ней Синто, когда она нас не помнит, но животная глубинная часть меня, которую я почти не выпускаю на волю, требует сделать то же самое.

От прикосновения Люка в глазах Шивон на мгновение появляется тень узнавания, а потом её взгляд затуманивается, приобретает маслянистый блеск, губы приоткрываются от тяжелого редкого дыхания.

Я подхожу к Шивон с другой стороны и провожу пальцами по её оголенной ключице. Шивон замирает, не отталкивая нас, но в глазах не испуг — растерянность. Она смотрит на Люка так, будто он ей смутно знаком, как когда встречаешь кого-то в другом городе и не можешь сразу вспомнить, кто это.

Шивон уже не тут, возбуждение заполнило её мозг эндорфинами и дофамином, она обвивает одной рукой плечи Люка, другую закидывает мне за спину и смотрит на нас жадным выжидающим взглядом.