Фон-барон для Льдинки

Глава 53

Девочки жили на даче. Дни текли размеренно. Погода радовала. В свои выходные туда же приезжал Сонин папа. Катины сыновья самостоятельно придумывали себе развлечения, а деды в них активно участвовали. Соня, полагая себя взрослой, предпочитала общество Виктории и маленькой Али Ветровой. Мальчики должны были уехать в лагерь.

- Мне Катя тоже в том году предлагала вместе с ними поехать, - Соня качалась на садовых качелях, - Но лучше с мамой. Никто тобой не командует. А Андрюша с Сашей пусть тренируются. Им ещё в Нахимовском учиться.

Тори сидела на ступеньках веранды с книгой. Чтение классической русской литературы по-прежнему давалось ей с трудом. Было проще прочитать и понять французские сноски великого Толстого, чем читать длинные русские абзацы, где после второго оборота с запятыми перестаёшь понимать, кто куда и зачем.

Она точно помнила, сколько дней до приезда Игоря и Алекса на каникулы. Всего два. И их надо прожить.

Скучать им не дали. Нагрянули Вашкины полным составом. Оказалось, что из Североморска приехали обе дочери Дарьи Андреевны. Привезли детей. Кира Витальевна подкинула подругам ещё и Алису. Одной больше, одной меньше - трём учительницам без разницы. Сразу стало шумно и весело. Скучать стало некогда. Тори отложила в сторону книгу.

В день, когда в Москву должны были приехать нахимовцы, их прямо с поезда никто на даче и не ждал. Девочки как раз учились плести венки из длинных ромашек, когда у ворот затормозила машина такси. И совершенно не заметили, как в воротах появились Игорь с Алексом.

- Что, Барон, кажется, нас не ждали, - Игорь поставил сумку с вещами на землю, глубоко вдохнул и потянулся, - Интересно, наш шалаш ещё цел, или эта малышня уже разнесла его вдребезги?

Алекс ничего не мог ответить другу. Вполоборота к нему с венком из ромашек на светлых волосах сидела Виктория. Тори... Вика... Льдинка. На ярком летнем солнце. Хрупкие плечи с тонкими лямками светлого сарафана. Изящные руки, плетущие очередной венок.

- Ува! Пйиехали! - завопил Гоша, который не выговаривал пока половину алфавита.

Тори обернулась. Выронила из рук венок. Но не встала. Не побежала навстречу. Потому что по тропинке к воротам уже неслась Сонечка.

Притормозила в метре от ребят.

- Привет! А мы вас не ждали, - сдернула резиночки с двух косичек, распустила свою кудрявую огненную гриву.

Тори залюбовалась. Вот оно, как у поэта - "золото волос". А про её "палки-копалки" неясно какого оттенка блонда так ни один поэт не скажет.

- Не распускай. Тебе хорошо с косичками, - сказал Алекс.

Соня смутилась. Попятилась. Чуть не упала.

- Торик! - кинулась за поддержкой, - Приехали.

Делать нечего. Виктория поднялась с больших садовых качелей. Уже потянулась снять венок. Но не стала. Пусть так. Точно лучше, чем без него. Особенно на фоне сияющей на солнце Сониной шевелюры.

- Привет! - Игорь на правах почти брата приобнял её и поцеловал в щеку. Тори увидела довольную мордашку Сони. Ей стало неловко.

- Кто дома есть? - спросил Игорь.

- Бабушка Мила, мама и тётя Даша, - отрапортовала Соня.

- А дед где?

- Дед поехал за какой-то штукой в нагреватель для воды. Вечером обещал вернуться.

Алекс стоял столбом. На него мигом налетели малыши. Первой, конечно, Алиса, которая тут же вскарабкалась на брата, как обезьяна на дерево.

Тори, видя эту кучу-малую, не могла не улыбнуться.

- Как доехали? - нашла в себе силы произнести.

- Отлично, - сиял Алекс как пряжка на ремне. Настроение у него заметно улучшилось.

- У нас в холодильнике пирожные к чаю, - сообщила Алиса.

- Пирожные? - снова заулыбался Алекс, - Какие?

- С ягодами! Квубника, мавина, виногвад, - перечислял Гоша.

Игорь с Алексом переглянулись и прыснули со смеху. Тори, Соня и малыши смотрели на них непонимающе.

- Мы вам потом расскажем. Пойдёмте в дом, мы хоть со взрослыми поздороваемся.

Они подхватили сумки и зашагали к дому. Им навстречу уже спешили Людмила Викторовна, Лёля и Дарья Андреевна.

Соня помчалась первой. Алекс и Игорь шли в окружении младших детей. А Тори - самой последней. Чтобы никто не видел, что она смотрит в спину Алексу. На красивую линию свежей по-армейски короткой, но стильной стрижки. На загорелую шею и широкие плечи. На сильные руки.

Тори казалось, что её взгляды принадлежат только ей. Вот только Алексу совершенно отчётливо пекло между лопатками. Только обернутся он не мог. На обеих руках у него висели дети. Но зато точно знал, чей взгляд сейчас так ярко чувствует кожей. И от этого внутри разливалось счастливое тепло.