Хозяйка таверны "Драконий клык" (СИ)

Глава 6

Мир вокруг словно останавливается.

Не слышу ни звуков вокруг, ни запахов, пока пытаюсь осознать то, что он только что сказал и отчаянно пытаюсь сдержать свою фантазию оттого, что меня ждёт.

Но я могу представить, каким образом мне придётся отрабатывать долг своего почти бывшего мужа.

От этого меня бросает сначала в жар, а затем в холод, а по спине ползут колючие мурашки.

Это ведь какой-то несмешной розыгрыш?

Как можно проиграть в карты свою жену и позволить всем этим мужланам…

Закрываю руками рот и отшатываюсь, когда тот, кто объявил мне шокирующую новость, подаётся вперёд.

Бесцеремонно вторгаясь в моё личное пространство, отчего тошнота подходит к горлу от запаха алкоголя, сигарет и его пота.

— Сочная девочка, — довольно произносит он и облизывается — он тебя именно так и описывал — добавляет и тянет ко мне свои грязные руки.

— Шаг назад! — сотрясает воздух тяжёлый рык, и я вздрагиваю.

Голос совсем не похож на человеческий, а я совершенно забыла о том, что здесь ещё и Вон.

Какой позор, какое унижение.

Батори мне за всё ответит!

— Я. Сказал. Шаг. Назад! — снова гремит голос Вона и тот, кто тянул ко мне руки, неуклюже отступает и вжимает голову в плечи.

Неудивительно, ведь я тоже чувствую эту странную давящую энергию, а когда смотрю на Вона и вовсе удивляюсь.

Сейчас он выглядит совсем иначе. Кажется, стал больше и плечи сейчас выглядят шире, узоры на его руках будто стали ярче и .. словно спустились ниже на тыльную сторону ладони и пальцы.

Поднимаю голову к его лицу и замираю то ли от восхищения, то ли от страха. Его волосы взъерошены, красивое лицо исказила ярость, а его потрясающе зелёные глаза горят, и зрачок изменился: вытянулся вертикально.

Моргаю несколько раз, пытаясь сбросить ведение, но его глаза и в самом деле такие необычные.

— Дракон.. — шёпот волной прокатывается между незваными гостями, и они оживают. Неуклюже отступают — Один из пяти, точно дракон.

— С.. — прочищает горло тот, кто стоит ближе всех — с кем имею честь?

— Герцог Вон Арден Ленард. — резко отвечает Вон и делает два шага вперёд. — Пошли вон! И слышать не желаю эти мерзости в сторону леди Бритт.

— Она.. — косится на меня тот, кто минуту назад оценивающе осматривал и не скрывал своих гадких намерений — всё ещё Батори. Собственность мужа, а у меня и бумага есть, что он её нам передал.

— Собственность?! — взвиваюсь я и слов не хватит, чтобы описать то, что я сейчас чувствую.

— Спокойно Инес, я сейчас разберусь — поворачивается ко мне Вон, и протягивает руку, в которую опускается бумага светло-зелёного цвета с тёмными чернилами, и я успеваю заметить размашистую подпись моего мужа.

Батори. Гад! Мерзавец! Негодяй!

— Что ж, — с горчечью хмыкает Вон — оценил свою супругу в двадцать пять золотых — произносит он, и нас оглушает звон металлической чаши о деревянный пол.

Ирма стоит у двери, и на лице её чистый ужас, а чаша тем временем катится и останавливается у ног главного из посетителей.

— Двадцать пять золотых … — с ужасом произносит и становится бледной, кажется, вот-вот рухнет в обморок и я недолго думаю, выбегаю из-за стойки и хватаю её, пока не упала и не поранилась.

— А что не так? Девка красивая. За такую и тридцать можно выложить — говорить друг Батори и Вон силой сжимает документ, а затем наклоняет голову, а тот, кто стоит напротив немедленно опускает глаза в пол.

— Все вон! Будем вести разговоры на улице. — командует Вон и от его тона становится не по себе. — Инес, приведи её в чувства. Я всё улажу, а позже вернусь, и мы об этом поговорим — безапелляционно сообщает он и проходит вперёд, не дожидаясь моего ответа.

Впрочем, какой ответ я могу ему дать, если у меня таких денег нет.

Большая сумма, я так понимаю, если Ирма едва не упала в обморок.

Хватаю Ирму и помогаю добраться до одного из ближайших столов. А она всё бубнит себе под нос про двадцать пять золотых, я также слышу, что за пять золотых мы могли бы отремонтировать таверну и поменять в ней мебель.

Ну что ж, дороговато оценил меня муженёк.

Сердце всё ещё колотится в груди, а голова начинает болеть от избытка сильных эмоций.

Усаживаю её, а сама оказываюсь напротив и ловлю на себе прожигающий взгляд.

— Тяжёлые наступили времена, моя маленькая госпожа, — говорит Ирма и тяжело вздыхает, а в глазах такие противоречия, что мне и самой становится нехорошо — от таверны моей толку совсем мало. Я тут едва концы с концами свожу, а Карина и вовсе мне по доброте душевной помогает. Мне ей платить совершенно нечем. Изредка месяц окажется удачным. Как же мы с вами будем дальше жить, а как долги отдавать? Говорила я.. говорила я вашему батюшке, что не стоило связываться с Батори. Он только пел сладко о том, что глаза готов закрыть на то, что вы порченая и пустая. И на слухи столичные ему было наплевать. А он вон каким оказался. Ну, остались бы вы при отце, зато не пришлось бы терпеть подобное унижение. Будто не хватило его нам тогда .... — всхлипывает она и качает головой, а затем роняет голову на руки.

Вот бы Ирма рассказала об этом немного подробнее, потому что в памяти Инес ничего о том, как я вдруг оказалась пустой и порченной и как вообще пошла замуж за мерзавца Батори.

Горький вкус её сожаления неприятно щекочет нос и повисает в воздухе.

Будет у меня ещё время во всём этом разобраться. Сейчас бы найти способ поднять таверну, но сначала..

— Ирма, а ты не поможешь мне подать заявление? — спрашиваю, и она поднимает на меня глаза. Вижу, что проявление нежности и эмоций даются ей тяжело, но переживания обо мне написаны на её лице: глаза на мокром месте, между бровей глубокая складка, и бледная до сих пор.

— Что ещё за заявление такое? Может, ты хотела сказать прошение? Так тебе кого и о чём просить хочется? — выпрямляется она и заглядывает мне в лицо.

— Я хочу подать на развод. — твёрдо заявляю я, и непонятные эмоции скользят во взгляде напротив — Хочу немедленно развестись с Батори. То, что Вон за меня вступился безусловно приятно и мне очень повезло, что оказался рядом. А что если он снова вздумает меня продать. К тому же я не хочу больше быть никаким образом связанной с этим.. — запинаюсь, потому что понятия не имею, могу ли назвать Батори человеком, а вдруг он такой же дракон, как Вон.

А если нет?

Кажется, я слышала о пяти драконах, интересно, Батори один из них?

— Да что ты? — всхлипывает Ирма и округляет глаза — Разве забыла, что тебе не позволено что-то подобное? Оглянись, дорогая, где ты сейчас находишь? Разве мог твой муж ещё красноречивее указать тебе твоё место? Ты лишена титула герцогини, вся столица знает, что даже магии в тебе нет, и ты хочешь подать на развод с драконом? Мало нам бед на голову, так ты ещё больше хочешь? Нам необходимо придумать, как убедить твоего мужа тебя отпустить, а Батори твой, всем известно ничего, кроме денег не любит.

— А по-моему хорошее решение, — вздрагиваю от неожиданности и оборачиваюсь на дверь. Вон входит в таверну и выглядит очень взволнованный.

Волосы по-прежнему в беспорядке, а глаза хоть уже и в норме, но всё ещё чёрные. — Я помогу тебе, — добавляет он и подходит к нам. Отодвигает тяжёлый стул и присаживается рядом со мной.

Осматривает странным взглядом какое-то время, а затем кладёт на стол бумагу и сверху накрывает рукой.

— Вот эту бумагу тоже приложишь к прошению. Здесь помимо двадцати пяти золотых ещё несколько мерзких пунктов имеются. Пусть это при разводе учтут — говорит он и сжимает руку в кулак, а я замираю, потому что его кожа меняется и по ней волной прокатывается чёрная чешуя и снова возвращается в норму.

Вот это да!

— Что теперь будет? — киваю на дверь и он поворачивается туда, а затем снова смотрит на меня.

— Ничего не будет. Я во всем разобрался. Но Батори наказать нужно. — отвечает Вон.

— Если ты им заплатил, то я всё верну.

— Вернёшь, конечно — отвечает Вон и дарит полуулыбку, а глаза загораются пугающим блеском от которого вдруг становится не по себе. — Придёт ещё твоё время — едва слышно добавляет и обращает внимание на Ирму.

А я хочу спросить у Вона кое-что ещё, но прерываюсь, потому что в таверне появляется девчушка и увидев Вона на мгновение теряется, застывая на месте, а затем быстро осматривается куда бы скрыться от его глаз.

Очевидно, она не ожидала, что здесь кто-то есть, кроме нас.

— Ирма? — рычит Вон, и бросает на неё полный ярости взгляд — Неужели ты меня так и не послушала?

Ирма поднимается и девчушка бросается к ней, хватается за ткань её платья, словно за спасательный круг.

— Ну разве я тебя не предупреждал? — сердится Вон, и в несколько размашистых шагов оказывается рядом с Ирмой, а они с девочкой отступают. Буравит её сердитым взглядом, а затем несколько раз смотрит на девчушку. — Почему она всё ещё здесь?

— Потому что у меня совершенно нет времени и сил, господин Вон. — буркает Ирма и подталкивает девочку к столу, кивает туда, где только что сидела сама.

— Тогда я займусь этим — добавляет Вон.

— Не отдавай меня, не хочу, не хочу в приют, — говорит девочка и дергает Ирму за платье, а та опускает голову и нежно проводит рукой по волосам успокаивая.

— Не отдам! — отвечает Ирма, а Вон закатывает глаза и отходит. Шумно выдыхает свою злость и наклоняет голову, чтобы поймать взгляд Ирмы.

— Зачем ты обещаешь ей такое? Ты должна её вернуть. В противном случае тебя накажут.

— Но её ведь никто не ищет, — не унимается Ирма — Не ищет ведь, господин Вон?

— Не ищет её никто, верно. — кивает Вон — Но это не значит, что ты можешь её здесь скрывать. А что будет дальше? Ей учиться надо!

— Вон, — привлекаю его внимание, и он выпрямляется — оставь это. — прошу его, и он хмурится.

— У вас большие неприятности, Инес. И серьезные финансовые трудности. Хотите ещё и девчонку оставить? Если кто-то узнает, вас накажут, а её всё равно вернут в приют.

— Тогда пусть Ирма возьмёт над ней опеку, — предлагаю я и Вон горько усмехается.

— У Ирмы таверна, которая вот-вот закроется, и дом, на который смотреть страшно. Не говоря уже о том, что денег на содержание ребёнка нет. — добавляет он.

— А ты нам помоги, — говорю я и прищуриваюсь, а затем осматриваю зал

— Деньгами? Так это легко, — усмехается он — У меня этого добра.. — замолкает, когда я бросаю на него злой взгляд.

— Деньги твои мне не нужны. Я хочу поднять таверну и сама их заработать. — отвечаю и ловлю в его взгляде сильные сомнения. Не верит в меня, но это ничего. Он ведь не знает, что теперь перед ним другая Инес.

— И что от меня требуется? — спрашивает он, и я вижу, что искренне не понимает, чего я от него хочу.

— Мне нужно, чтобы ты привёл посетителей. Я смотрю с ними здесь негусто. — подмечаю с досадой и прикусываю внутреннюю сторону щеки, пока Вон странно осматривает меня.

— Что изменится, если я приеду сюда не один? Я не понимаю. Давай я оплачу ремонт и оставлю для тебя денег на первое время — предлагает он, но тут же жалеет, когда замечает мою реакцию — Я ведь по-дружески. — пытается оправдаться.

— Я буду удивлять твоих гостей коктейлями, и они захотят вернуться сюда снова.

— Что ещё за коктейли? — спрашивает он и вопросительно поднимает бровь вверх — Это какая-то магия?

— Да, возможно, и она тоже, но в основном мастерство — потираю ладошки и хитро улыбаюсь ему, а у самой в груди приятно щекочет от предвкушения.

— Так известно ведь всем, что после .. — запинается он — после инцидента с генералом, в тебе больше никакой магии не осталось. Как же ты будешь удивлять гостей и что это за блюда такое?

Смеюсь, а Вон таращит на меня свои потрясающе зелёные глаза, кажется, в этом волшебном мире никто ничего не слышал о коктейлях.

Тогда им очень повезло, что я оказалась здесь.

— Давай я сделаю что-нибудь для тебя. И если тебе понравится, ты приведёшь в следующий визит с собой других посетителей. — заявляю я и самодовольно улыбаюсь, потому что точно знаю, что мой коктейль его удивит.

Вон какое-то время молчит, обдумывая мои слова, склоняет голову набок и принимается осматривать моё лицо, словно впервые видит.

— Ну что ж, попробуй, — наконец выдаёт он и скрещивает руки на груди.