Хозяйка таверны "Драконий клык" (СИ)

Глава 7

Волнения вдруг охватывает меня, и я прикладываю руку к груди, пока преодолеваю расстояние от стола до барной стойки.

В прошлой жизни я могла бы сделать потрясающий коктейль с закрытыми глазами, а сейчас вдруг промелькнула мысль: что если я растеряла свой талант. Хотя как смешивать сиропы, я прекрасно помню.

— А что такое коктейли? — спросила тонким голосом едва слышно девчушка, когда Ирма поднялась вместе с ней и усадила её на барную стойку.

Вон тяжело вздохнул, бросил на них быстрый взгляд, а сам привалился к деверяной колонне рядом со стойкой.

— Ну.. — начала я и прищурившись посмотрела на девчонку, и сердце сжалось оттого, как загорелись её глаза, а лицо просияло.

Она села удобнее и уставилась на меня, словно бы я собиралась сотворить магию, впрочем, что-то магическое определённо в этом есть. — Коктейль -- это напиток, сейчас я смешаю несколько сиропов, мяту и сладкую воду со льдом. Это очень вкусно — добавляю я и принимаюсь осматривать бутылки, склянки, что прячутся под барной стойкой. Улыбаюсь, когда замечаю, что там и шейкер имеется.

Не очень удобный в таких делах, но на первое время вполне сгодиться.

Присаживаюсь и принимаюсь доставать всё, что мне необходимо.

Тут же нахожу громоздкую коробку, которая стоит на полу и она на удивление оказывается небольшой морозильной камерой.

Пустой, конечно же, точнее, там я к своему удивлению, нахожу ёмкость для льда. И радостно прихватив её, с грохотом ставлю на стол.

— А что такое эта мята? — шепчет девчушка, и я поднимаю на них свой взгляд.

Смотрят с Ирмой за каждый моим движением, что у меня даже пальцы начинают подрагивать.

— Да, чтобы я знала, — наклоняется к ней Ирма и пожимает плечами, на что девчушка заразительно хихикает.

А я оборачиваюсь к полкам за моей спиной и осматриваю сиропы. Хватаю несколько бутылок и ставлю перед собой.

Перед тем, как приступить поднимаю взгляд на Вона, а она потирает лоб указательным и средним пальцем.

— Прежде чем я мог бы помочь тебе с разводом, — говорит Вон — я бы хотел увидеть твои документы, которые вы подписали перед вашей свадьбой с герцогом Батори и договор, что он заключил с твоим отцом.

Задачка, потому что я ничего об этих документах не знаю.

— Может быть, они у отца или в родительском доме, — говорю и пожимаю плечами.

— Ох, если они там, — вмешивается Ирма — То ничего уже и не найти. Ваш отчий дом с молотка ушёл за долги в прошлом месяце, Инес. —добавляет она, и я чувствую разочарование. То же самое я могу увидеть и на лице Вона.

— Жаль, что ничего из этого невозможно увидеть и приложить к прошению. — нарушает молчание Вон, и вырывает меня из мыслей. — Ну, так что с твоим коктейлем — кивает на бутылки передо мной, кажется, я задумалась.

Киваю несколько раз и принимаюсь за дело.

Признаюсь, что всё как будто выходит как-то само собой. Мои руки порхают над шейкером и бутылками с сиропом.

Ничего не забыли мои золотые руки.

Отправляю в шейкер лёд, доливаю немного чистой воды из стеклянной бутылки, а затем один за другим наливаю сиропы, предварительно оценив их аромат.

Все трое наблюдают за мной затаив дыхание, словно я и в самом деле твою магию, а затем как-то странно переглядываются, когда я принимаюсь методично встряхивать.

— Ну вот, — произношу я и двигаю к Вону стеклянный стакан, единственное, что более менее подошло для нашей затеи. — Ваш коктейль герцог Ленард.

Вон склоняет голову набок, осматривая цветную жидкость, и вижу, что изо всех сил пытается скрыть своё удивление.

Вокруг нас стоит аромат клубники, сладости и мяты, вкус которой я нашла в одном из сиропов.

Когда он дарит мне улыбку, и тянется за стаканом я выливаю остатки из шейкера в другой стакан и протягиваю девчушке.

Она улыбается и хватает меня за руку, с благодарностью сжимая, прежде чем принимает стакан.

Слёзы туманят мой взор, а сердце больно сжимается.

Такой маленький человек, а сколько эмоций и счастья.

Так хочу познакомиться с ней и подружиться. Не позволю Вону её забрать и всё сделаю, чтобы получить над ней опеку.

Опускаю голову и принимаюсь бесцельно переставлять бутылки, чтобы никто не увидел моего состояния.

Сколько лет я мечтала о собственной дочери и чудо случилось. Но радость моя была недолгой, а после слишком много времени мне понадобилось, чтобы смириться с потерей и с тем, что я больше никогда не стану матерью. После тяжёлой аварии в которую мы попали, я потеряла не только своё дитя, но и возможность подарить новую жизнь.

— Ммм.. — вырывает меня из потока воспоминаний приправленных болью моих потерь Вон, и я поднимаю на него взгляд.

Он делает глоток, а затем ещё один и прикрывает глаза, наслаждаясь послевкусием, а оно в этом напитке приятное: сладковатое, которое оттеняет свежесть мяты. Здесь главное не перестараться с последним, не то будет совсем иной эффект и вкус.

Какое-то время он стоит с закрытыми глазами и ничего не говорит, лишь вижу, как расслабляется его лицо и с каждым новым вдохом расширяется грудь.

Вспоминаю, как его руки покрылись чешуёй и чувствую, как по спине бегут мурашки.

Вот бы увидеть что-то подобное снова.

— Это очень вкусно — произносит Вон, и я ловлю его взгляд. Вижу в глубине его зелёных глаз не только восхищение, но и удивление. — И должен признаться, что мы, вероятно, ошибались и какая-то часть магии в тебе осталась. Это очень хорошо. Ты очень удивила меня, Инес, такой тебя мне никогда не приходилось видеть.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я, когда он внимательно осматривает меня, задерживая взгляд на шее, и снова поднимается к глазам.

Девчушка ёрзает на столешнице, а Ирма допивает оставленный ею коктейль. Тоже пробует.

— В тебе опредёленно есть магия, Инес. Головная боль, с которой я живу не один месяц, вдруг отпустила меня сейчас. Откуда ты узнала о моей боли? — спрашивает он, и я растерянно смотрю на Ирму.

— И моя нога после падения не болит, — живо подхватывает слова Вона малышка и кивает как болванчик.

Только Ирма молчит.

Возможно, у неё просто нет никаких болей.

Снова смотрю на Вона, но ничего ему не отвечаю, просто потому что не знаю, что могла бы сказать.

— Знаешь, что — прерывает молчание Вон и осматривается — Я пришлю своих служанок, наведут здесь чистоту, а мы с тобой купим ещё этих — он указывает на стоящие передо мной бутылочки. — Всё, что тебе нужно, и устроим праздник. Пусть каждый попробует твой коктейль, и если сможешь удивить других, то будут у вас посетители, а с отцом я помогу. Лекарю его покажем. — Вон хочет сказать что-то ещё, но нас прерывает вошедший гость и судя по тому, как он сразу же брезгливо осматривается и кривится, здесь он явно не для того, чтобы поесть.

— Я ищу Инес Бритт в прошлом Батори — произносит он и проходит вперёд. Бросает странный взгляд на девчушку, которая быстро спрыгивает с барной стойки и прячется за Ирмой.

— Это я — привлекаю его внимание — Чем могу помочь?

Он окидывает меня безразличным взглядом и кладёт на столешницу папку с бумагами.

— А у меня для вас кое-что от вашего бывшего мужа.

— От бывшего мужа? — опережает меня Вон и двигается, чтобы встать ближе ко мне и к моему недовольному гостю.

Он бросает на Вона странный взгляд и тянется к воротнику своей рубашки. Расстёгивает несколько пуговиц и разминает шею, пока я бегло осматриваю мужчина перед собой. На вид около пятидесяти лет, в его волосах блестят серебрянные пряди. На нём чёрный костюм и белоснежная рубашка.

— От бывшего мужа — кивает он Вону, а затем снова смотрит на меня и протягивает передо мной документ — Это ваш экземпляр свидетельства о расторжении брака с герцогом Батори. А здесь .. — рядом начинает укладывать ещё какие-то бумаги и я пытаюсь подавить свою панику, потому что понимаю не всё, что указано, а то, что так чётко обведено красным цветом, вызывает во мне тревогу. — вот здесь выписка с ваших счетов и документы о том, что вы отписали свою квартиру в столице господину .. — перечисляет он, как моё наследство было отписано и переведено совершенно незнакомым мне господам. Могу только догадываться, что Батори направо и налево раскидывал моё имущество, пытаясь покрыть свои долги. — И тридцать золотых за причинённые неудобства и моральный ущерб семье Батори. —заканчивает он и кривит губы.

Задирает голову и смотрит на меня с презрением, словно я лишь грязь на его лакированных чёрных туфлях. Хотя отсюда мне не видно, что у него за обувь.

— Что простите? — переспрашиваю я, решив, что меня подвёл слух.

— О, хорошо. Я повторю, — недовольно произносит он и тянется во внутренний карман чёрного пиджака. Вытаскивает оттуда платок и вытирает лоб, а затем снова прячет и только после это с довольной улыбкой повторяет — У вас с герцогом Батори нет никакого совместно нажитого имущества. Впрочем его вы не заслужили бы. После того как герцог Оран Батори подал на развод, его мать подала прошение о том, чтобы вы ..— медлит он и скользит по мне неприятным взглядом подбирая слова — госпожа Бритт выплатили семье Батори тридцать золотых за моральный ущерб. Позор, что лёг на плечи герцогини после вашей свадьбы и после развода испортил её здоровье.

— Здесь указано, что развод был одобрен три дня назад — вмешивается Вон и зло тычет пальцем в документ. — А подал прошение он аж месяц назад — раздражается он, впрочем, и я раздражена и зла. Так мы уже и женаты не были, когда он прогнал меня прочь?

— Всё верно, — кивает .. как же его зовут. Кажется, он не представился, а может быть, я просто прослушала. — и сей документ обязует вас выплатить всё в течение месяца.

— Но где я возьму столько денег! — в сердцах произношу я, -- меня словно холодной водой обливают.

— А вы возьмите из тех денег, что забрали со своего счёта за несколько дней до того, как ваш муж подал прошение о расторжении вашего брака. Он утверждает, что ни раз предупреждал вас о своём намерении. — заявляет он и смотрит так, словно мечтает испепелить. Презирает меня, вот только что я ему такого сделала — Я буду лично следить за исполнением этой обязанности и будьте добры, не заставляйте меня хлопотать, я не люблю проблемы. Ваш муж попросил передать, что первую часть денег ждёт уже на следующей неделе. Его мать заболела, необходимо постоянное наблюдение лекаря, а герцог Батори — делает он паузу и с сожалением вздыхает — ра-зо-рён. Разорён из-за вас! — добавляет он и кривится.

— И в чём здесь моя вина? — сержусь я и вздёргиваю подбородок.

— Плохая жена подобна наказанию. Не жди ни успеха, ни процветания. От хорошей жены в игорный дом не бегают и не забываются в объятиях других женщин..

— А ну, замолчите! — рявкает Вон, и мой наглый гость замолкает. Даже голову вжимает в плечи, но презрительно взгляда от меня не убирает. — Вам повезло с такой репутацией стать женой одного из драконов. Из-за вас семья развалилась, из-за вас страдает старая герцогиня и из-за вас..

— А ну, замолчи, я сказал и выбирай слова! — снова вмешается Вон и на этот раз ударяет кулаком по столу.

— Прошу прощения, герцог Ленард, если вам неприятен наш разговор с госпожой Бритт.

— Прояви уважение к ней! И оставь все документы, я хочу на это взглянуть.

— Ваше право — кивает он и услужливо двигает бумаги в сторону Вона, затем достаёт ещё несколько и кладёт сверху, а после осматривает барную стойку. Скользит взглядом по шейкеру, по бутылкам с сиропами. Переводит взгляд на меня и снова брезгливо осматривает снизу вверх, а затем добавляет — Вы можете взглянуть, но это ничего не изменит. Я вам рекомендую, молодой герцог, учиться на ошибках чужих, а также буду вынужден доложить вашему отцу, где вас застал сегодня днём. Уверен, ему это не понравится.

Вздрагиваю, когда Вон резко подаётся вперёд и хватает моего нежданного гостя за воротник рубашки, а затем встряхивает и тянет его на улицу.

Разворачиваюсь спиной к двери и упираясь о барную стойку, закрываю руками лицо.

Щёки горят, а тело бьёт мелкая дрожь.

Насыщенное получилось утро, должна признаться.

То, что я услышала, мне совсем не понравилось и плохо то, что я пока не знаю, как всё устроено в этом мире.

Но выплачивать тридцать золотых бывшему мужу?

Я в своей прошлой жизни отдала слишком много, этот уж как-нибудь перебьётся.

— Ну каков негодяй, каков негодяй — причитает Ирма, вырывая меня из размышлений, и я разворачиваюсь.

Девчушка выходит из-за её спины и усаживается за стол, бросая на меня странные взгляды. Неуклюже убирает выбившуюся прядь за ухо и кусает внутреннюю сторону щеки.

— Сразу я твоему отцу говорила, что не просто так он у вашего порога трётся.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю и перевожу взгляд на Ирму.

— Ну.. и сами знаете. — тушуется она и обнимает себя руками — Он к вам с предложением руки и сердца приходил и не раз. А отец ваш его всё гнал и гнал, пока.. — замолкает и тяжело вздыхает — И без меня вы знаете, какие слухи ходят. Оттого и не позволили отца отправить к лекарю или муж ваш, хвала Высшим Богам, теперь уже бывший. Говорят, что после вашего отказа ему столицу и всколыхнули те ужасные слухи о том, что вы свою честь и магию генералу отдали. А тот, воспользовавшись вашим доверием, наутро покинул столицу по долгу службы, а про вас забыл за ненадобностью.

О как!

Глубоко вдыхаю и двигаюсь ближе к Ирме, а она как-то странно меня осматривает. Будто и не такой реакции ждала. Опускаю глаза на столешницу и молюсь про себя, чтобы она сказала ещё хоть что-то.

— Порченую и пустую ваш отец тогда герцогу Батори и отдал. На всё согласился, чтобы от позора отмыться. А ещё документ подписал, что позволил Батори распоряжаться вашим наследством. — замолкает и тяжело вздыхает — Слухи у нас здесь ходили и домыслы.. — замолкает, и я поднимаю на неё глаза. Выглядит взволнованной, теребит нижнюю губу большим и указательным пальцем и, кажется, не решается меня о чём-то спросить.

— И что же за домыслы это были? — спрашиваю, наконец, когда она всё тянет.

— Будто Батори отца вашего опоил чем-то, а тебя.. тебя з-запугал — едва слышно произносит она и ловит мой взгляд.

Я даже отодвигаюсь от неё, потому что вдруг становится не по себе и грудь больно сдавливает. Но вот память Инес мне ничего не говорит.

Прислушиваюсь к своим эмоциям: так больно становится в груди, тяжело и очень тоскливо, но в памяти по-прежнему ничего.

Пожимаю плечами и поскорее отворачиваюсь. Хватаюсь за бутылки и начинаю расставлять их по местам, а одна, как назло из рук выскальзывает, и я чудом её поймать успеваю.

— Не моё это дело, права ты, — всё так же едва слышно произносит Ирма, но когда разворачиваюсь к ней, в таверну возвращается Вон.

Выглядит сердитым, глаза тёмные, а зрачки снова вертикально вытянулись. Он тяжёлыми шагами проходит через зал и становится рядом с Ирмой, которая лихорадочно вдыхает и прикладывает руку к груди.

Неудивительно.

Я тоже чувствую его давящую энергию, от которой по телу колючие мурашки.

— Знаешь что, Инес. Давай напишем жалобу на Батори — произносит он и кладёт передо мной на столешницу ту бумагу, с подписью моего бывшего мужа, где он продал меня как собственность за двадцать пять золотых или около того. — Доказательства у нас есть, а ты уже как три дня ему никто. Вот пусть и отвечает. А я ещё до короля дойду, мы всё же с ним не чужие. Пусть увидит, как драконы своими жёнами теперь распоряжаются. Накажем его, Инес и другим покажем, что с тобой так нельзя. У тебя и до развода с Батори дела были плохи, а сейчас… — он сжимает кулак и шумно выдыхает. — Неси бумагу, Ирма. Пусть Батори за всё ответит, а я постараюсь, чтобы тебе не пришлось ему ничего выплачивать.

Идея Вона меня волнует. Если есть хоть один шанс отомстить бывшему мужу я за него ухвачусь.

— Не надо, моя маленькая госпожа! — вскрикивает Инес и подаётся вперёд. Хватает меня за руку и тянет на себя — Он ведь дракон! Опомнитесь! Разве можно его сердить, он принадлежит семье покойной королевы — причитает у самой в глазах такой сильный страх, что мне становится не по себе.

— А я, по-твоему, кто? — сердится Вон. — Решайся, Инес, покажешь Батори, что с тобой так поступать нельзя или будешь вести себя покорно и платить за всё, что ему вздумается?