Лисёнок для миллионера

Глава двенадцатая

Хорошо, что в этот момент я не пила коктейль... Хотя за бокал уже взялась. Иначе бы поперхнулась, сто процентов.

Нет, я конечно ожидала после его взглядов и комплиментов, что он может перейти на довольно личные темы, но чтобы вот так?!

Я настолько выпадаю в осадок, услышав это, что буквально застываю на месте. С бокалом в руке.

— Что, простите?

Впечатление, что я сейчас под стол стеку.

— Я говорю: хочу тебя.

Он настолько невозмутим, насколько это, наверное, вообще возможно. Респектабелен, обаятелен, прям, дико уверен в себе.

Ему, наверное, не отказывает никто... Такому трудно отказать. Даже, когда сомневаешься...

Стоп. Он же ничего и не предлагал.

— Эм-м... - связать простые слова в элементарное предложение невероятно трудно. Мысли в голове галдят и суетятся, будто потревоженная птичья стая. — Но... Вы же...

— Я помню, — улыбнувшись одними глазами, говорит он.

— Это... эээ... проверка такая?

— Нет, — он качает головой. — Это просто признание.

Легонько и, надеюсь незаметно для него, кусаю губу.

— Оно ни к чему не обязывает?

— Я в принципе к сексу никого не обязываю, — улыбается он теперь так, что видны красивые светлые зубы.

Диалог получается идиотский, причём только с моей стороны, и я неплохо это осознаю. Предпочла бы не осознавать. Растерялась бы меньше.

Заставляю себя отпить из бокала. Чтобы хоть чем-то себя сейчас занять.

— Вы..., - глядя боссу в глаза, осторожно ставлю бокал на стол, — очень приятный мужчина...

— Но? — насмешливо продолжает он.

— Но я... Я, если честно, растерялась...

— Почему? — он снова серьёзнеет.

Неловко и нервно пожимаю плечами:

— Ну... как-то не ожидала такое услышать... от вас...

Он откидывается на спинку кресла.

— Ну, если совсем откровенно, то это была моя первая осознанная мысль, когда я тебя впервые увидел.

— Даже так? — искренне удивляюсь я.

— Да, — он очаровательно улыбается. — А что тебя так удивляет? Ты — сексуальна. Сексапильна. Красива. Женственна. По моему, такая мужская реакция — совершенно нормальна.

— Но вы же сами говорили, что...

— Я же говорю: я помню.

— В таком случае, зачем же вы сейчас мне это сказали?

Чувствую себя идиоткой, которая из-за своей тупости задаёт одни и те же вопросы. И от этого принимаюсь волноваться ещё сильнее. И вообще... Может сбежать в туалет? Хотя это, наверное, сейчас будет невежливо...

Он снова придвигается к столу и скрещивает пальцы в замок. Смотрит в глаза. Да так, что у меня промеж лопаток бегут волнительные мурашки...

— Хочу, чтобы эту ночь мы провели вместе.

Чем дальше, тем круче... И что мне теперь, спрашивается, делать?!

Вновь берусь за бокал и понимаю, что коктейля в нём осталось буквально на донышке.

— Повторить? — кивнув на него, спрашивает Руслан Викторович.

— Вы хотите меня споить?

Он усмехается:

— Нет, такой цели нет. Я тебя просто хочу. Без "споить".

Если я и была немного хмельна, то сейчас весь хмель, как рукой сняло. Я в мурашках вся, с колотящимся сердцем и с роем мыслей, каждая из которых наполнена паникой.

Быстро допиваю коктейль и ставлю пустой бокал на стол. Точнее, пытаюсь поставить. Потому что из-за неловкого движения, бокал падает на край тарелки с виноградом и с тихим звоном бьётся об него, рассыпавшись на мелкие и крупные осколки и ножку со стеклянным диском.

— Ой...

— Ерунда, — улыбается Руслан Викторович. — Вообще не бери в голову. Считай, что это на счастье.

На счастливый секс, что ли?.. Это как вообще?

Нервно смотрю на соседей и встречаюсь взглядом с ярко-раскрашенной блондинкой. Она смотрит на меня так, будто я разбила её бокал, а не ресторанный. Смесь презрения и брезгливости в широко расставленных светло-голубых, будто рыбьих глазах настолько явная, что меня буквально подмывает показать ей язык. Но я этого, разумеется, не делаю. Её то ли мужу, то ли любовнику — абсолютно пофиг. Он вообще, чуть склонившись над столом и торопливо орудуя вилкой, сосредоточенно ест.

Смотреть в глаза Руслану Викторовичу я теперь попросту боюсь.

Чувствую себя откровенно не в своей тарелке.

Но я заставляю себя это сделать. Чтобы ни в коем случае не показаться надменной или спесивой или ещё какой-нибудь такой, какой не являюсь...

И это трудно. Смотреть ему в глаза.

Потому что он — очень мужчина. У него буквально аура такая. Очень мужская. Силой веет. И спокойной решимостью.

Видя, что я совершенно растеряна, он встаёт и, глядя на меня сверху вниз, протягивает мне руку.

— Пойдём потанцуем?

А у меня сердце колотится...