Лисёнок для миллионера

Глава сорок третья

Дом внутри — такой же, как двор. Вещи дизайнерские, стильные и явно очень дорогие, как и отделка стен, высоких потолков и громадных панорамных окон. Но при этом — везде огромные пространства. Ничего лишнего. Никакого хлама. Никакого барокко. Хайтек, минимализм, изысканное сочетание матовых поверхностей и не броских природных цветов.

— Нравится? — взглянув на меня, спрашивает Руслан.

И я вижу по его взгляду, что ему это действительно важно. Нравится мне или нет. Что он не рисуется, не кичится своим богатством, скорее просто очень хочет мне угодить. И это невероятно приятно, но и очень смущает одновременно.

— Очень, — искренне отвечаю я.

— Супер, — обаятельно улыбается он. — Я рад.

Он проходит вперёд, и обернувшись ко мне, широко расставляет в стороны руки.

— Простраство. Обожаю просто. Когда, знаешь, в доме можно дышать полной грудью. Никакой пыли, никакой сырости. Здесь так всё проветривается классно, что весной — пахнет цветами, а летом — свежескошенной травой. Ветер приносит ароматы дикой природы в мой дом.

— Ты какой-то невероятный... - тихо вырывается у меня.

— Ты о чём? — не понимая, хмурится он.

— Я, конечно, понимала, что ты — богат. Но, чтобы настолько и чтобы... Не знаю, как объяснить... Рыбки и дорогие автомобили. Роскошь убранства дома и запах травы и цветов. Ты какой-то одновременно и дикий и цивилизованный. И я пока не поняла, чего в тебе больше.

— Да я просто близнецы по гороскопу, — смеётся он.

Улыбаюсь. Здесь в доме ему явно очень комфортно и он, похоже, расслабился. Холодная аналитическая машины превратилась в дико обаятельного парня, который обожает свободу.

Следую за ним к огромному камину, встроенному в стену и расположенному за длинным обеденным столом. У окон — роскошные цветы в кадках. И пахнет здесь просто чудесно.

— Руслан, — куснув губу, тихо говорю я, когда мы останавливаемся. — Ты только не обижайся, ладно?

Он внимательно смотрит на меня. Вижу, что чуть напрягся.

— Я бы ни за что не согласилась на твоё предложение, если бы знала, что меня тут ждёт.

— Тебе не нравится? — тихо спрашивает он.

— Напротив! — приложив к груди руку, восклицаю я. — Мне очень нравится! Но от этого всего голову кружит! Я не думала, что здесь так всё роскошно... И... Понимаешь... Я ведь стала встречаться с тобой вовсе не из-за денег...

— Стоп, — он поднимает ладонь, и качает головой. — Лисёнок, позволь я тебе кое-что объясню.

— Хорошо, — кивнув, отвечаю я.

— Давай присядем за стол.

Мы садимся на очень удобные стулья с мягкими, упругими подушками. Друг напротив друга. Слева от нас — камин. Справа — тянется стол на ещё десять персон.

— Я тебя слушаю, — тихо говорю я, видя, что он будто в раздумьях, говорить мне то, что хотел или нет.

— Секунду, — кивает он. — Подбираю слова.

— Зачем? — удивляюсь я.

— Хочу, чтобы ты верно меня поняла. Чтобы не возникло непонимания.

— Я тебя очень внимательно слушаю.

— Дело не в этом, — чуть хмурится он. — Ты просто можешь мне не поверить. Но я говорю правду.

— Ты пока ещё ничего не сказал из того, что хотел, — улыбнувшись, говорю я.

Он улыбается в ответ.

— Да, верно. Смотри, Лисёнок. Говорю, как есть. Здесь никогда не было женщины в том смысле, что у меня с ней были бы какие-то интимные отношения. Эм... Как бы так тебе объяснить... Понимаешь, у меня бывают здесь гости. Даже иногда проходят вечеринки. И приезжают сюда и мужчины и женщины. Да и сам персонал, который обслуживает этот дом и участок — он же большой, состоит из прислуги обоих полов. Есть горничная, например. Нина Ивановна. Охрененная просто женщина, она работает у меня уже четвёртый год, и я тебя обязательно с ней познакомлю. Есть жена главного садовника, есть две девушки, которые занимаются дизайном ландшафтов. В общем, женщины здесь не просто бывают. Там, за гаражом — вертолётная площадка и небольшое поле для гольфа. Потом спортивная площадка и огороды. За огородами, на отдельном участке двухэтажный дом для персонала. Так что женщины на этом участке в том числе и живут. Но, понимаешь, я никогда — ну вот реально ни разу — не привозил сюда никого из девчонок, с которыми так или иначе встречался. Ну или просто спал.

Он взволнованно вытирает ладонью лоб.

Смотрит в глаза.

— Понимаешь?

— Погоди, — поднимаю ладонь я. — Ты же там, в ресторане, в который мы поехали после переговоров, звал меня к себе...

— Не сюда, — качает он головой. — Не сюда, Лисёнок. У меня же не один дом. Точнее, дом один — этот. Но есть ещё две квартиры и небольшой особняк на севере Москвы. Вот именно туда я тебя и приглашал.

— Угу, — нахмурившись, говорю я. — И что это всё значит?

Он взъерошивает пальцами волосы. Сильно волнуется, надо же. Довольно мило, если честно...

— Ты сказала, что не хочешь несерьёзных отношений.

— Да. Так я и сказала.

— Так вот само моё приглашение тебя именно сюда — есть моё признание в том, что я хочу с тобой именно серьёзных отношений. Понимаешь, мне очень важно понять, насколько мы вообще подходим друг к другу в быту. А быт у меня... - он окидывает взглядом пространство огромного зала, — как видишь, такой. Одно дело встречаться, совсем другое — жить вместе. И ты первая женщина, с которой мне... - он смущённо сбивается, и затем снова взъерошивает волосы. — С которой мне хочется попробовать это. Точнее, не так. Сделать это. Понимаешь? Я сам не знаю почему так проникся тобой с первой же встречи. Но чем больше я тебя узнаю, тем сильнее хочу, чтобы ты жила вместе со мной. Чтобы всё это — теперь он обводит это пространство рукой, — было и твоё. Понимаю, как это звучит. Но я не пытаюсь пустить тебе пыль в глаза. Просто мне не каждая женщина подходит. В том смысле, что с кем бы я не знакомился, не было такового чувства...

— Какого чувства? — тихо спрашиваю я.

— Чувства моей женщины. Понимаешь? Ты такая, что каждый твой жест, каждый взгляд, каждое твоё решение — всё просто кричит мне: она твоя! Прям твоя! Не будь идиотом, не упусти её!

Он смущается, говоря мне всё это, и я нахожу это очень трогательным.

— Но понимаешь, — он пожимает плечами, — я же так никогда не жил. Я потому и не рассказывал тебе про свою личную жизнь. У меня её просто не было. Только в студенчестве был опыт проживания с девушкой. И мне не понравилось, честно. Потому что я не мог с ней работать. А работа для меня, как ты, думаю хорошо понимаешь, это очень важно. И я как-то всё время был озабочен только улучшением качества жизни. Своей, родственников, друзей. Но не женщины. Потому что кроме красивых кратких романов у меня и не было никогда. А в последние годы я и вовсе обходился только приятными вечерами и сексом. И уже давно сроднился мыслью, что... что жизнь с женщиной вместе, это просто не моё. Просто потому, что никогда не хотелось. Мне захотелось этого впервые. Именно поэтому я и сделал тебе такое предложение. Мне пиздец, как стрёмно, Лисёнок. Я тебе передать не могу, как я ссусь. При том, что я вроде не из боязливых, — он усмехается. — Просто с того момента, как я тебя впервые увидел, мне как-то по барабану стали все женщины мира. Ну, реально. По барабану! Понимаешь? Зато безумно просто стало хотеться, чтобы ты... Чтобы ты была в курсе моих провалов и моих побед. Чтобы знала, какое кино я люблю. Чтобы я знал, какое кино любишь ты. Чтобы мы завтракали вместе. Чтобы я мог в спальне уткнуться в тебя спящую и просто лежать так рядышком и вдыхать запах твоих волос. У тебя так чудесно волосы пахнут... Лисёнок, я не самый романтичный парень на свете. Мне это всё довольно трудно даётся. Привык всё взвешивать, анализировать. Мне трудно и страшно поддаваться порывам подобного плана. Но единственное, что меня волнует уже не первую неделю — это... это ты.

У меня уже глаза влажные. Слушаю всё это и ушам не верю...

— Чувство, понимаешь, — горячо продолжает он, — своего человека. Но при этом я даже не знал, как к тебе подступиться. Хочу тебя безумно, в мыслях только ты, злился на себя, что никак не могу соредоточиться ни на чём. А когда ты в кабинете со мной рядом работала, ну просто пиздец, Лисёнок, я вообще ни о чём думать не мог! Думал, пересплю с тобой — отпустит. Реально так думал. У меня было такое, что я балдел от красоты и обаяния женщин. Свершившийся секс всё расставлял по своим местам. Красивые, да. Очень. Классные, сексапильные, умные. Но... Обычные. Просто ухоженные, просто интересные. Но чужие. Понимаешь? Чужие. А ты... Ты... Лисёнок, — он вздыхает, — я просто не знаю, как тебе это всё объяснить... Может это всё просто очень мужское...

— Не волнуйся, — коснувшись его руки, тихо говорю я. — Я поняла.

— Правда? — взволнованно спрашивает он.

— Правда, — нежно улыбаюсь я.

Он отвечает обаятельной улыбкой. И совсем сейчас не похож на того холодного, очень сдержанного босса крупной инвестиционной компании.

— А то, что ты приехала ко мне не из-за денег — я знаю. Тебе не в чем оправдываться, Лисёнок. У меня и сомнений нет в том, что будь я другим мужчиной, мужчиной, который тебе не нравится, ты ко мне не приехала бы ни за что.

Сквозь подступившие к глазам слёзы, благодарно улыбаюсь ему.

— Спасибо, что сказал это...

— Я от тебя балдею... - качая головой, с хрипотцой в голосе произносит он. — Балдею, Алиса. Передать не могу, как сильно...

Шмыгнув носом, быстро смахиваю слёзы кончиками пальцев. Эмоций столько, что мне даже говорить трудно...

— Поживи со мной, — глядя в глаза, мягко просит Руслан. — Здесь. Я тебе правда обещаю: не понравится если, уйдёшь. Я тебя не пленить хочу. А завоевать.

В горле ком. Мне аж дышать трудно, так сильно меня переполняют чувства.

Встаю и обогнув край стола, подхожу к Руслану. Он поворачивается ко мне. Наклоняюсь и целую его в щёку.

— Уже... - тихо говорю я. — Уже завоевал.

Он порывисто встаёт и обняв меня, крепко прижимает к себе. А затем целует... Так целует, что у меня ноги слабеют от удовольствия, нежности и любви.

Мы целуемся долго... И страстно...

А потом он подхватывает меня на руки и несёт через зал и затем по лестнице на второй этаж. В спальню. Обвивая его шею руками, я целую его и таю от нежности... И поверить не могу в то, что происходящее со мной — реальность. А не сладкий сон.

И когда он роняет меня на кровати и следом за тем нависая надо мной, смотрит в глаза, я тихо плачу.

От счастья.

А он нежно вытирает мои слёзы пальцами и шепчет, что сегодня — один из самых лучших дней в его жизни. Потому что в его доме наконец-то появилась любимая женщина. Я.