Лисёнок для миллионера

Глава вторая

Руслан возвращается быстро, но на столе его уже ждёт чашка дымящегося чёрного кофе. Стою у окна и смотрю с высоты на улицы между сверкающими небоскрёбами, где плавно двигаются крохотные автомобильчики.

Заслышав его шаги и лёгкий стук закрывшейся двери, оборачиваюсь.

Сунув руки в карманы, он стоит и смотрит на меня.

— Красивая фигура, — произносит он. — Даже странно, что вы, с вашей привлекательностью, решили податься в секретари и личные помощницы, а не в модели или актрисы. Возвращаемся к нашему разговору. Садитесь рядом.

Он проходит к столу и опускается в кресло. Придвигает к себе кофе. Делает глоток. Внимательно наблюдает за мной, за тем, как я сажусь рядом на стул и вновь кладу свою сумочку на колени.

Встречаемся взглядами. Вновь робею. Сама не понимаю почему, если честно. Просто как-то уж очень откровенно он смотрит. Хоть и смотрит только в глаза.

— Вот с этой странности, пожалуй, и начнём, — сухо произносит он. — Итак, почему именно эта работа?

— Я много о вас наслышана, — едва сказав это, тут же поправляюсь: — В смысле не о вас именно, а о вашей компании. О том, какая она крутая. И мне захотелось работать именно в ней. Поставила себе такую цель. У меня есть опыт, я ответственная, исполнительная...

Осекаюсь под его взглядом.

— Опять что-то не то говорю? — куснув губу, спрашиваю я.

— Есть немного, — усмехается он.

И смотрит так, что я даже, наверное, чуть краснею. Хотя это мне в общем-то несвойственно. И без того рыжая.

— Интересное у вас сочетание имени и цвета волос, — невозмутимо продолжает Руслан. — Хорошее, я бы даже сказал, сочетание. Огненные волосы и имя, как у лисы из сказки про Буратино.

— Родные меня так обычно и называли, — позволяю себе чуть улыбнуться я. — Лисой, а не Алисой. Но все остальные называют только Алисой.

— Лис обычно считают хитрыми, — он чуть присщуривается, явно насмешливо.

— Я не могу себя таковой назвать.

— К вашему автопортрету мы ещё вернёмся, — говорит он. — Сейчас я всё же хочу понять, почему с вашей внешностью вы выбрали профиль, который свойственен обычно "серым мышкам".

Качаю головой.

— Вам, конечно, виднее, — отвечаю я, — но я не могу с вами согласиться. Не считаю, что работа секретаря — это работа для "серой мышки". Наоборот, за два года в предыдущей компании, я освоила очень много всего и у нас часто были выставки в "Экспоцентре", где я в том числе помогала на презентациях. Дресс-код соответствующий, как вы понимаете. Отнюдь не серый, хоть и деловой.

— Часто вы спорили с прежним боссом? — спрашивает он.

Опять смешинки в глазах. Едва заметные, но притягивающие внимание. Будто мелькающие огоньки в ночи.

— Нет, не часто, — качнув головой, честно отвечаю я. — Да и резона не было. Она — очень приятный и доброжелательный человек. К тому же справедливый.

— Она?

— Да, моя прежняя руководитель — женщина. Владелица бизнеса.

— Приятно, когда бывшие подчинённые так отзываются о предыдущем начальстве.

— Я просто говорю правду. А с её мнением обо мне вы уже, как я поняла, ознакомились в её рекомендации.

— Да, ознакомился, — сухо кивает он. — Правда думал, что столь лестную характеристику вам дал мужчина. Фамилия у вашей начальницы заканчивается на "ич", а перед фамилией стоят только инициалы. Поэтому я не был в курсе, что она — женщина.

— Это что-то меняет? — чуть напрягаюсь я.

Может он сексист?

— Да нет, в целом ничего, — чуть хмурится он, и делает новый глоток кофе. — Как я понял, актёрская или модельная карьеры вас не интересуют. Верно?

— Да, — киваю я, — именно так.

— Почему?

Пожимаю плечами:

— Я как-то об этом не задумывалась.

— Ясно. Что насчёт личной жизни?

— В каком смысле? — ещё больше напрягаюсь я.

— Вы замужем?

Поднимаю руку и показываю ему ладонь тыльной стороной.

— Кольца нет.

— Помолвлены?

— У меня нет молодого человека.

— Хм.

Он откидывается в кресле и снова суёт руки в карманы. Снова изучает меня внимательным взглядом.

— "Всё страньше и страньше", — насмешливо произносит он, — как говорила ваша тёзка из известной сказки Льюиса Кэррола.

— Я не нахожу это странным, — стараясь с достоинством выдержать его взгляд, пожимаю плечами я.

— А я вот нахожу.

Вопросительно смотрю на него, ожидая пояснений.

Но он их не даёт.

— Ладно, — чуть хмурясь, произносит он. — То, что у вас нет личной жизни, которая будет мешать работе, это хорошо. Темперамент ваш и ваш ум — мне тоже нравятся. Профессиональные компетенции — на уровне. Ваше волнение — тоже играют в вашу пользу. Значит, эта работа вам действительно интересна. Однако это не всё.

— Что ещё? — аккуратно, но настороженно спрашиваю я.

— Есть один важный нюанс.

— Я вся внимание.

— Учитывая то, как вы выглядите и как двигаетесь, учитывая грацию, которая у вас, судя по всему природного характера, раз вы не задумывались о карьере модели, мне, работая с вами, будет очень сложно... - он делает многозначительную паузу, а в глазах у него — будто бы огоньки, — вас не хотеть.

Впечатление ледяного душа за шиворот, хотя честно говоря, я почему-то подобного от него ждала.

— Вы очень прямолинейный человек, — нервно куснув губу, отвечаю я.

— Верно. Более того: очень требовательный и не очень комфортный, если сотрудники делают работу плохо. Как вы сказали — тиран.

Чего он добивается? Чтобы я встала и ушла?

— Вряд ли я похож на вашу предыдущую начальницу.

— Совсем не похожи, — тихо отвечаю я.

— Поймите правильно, Алиса. В командировках мы будем нередко вдвоём. В том числе, в гостиницах. Нет, но мера будут разные, но ужинать и завтракать, мы будем вместе.

— Я понимаю это.

— А также мы будем вместе в машинах и самолётах. Летаю я бизнес джетами. Мой прежний секретарь летал со мной. И я бы его не уволил ни за что. Насколько ценным сотрудником он был.

— Он?

— Верно, он. Я раньше работал только с мужчинами. Как раз для того, чтобы деловая и личная жизнь никоим образом не смешивались.

— Я вас в этом только поддерживаю, — решительно киваю я. — У меня к работе такое же отношение.

— Славно. Рад, что вы не крутите хвостом, Алиса. Если бы вы сейчас сказали, что вы не против моих ухаживаний во время работы, я бы отправил вас вон. И никакого нового шанса бы не дал. Это понятно?

— Вполне, — сдержанно отвечаю я.

— Мы, Алиса, тут именно работаем. И зарплаты выше рыночных потому, что работаем мы с огромными деньгами и часто сверхурочно. Всё, что мешает качеству или скорости работы — плохо. Будете крутить передо мной хвостом, строить мне глазки, или ещё что-нибудь в случае, если мы сработаемся, я вас уволю. В тот же день.

— Мне это подходит, — чуть вскинув подбородок, отвечаю я.

— Прекрасно, — щурит глаза он. — В таком случае, будьте любезны: в понедельник вы здесь ровно в восемь, без опозданий и одеты куда скромнее, чем сейчас. Исключительно тушь, волосы в хвост, верхняя одежда — та самая серомышечная. У нас тут не выставка в "Экспоцентре". Вам всё понятно?

— Да.

— Вы приняты. Можете идти.

Встаю.

— Спасибо, я рада. Постараюсь вас не подвести.

Он придвигает к себе ноутбук.

Смотрит мне в глаза.

— До понедельника, Алиса.

— До понедельница, Руслан Викторович, — кивнув, отвечаю я.

И с колотящимся сердцем, на ватных ногах выхожу из этого огромного кабинета.